Помолчав немного, он перевел взгляд на Цзян У и остальных:
— Из вас двоих, старший брат У и А-Вэнь, оба окончили среднюю школу, так что база у вас неплохая.
— А-Вэй, А-Чэн и А-Юань тоже закончили начальную школу.
— В Сянгане я уже договорился с несколькими учителями. Через некоторое время приглашу их сюда, чтобы они специально подтянули ваши базовые знания, а также обучили системным дисциплинам: управлению предприятием и финансам.
— Но есть вещи, которым учителя не научат, тут вся надежда на тебя, — Цзян Цзиньцы посмотрел на Ван Кана и поднял большой палец.
— Ты работаешь подле мэра Линя. Умение держать себя с людьми, подход к решению проблем – этот практический опыт дороже золота.
— Я не жду, что они сразу станут мастерами. Если они перенимут хотя бы треть твоего стиля ведения дел, научатся доводить начатое до конца и правильно выстраивать отношения, это уже превзойдет мои ожидания.
От этих слов у Ван Кана потеплело на душе, и он невольно расправил плечи. Слова Цзян Цзиньцы были не просто доверием, а признанием его заслуг.
У Цзян У и остальных глаза уже давно покраснели от волнения. Цзян У рывком поднял А-Вэня и Цзян Юаня со своих мест, его голос слегка дрожал:
— Товарищ Ван, спасибо вам огромное! Мы люди не шибко грамотные, соображаем туго, так что если будем медленно учиться, вы уж не обессудьте.
А-Вэнь поспешно закивал, от нервного напряжения вцепившись пальцами в край одежды:
— Мы обязательно будем вас слушаться, во всё вникать и всё запоминать. Никаких хлопот вам не доставим и А-Цзы не опозорим.
Цзян Цзиньцы, глядя на их серьезные, но скованные лица, не удержался от смеха и похлопал Цзян У по плечу.
— Не нервничайте так. Ван Кан – человек надежный, задирать нос перед вами не станет. С ним я за вас спокоен.
Тут Цзян Цзиньцы сменил тон и снова обратился к сородичам:
— В будущем вам предстоит многому научиться. Не только работе у Ван Кана, но и грамоте и управлению у учителей.
— Когда промышленный парк будет достроен, нужно будет управлять цехами, рабочими, процессами – тут нужны настоящие знания. Будем идти шаг за шагом: сначала поучитесь делам у Ван Кана, а остальное подтянем системно, когда приедут учителя. Спешить некуда.
У Цзян Юаня, слушавшего рядом, загорелись глаза, и он тихо спросил:
— Брат Цзы, а мы сможем учиться всему этому у товарища Вана одновременно с уроками вождения?
Цзян Цзиньцы с улыбкой кивнул:
— Когда брат У и А-Вэнь всё освоят, они сами вас научат. Не стоит лишний раз беспокоить товарища Вана.
Все поспешно согласились. В их взглядах стало меньше растерянности и больше решимости.
Ван Кан, наблюдая за этой сценой, всё отчетливее понимал, что сделал верный ход. Он не только заслужил доверие Цзян Цзиньцы, но и заранее наладил связи с его будущими доверенными лицами, что в дальнейшем сулило ему немалую выгоду.
Цзян Чэн тоже подобрался поближе:
— Брат Цзы, а водить машину трудно? Я раньше в поселке только тракторы видел, к легковушкам и не притрагивался.
Цзян Вэй подхватил:
— А как долго нужно учиться? Мы потом сможем работать водителями?
— Не трудно, — терпеливо объяснил Цзян Цзиньцы. — Найдем толковую автошколу, будете заниматься с инструктором, за неделю-другую освоитесь. Тогда я куплю вам пятерым машину, и мне больше не придется самому крутить баранку в каждой поездке.
Затем он снова повернулся к Ван Кану:
— С автошколой тоже прошу тебя помочь – найди какую-нибудь поближе к их жилью, чтобы им было удобно добираться на занятия.
— Без проблем, — тут же отозвался Ван Кан. — Завтра же всё разузнаю и выберу лучшего инструктора.
Выслушав распоряжения, мужчины окончательно успокоились. До них наконец дошло: Цзян Цзиньцы привез их в Пэнчэн не просто чтобы найти им подработку или пристроить на какую-нибудь должность.
Он собирался вырастить из них специалистов. И хотя они всё еще не понимали до конца, чем именно занимается Цзян Цзиньцы, они своими глазами видели, как позавчера мэр Линь вел себя с ним.
Человек, который общается с мэром и пользуется таким уважением, явно птица высокого полета.
А раз Ван Кан, доверенное лицо мэра Линя, так любезен с ними, то по какой причине? Разумеется, из-за Цзян Цзиньцы. Разве они не видели взгляды прохожих в тот день?
Поняв, сколько сил и души вложил в них Цзян Цзиньцы, мужчины, которые думали, что едут просто батрачить, были тронуты до глубины души.
Цзян У посмотрел на Цзян Цзиньцы, его глаза подозрительно заблестели:
— А-Цзы, спасибо тебе.
— Раньше в деревне мы думали, что предел мечтаний – уехать на заработки. И подумать не могли, что ты устроишь нам обучение технике, управлению... Мы этот долг всю жизнь помнить будем.
Цзян Вэнь добавил дрожащим голосом:
— Да, брат Цзы. Позавчера у здания мэрии прохожие от нас нос воротили, только ты и товарищ Ван не побрезговали нами.
— Мы будем учиться изо всех сил, чтобы в будущем стать тебе опорой и не подвести.
Цзян Цзиньцы спокойно принял их благодарность, но, глядя в их искренние глаза, почувствовал укол горечи в сердце.
В той, прошлой жизни, первыми сородичами, которых прежний владелец тела обманом вывез за границу, были именно эти пятеро.
Тогда они смотрели на него точно такими же глазами. Им и в страшном сне не могло присниться, что Цзян Цзиньцы продаст их на подпольную фабрику.
Это привело к череде трагедий. Больше всех пострадал Цзян Чэн – его руку затянуло в станок и раздробило в кровавое месиво.
Поскольку рабочие были нелегалами, хозяин фабрики, не желая огласки, штрафов и закрытия предприятия, даже не подумал отправить Цзян Чэна в больницу. Цзян Вэй и Цзян Юань, видя это, бросились умолять его о помощи, а затем сцепились с охраной.
Белые надсмотрщики и так презирали выходцев из страны Янь, а уж после того как Цзян Вэй с товарищем дали отпор – и вовсе озверели. По их зову сбежалась дюжина громил, которые принялись избивать парней ногами.
Силы были неравны. Цзян Вэю сломали ногу, он не мог подняться и лишь беспомощно наблюдал, как Цзян Чэн умирает от потери крови.
Цзян Юань продолжал сопротивляться до последнего, пока ему не сломали ребра; одно из них пробило легкое, и он задохнулся в муках.
Цзян У и Цзян Вэнь работали в ночную смену и в это время крепко спали. Проснулись они лишь от шума снаружи. Когда они прибежали на место, то увидели Цзян Вэя, который, волоча сломанную ногу, в слезах умолял надсмотрщиков спасти затихающего Цзян Юаня.
Цзян У и Цзян Вэнь не стали кидаться в драку, а под шумок сбежали, надеясь найти помощь у Цзян Цзиньцы. Но вокруг были одни иностранцы, ни одного азиатского лица, а прохожие не понимали ни слова по-яньски.
В отчаянии они начали громить витрины ближайших лавок, чтобы привлечь внимание. Приехала полиция США.
Под дулами пистолетов они покорно дали себя арестовать. Несмотря на языковой барьер, тем же вечером американские полицейские действительно разыскали прежнего Цзян Цзиньцы.
Но тот лишь мельком взглянул на братьев, перебросился парой фраз с офицером и, развернувшись, ушел. После этого их продержали в камере месяц. Лишь тогда они осознали, что их продали как скот, и Цзян Цзиньцы плевать на их жизни.
Только через месяц полиция связалась с посольством страны Янь, которое и забрало их. Именно тогда в деревне Цзян узнали об истинном лице Цзян Цзиньцы.
Самым печальным было то, что другие сородичи работали на других фабриках, и никто не знал, куда именно их продали.
Жители деревни готовы были содрать с мерзавца шкуру, но тот был в Америке, а Цзян У и остальные выехали нелегально – пока Цзян Цзиньцы всё отрицал, никто ничего не мог ему сделать.
В конце концов при содействии посольства удалось вызволить искалеченного Цзян Вэя и вернуть его на родину. Из пяти человек двое погибли, Цзян Вэй остался калекой, Цзян Вэнь сошел с ума, а Цзян У, не выдержав потрясения, бросился в реку.
Деревня Цзян пришла в полный упадок, ведь почти всю молодежь этот выродок обманом продал в рабство. Остались лишь старики да дети.
К счастью, теперь всё будет иначе.
Подавив нахлынувшие чувства, Цзян Цзиньцы улыбнулся:
— Мы же одна семья, к чему эти церемонии. Если возникнут трудности – сразу говорите мне, не вздумайте тянуть лямку в одиночку.
Он еще раз обратился к Ван Кану:
— Не будь с ними слишком строг, дай им время адаптироваться.
Затем он поднялся и сказал пятерке:
— Мне нужно ехать на стройплощадку, уточнить детали завтрашней церемонии начала работ. А вы пока осмотритесь здесь с Ван Каном и ложитесь сегодня пораньше.
Проводив Цзян Цзиньцы взглядом, пятеро мужчин переглянулись – в глазах каждого читалась непоколебимая решимость.
Ван Кан с улыбкой встал:
— Пойдемте, провожу вас до сельской лавки, купим всяких мелочей, заглянем на местный рынок. Вам же потом самим готовить придется, так что привыкайте.
— А завтра пойдете на церемонию – посмотрите, как дела делаются, кругозор расширите.
Когда они вышли из двора вслед за Ван Каном, их окутало ласковое тепло солнечных лучей. Ветерок Пэнчэна нес в себе дыхание надежды, развеивая былую неловкость и освещая путь в будущее.
Они знали: с сегодняшнего дня их жизни благодаря Цзян Цзиньцы изменятся навсегда.

Комментарии

Загрузка...