Государство Сун раскинулось на десятки тысяч ли просторов и холмов.
Путь бессмертных здесь процветал, а число великих и малых сект исчислялось тысячами.
Если не считать возвышающегося над всеми клана Цзянь из династии Чжао, за которым стоял истинный монарх стадии Зарождения Души,
то следом шли семь первоклассных сил, коих в миру совмемрено величали «Три семьи и четыре секты».
Пусть у этих трех семей и четырех сект не было владык стадии Зарождения Души,
зато каждую из них подпирали истинные мудрецы стадии Золотого Ядра!
Возвышаясь над десятками тысяч сект Государства Сун, они безмятежно взирали на превратности этого мира.
Префектура Бэйхэ служила оплотом клана Сюй с Горы Цинхуа, одной из трех великих семей.
Клан Сюй обосновался на высочайшей вершине хребта Тайхан – горе Цинхуа.
Шел уже почти тысячный год с того дня, как предок-основатель Сюй Цинхуа сокрушил свирепого Царского Демона – Крылатого Белого Тигра, что гнездился в горах Тайхан, и кровью поверженного зверя очертил границы владений рода Сюй.
Тот самый Сюй Цинхуа, что некогда поверг демона и утвердил их земли, в конце концов не смог одолеть предел отмеренного ему срока и тихо угас в недрах горы Цинхуа.
За тысячелетие, что клан Сюй укоренялся в хребте Тайхан, потомство его разрослось, и кровь их давно окропила каждый уголок земель Государства Сун.
Уезд Цинюнь – один из девяти уездов префектуры Бэйхэ с миллионным населением, где шесть долей из десяти носили фамилию Сюй.
Это место представляло собой крупное мирское поселение простых смертных из клана Сюй.
Второй день второго месяца – праздник Лунтайтоу.
В этот день в уезде Цинюнь стояло необыкновенное оживление.
─ Жизнь коротка, пролетает за какие-то пару осеней. Прошло уже шесть с половиной лет, и я наконец-то дождался этого дня, ─ бормотал детский голосок, причем не по-детски рассудительный тон никак не вязался с крошечным шестилетним личиком.
─ И всё же, будет ли у меня духовный корень?
На лице Сюй Юня сейчас смешивались надежда и тревога.
Спустя мгновение он снова вздохнул, покачал головой и выдал изречение:
─ Эх, суждено – так получишь, не суждено – не проси понапрасну.
Кто угодно счел бы странным услышать подобное из уст сопливого шестилетнего пацана.
И лишь сам Сюй Юнь знал причину.
Под этой шестилетней оболочкой скрывался студент нового века, прошедший через горнило девятилетнего обязательного образования.
К самому факту переселения он, даже спустя шесть с половиной лет, относился со смутной тревогой.
При этой мысли он машинально коснулся маленького кулона на груди – неприметная вещица, но именно она изменила всю его судьбу.
То был вечер упорной зубрежки: он только что закончил штудировать иностранный язык, поклявшись, что это в последний раз в жизни.
Потом после вечерних занятий он возвращался в общежитие, и какой-то дедушка-охранник сунул ему в руку этот самый кулон.
Он даже толком расспросить ничего не успел, как вспыхнул белый свет, а когда открыл глаза, уже очутился в этом мире.
Спустя шесть с половиной лет каждый детально помнился ему, словно всё случилось вчера.
Как говорится, пришел – так осваивайся.
Правда, выхода всё равно не было.
Впрочем, не обошлось и без сюрпризов.
С самого детства отец твердил Сюй Юню, что на свете существуют бессмертные.
И что их род Сюй – как раз из таких семей!.
Поначалу Сюй Юнь лишь пренебрежительно фыркал.
Какие еще бессмертные, скорее уж сказочники.
Он думал, что отец просто переслушал небылиц из бродячих романчиков.
Однако в день его стодневного юбилея третьяк дядя, преуспевший в искусстве культивации, спустился с небес и приземлился прямо посреди их двора на летучем мече.
Младенец в пеленках тут же вытаращил глаза.
Рассекать небесную синеву, летать верхом на мече.
Да он оказался настоящим мастером меча!
В тот миг сердечко крошечного Сюй Юня затрепетало от дикого восторга, словно что-то рвалось наружу из груди.
С того самого дня в душе Сюй Юня пустила корни мечта странствовать по свету с мечом.
Пусть даже ради воплощения детской грёзы, он обязан был встать на путь культивации.
Но у бессмертия имелся порог.
Со слов третьего дяди выходило, что лишь один из тысячи простых смертных рождался с духовным корнем.
Каждый год юные сородичи клана Сюй стекались на площадь для проверки духовных корней.
Десятки тысяч человек толпились там, но забрать с собой наставники-бессмертные успевали лишь считанные единицы.
А за минувшие шесть лет он неизменно увязывался за отцом на каждую церемонию отбора.
Стоя в толпе, он всякий раз смотрел на счастливчиков, уходивших вслед за небожителями, и одновременно завидовал, и замерзал от дурного предчувствия.
Стоило вспомнить об этой вероятности один к тысяче,
как волнение и трепет в сердце Сюй Юня становились самыми естественными чувствами на свете.
Сегодня, наконец, настала его очередь.
По правде говоря, проверка еще не началась, но его сердечко уже колотилось вовсю.
Прошлой ночью он тоже глаз не сомкнул от возбуждения, ведь этот день поистине был важнейшим моментом его прихода в сей мир!
...
Когда они вместе с отцом Сюй Дачуанем подошли к площади, где испытывали духовные корни, там уже яблоку негде было упасть.
Для этого уездного селения смертных клана Сюй день сей почитался самым торжественным в году, превосходя по шумности любые праздники.
Завидев такую толпу, Сюй Дачуаневзглянул на сына – маленькое личико казалось встревоженным.
Он мысленно шептал про себя: «О превеликие предки, молю, даруйте моему сыну духовный корень, пусть даже самый захудалый ложно-духовный, лишь бы он смог ступить на тропу бессмертия, стать мастером клана Сюй и прославить нашу фамилию».
Отбор шел в строгом порядке живой очереди.
На возвышении восседали трое облаченных в синее заклинателя, и старший из них монотонно вызывал детей по одному.
Вызванный ребенок подходил и возлагал ладонь на алтарь проявления духовной энергии.
Эту процедуру Сюй Юнь наблюдал уже шесть лет и знал её наизусть.
Судя по прежним воспоминаниям, забрать с собой могли лишь тех детей, чья алтарь вспыхивал божественным светом.
Однако один за другим на помост поднимались ребятишки, а алтарь хранил упрямое молчание.
Отвечавший за вызовы старец лишь бесстрастно бросал: «Следующий».
Наблюдая за столь открытым и ничем не прикрытым зрелищем, Сюй Юнь поймал себя на неожиданной мысли.
Вдруг среди них отыщется обладатель уникального духовного корня из миллиона, вроде какого-нибудь небесного корня?
Если объявить об этом всенародно без всякой маскировки, что будет, когда узнают враги?
Впрочем, поразмыслив, он вспомнил слова третьего дяди: их клан – весьма грозная сила в Государстве Сун.
Даже если у кого-то и впрямь обнаружится столь редчайший дар, для столь могущественного клана,
пожалуй, это не станет чем-то из ряда вон выходящим?
Терпеливо дожидаясь своей очереди, Сюй Юнь прокручивал в голове эти мысли.
И подумал, что всё это чертовски напоминает экзамены из его прошлой жизни.
Долго страшишься, но когда наступает час икс, понимаешь, что бояться нечего.
Даже в миг, когда звенит звонок об окончании последнего экзамена, на душе делается на удивление спокойно.
Но чем ближе подходила его очередь к алтарю проявления энергий,
тем сильнее начинал вибрировать маленький кулон на груди, хранивший молчание все шесть с половиной лет.
Эта перемена озадачила Сюй Юня.
За шесть с половиной лет он не оставлял попыток разгадать тайну этого подвеска.
Коль уж он перенесся сюда, дело явно было нечисто.
Только как он ни старался за минувшие годы, выведать хоть что-нибудь ему так и не удалось.
Подумав немного, он быстро сорвал кулон и сунул его в карман.
Маленькая вещица тут же затихла.
Он глубоко вздохнул и перевел взгляд на помост.
В этот момент раздался восторженный возглас:
─ Огненный, земляной и древесный духовные корни!
─ Недурно, взаимопорождающие корни, при усердном постижении у тебя есть огромные шансы в будущем достичь ступени Заложения Основы.
Десятки тысяч пар глаз на площади разом устремились на пухленького мальчика на помосте, а зависть в их взорах так и сочилась наружу.
Прошло еще несколько чашек чаю.
Глядя, как предыдущий ребенок покидает помост, Сюй Юнь наконец шагнул к подножию алтаря духовных корней.
Седовласый старец с обличьем истинного небожителя окликнул его: ─ Поднимайся, дитя.
─ Положи ладонь на оттиск руки на алтаре, закрой глаза, душой ощути энергию небес и земли и попытайся принять её своим телом.
Сюй Юнь прижал ладонь к углублению.
Поверхность алтаря холодила кожу, но мгновение спустя мягкое тепло разлилось по его маленькой ручке.
Следом ярко-алый свет медленно поднялся от алтаря, ослепительный и чарующий!
Ответственный за проверку Сюй Юнтай широко раскрыл глаза от изумления!!!

Комментарии

Загрузка...