Когда прозвенел звонок, возвещающий об окончании самого последнего экзамена зимней сессии, Линь Юй отложила черную гелевую ручку и размяла затекшее запястье – тяжесть многодневной подготовки наконец-то спала с плеч.
Она еще раз перелистала контрольный лист, убедившись, что каждый крупный шаг расписан подробно и без помарок, убрала канцелярские принадлежности в пенал и вместе с потоком студентов покинула аудиторию.
Под раскидистыми кронами платанов возле учебного корпуса ее уже ждал Лу Чэньюань.
Он был одет в черное пальто поверх всё той же белоснежной рубашки, в руке он держал стаканчик с теплым черным макиато.
Заметив показавшуюся в дверях Линь Юй, он пересек толпу, шагнул ей навстречу, забрал из рук пенал и тяжелый рюкзак, а затем протянул приготовленный чай.
Линь Юй с довольной улыбкой приняла стакан, вонзила трубочку и сделала большой глоток. Густая сливочная пенка, смешанная с терпким ароматом черного чая, мгновенно принесла облегчение, заставив расслабиться даже мышцы спины.
─ Братец, а ты чего так рано? Я думала, ты еще в лаборатории возишься.
─ Последний экзамен сдан, как я мог не прийти и не встретить тебя?
Лу Чэньюань поправил лямку на ее рюкзаке и, убедившись, что выглядит она бодро, едва заметно выдохнул.
─ Как прошло? На основных задачах не застряла?
Линь Юй самодовольно задрала подбородок, глаза искрились неподдельным весельем, а на щеках проступили симметричные ямочки.
─ Разумеется, нет! Студентка, которую готовил ты сам, не посрамит твоего имени на экзамене. Все основные задачи щелкнула как орехи, а последнюю бонусную даже наполовину расписала.
Слушая ее завуалированные комплименты в собственный адрес, Лу Чэньюань поправил очки на переносице, а его обычно строгий и холодный взгляд заметно потеплел.
─ Раз ты так старательно готовилась, награда заслуженная. Рядом с кампусом открылось новое барбекю-кафе, отзывы неплохие. Пойдем, отпразднуем конец мучений.
Стоило зайти разговор о жареном мясе, как у Линь Юй загорелись глаза. Она тут же закивала, и вскоре они уже шли плечом к плечу по залитой зимним солнцем аллее.
Внутри кафе царил оживленный гул – большинство столиков занимали такие же студенты, только что закрывшие сессию. Скворчащее на углях мясо издавало аппетитный аппетитный звук.
Лу Чэньюань выбрал укромную кабинку у окна, взял меню и привычно заказал несколько ее любимых позиций.
Пока они ждали заказ, за соседним столиком раздался знакомый голос:
─ Линь Юй, Лу-сюэчжан! Какая встреча, вы тоже отмечаете окончание экзаменов?
Чжоу Хао с пластиковым стаканом сока в руке подошел к их столику. Позади него толпилась пара знакомых однокурсников – судя по всему, они тоже решили расслабиться после сдачи.
Линь Юй подняла голову и улыбнулась ему: ─ Ага, решили себя немного побаловать. Вы тоже только освободились?
Чжоу Хао кивнул, скользнув взглядом по обоим, и вновь сосредоточился на Линь Юй. В его тоне по-прежнему звучало простое студенческое дружелюбие:
─ Ну как всё прошло? Сложно было с вышматом? Я вот над последним заданием даже голову ломать не стал, времени не хватило.
Лу Чэньюань не спешил вступать в беседу. Вместо этого он взял щипцы, аккуратно разложил по решетке свежие ломтики свиной грудинки и принялся с привычной невозмутимостью их переворачивать.
Когда мясо подрумянилось с обеих сторон, он взял ножницы, нарезал его на аккуратные порционные кусочки и самые лучшие куски переложил в пиалу перед Линь Юй.
Она подцепила один кусочек палочками, отправила в рот, но капля соуса некстати мазнула ее по губе. Не успела она потянуться за салфеткой, как Лу Чэньюань уже опередил ее.
Его движение было абсолютно естественным: мягкое касание салфетки стерло соринку с ее губ. И если раньше Линь Юй легко поддерживала непринужденный разговор с Чжоу Хао, то теперь ее уши вспыхнули куда раньше положенного.
Убедившись, что лицо абсолютно чистое, Лу Чэньюань наконец перевел взгляд на Чжоу Хао. Его манера оставалась вежливой, но право на обладание этой девушкой считывалось в каждом жесте.
─ Юю очень усердно готовилась к этой сессии. Мы занимались каждый вечер, она успешно одолела все основные блоки, да и над дополнительным заданием потрудилась на славу.
Чжоу Хао на секунду замер. Он собирался завести разговор о наборе в какой-то каникулярный проект, но при виде столь откровенной заботы со стороны Лу Чэньюаня решил, что проще будет скинуть информацию в общий чат группы.
Парочка стоявших позади него парней переглянулись и украдкой уткнулись в экраны телефонов, где в закрытом чате уже вовсю сыпались сообщения:
─ Я сейчас не сошел с ума? Бог Лу только что вытер Линь Юй губы? Разве он не тот самый тип, который вечно бесится, если с ним пытаются заговорить лишний раз?
─ Да не бесится он, просто он согласен терпеть только Линь Юй. Вы видели, как ловко он режет мясо? Зуб даю, он наловчился делать это не дома.
─ Да тут слепой увидит, что Лу Чэньюань за ней ухаживает. После таких заявлений и демонстрации собственнических инстинктов любому другому останется только отойти на безопасное расстояние.
Не став больше задерживаться у столика, Чжоу Хао просто салютовал им стаканом с соком, обменялся дежурными фразами и вернулся к своим.
Наблюдавшая за всем этим Линь Юй ликовала внутри, хотя внешленно по-прежнему изображала невинность, усердно уплетая мясо, что ей подкладывал Лу Чэньюань.
К моменту, когда они закончили ужин, на город уже опустилась темнота. Покинув кафе, они неспешно направились по прогулочной дорожке вдоль университетского стадиона.
Зимний вечер покусывал за щеки легким морозцем. Линь Юй втянула подбородок в воротник пальто, но стоило ей сделать пару шагов, как Лу Чэньюань остановился.
Он взял ее за руку и засунул их переплетенные пальцы прямо в глубокий карман своего черного пальто, укрывая ее озябшие пальцы от холода теплом своей ладони.
Приятное тепло моментально разлилось по телу. Линь Юй хотела было вытащить руку, но Лу Чэньюань сжал пальцы надежнее, напрочь лишая ее возможности сбежать.
Наклонившись к самому ее уху, он позволил прохладному ночному воздуху смешаться с нотками ментола, а его серьезный тон заставил ее окончательно забыть про шутливые отговорки.
─ Юю, когда ты уже официально ответишь согласием на мои ухаживания?
Его дыхание щекотало кожу. Уши Линь Юй запылали с новой силой, а пальцы в кармане невольно сжались в кулак.
─ Я и так играю роль твоего постоянного напарника черт знает сколько времени, делаю всё, что положено, и даже больше. Нельзя же держать меня в подвешенном состоянии бесконечно.
Смущенная его прямотой, Линь Юй не решалась поднять глаза и лишь сильнее прижалась к его плечу, пытаясь отшучаться:
─ С чего это ты без имени и званий? Личный саппорт Первого лесника национального сервера – разве этого титула мало?
Лу Чэньюань тихо рассмеялся, сжимая ее ладонь еще крепче, явно не собираясь довольствоваться столь расплывчатым статусом.
─ Мало. Я хочу быть твоим законным парнем.
Вернувшись в общежитие, Линь Юй долго ворочалась на кровати: в голове по кругу вертелись слова Лу Чэньюаня, а щеки всё еще горели.
Она достала из сувенирного мешочка старинные карманные часы и аккуратно открыла крышку – стрелки на циферблате по-прежнему стояли на месте.
В прошлый раз, после того как трещина была устранена, часы еще какое-то время шли, но теперь сколько она ни пыталась осторожно повернуть заводную головку, механизм оставался мертв. Видимо, мастеру всё же придется заглянуть внутрь.
Она решила, что завтра же отнесет их в ремонт.
Ей хотелось преподнести Лу Чэньюаню настоящий сюрприз сразу после починки механизма, заодно выложив всю правду о той самой истории с гипнозом без утайки.
Она намеревалась признаться ему лично: она подыгрывала ему вовсе не потому, что его методы внушения были безупречны, а просто потому, что часы находились в руках у нужного человека.
На следующий день Линь Юй, прихватив отложенные сбережения, отправилась на коммерческую улицу, толкнула знакомую дверь часовой лавки и положила на прилавок перед пожилым мастером и часы, и конверт с деньгами.
─ Мастер, я снова к вам. Можете выгравировать циферблат заново? Деньги я принесла, но не могли бы вы заодно проверить сам механизм?
Старик надел увеличительную лупу, взял часы и внимательно их осмотрел. Однако на этот раз он не стал кивать с привычной готовностью, а молча вернул вещицу на бархатную подушечку.
Сняв лупу, он поднял взгляд на стоявшую перед прилавком девушку. Его лицо омрачило выражение глубокого сомнения, и, прежде чем заговорить, он пару секунд подбирал слова.
─ Деточка... Есть одна вещь. Я даже не знаю, стоит ли тебе об этом рассказывать.

Комментарии

Загрузка...