Цзяоту видел, что никто не решается сделать хоть шаг, и оттого слегка рассердился. Как раз в этот момент Сюань Цин услышал, как кто-то его зовет, и поспешно вышел из заднего двора.
Стоило Сюань Цину появиться, как Цзяоту взглянул на него, и в его сердце мгновенно ёкнуло: он словно бы понял, почему Гуйлин и остальные устроили эту потачку.
От этого человека так вкусно пахнет... Какой дивный аромат.
Цзяоту глубоко вздохнул и с затуманенным взором направился к Сюань Цину.
— Тьфу, да этот Цзяо... — один из стражей-хранителей, увидев состояние Цзяоту, тут же захотел громко рассмеяться и высказать насмешку.
Но двое воинов Клана Драконов, вошедших в чайную следом, заставили его молча захлопнуть рот.
Эти двое ведь находились на пике ступени Золотого Бессмертного Тайъи!
Затем толпа принялась молча переговариваться с помощью божественного сознания.
— Подумать только, этот Цзяоту раньше задирал нос пуще прежнего, а теперь обернулся хуже нашего молодого господина. И это при том, что он — сын Зулуна!
— Точно. По крайней мере, наш молодой господин не вёл себя так жалко. Ты только глянь на его физиономию — вылитый глупец, которого поразило божественное умение лисиц из Цинцю.
— Погодите-ка, вы это к чему? Что не так с лисицами из Цинцю?
— Да хорош грызться, гляньте лучше: Цзяоту остановился.
...
Заметив, что Цзяоту направляется прямо к нему, Сюань Цин застыл с гримасой неловкости на лице. Он же явно добрую половину дня отмывался на заднем дворе, неужели этот запах всё еще не выветрился?
Слова юных питомцев Сюань Цин расслышал отчетливо. Наслушавшись подобного вволю, он, естественно, понял, из-за чего эти сопляки пришли в такое безумие.
Главная причина крылась в особом аромате, исходившем от его тела, поэтому ранее Сюань Цин специально уединился на заднем дворе, тщательно вымылся и даже переоделся в другое платье.
Однако, судя по текущему положению дел, толку от этого не было никакого.
Влекомый ароматом Сюань Цина, Цзяоту уже почти переступил черту, где кипела беспорядочная драка, как вдруг чешуйка обратной стороны дракона, принадлежащая Зулуну и висевшая у него на теле, резко раскалилась добела. Эту реликвию Зулун даровал сыну, когда тот покидал Клан Драконов.
Обжигающий жар мгновенно вырвал Цзяоту из наваждения, но стоило ему бросить взгляд на Сюань Цина, как он снова начал погружаться в дурманящий омут.
Посему чешуйке Зулуна пришлось поддерживать жгучий жар безостановочно, насильно приводя Цзяоту в чувство.
— Э-э... Это же...
Цзяоту с трудом взял себя в руки, и взгляд, которым он уставился на Сюань Цина, исполнился первобытного ужаса.
Это определенно не было иллюзорным искусством лисьего клана!
Аура, исходившая от этого Земного Бессмертного вдали... нет, от этого старшего, была ничем иным, как первозданной аурой Великого Дао, единого с самой вселенной.
Подобную ауру ему доводилось ощущать лишь от собственного Отца-Божества — она исходила от него в те минуты, когда тот постигал Дао.
Уровень культивации этого старшего наверняка ничуть не уступает уровню Отца-Божества!
Но погодите... раз эта аура Великого Дао источается им каждую секунду, да к тому же он способен свободно двигаться... неужели этот старший пребывает в состоянии вечного постижения Дао?
Холодная капля пота скатилась по вороту одежды и заскользнула вниз по спине Цзяоту, заставив его вздрогнуть и окончательно прийти в себя.
Он ведь потел! Будучи Врожденным Божественным Существом Клана Драконов и сыном Зулуна, он испугался до холодного пота лишь от собственных догадок о чужой личности. Он потерял рассудок от страха.
Цзяоту сглотнул, судорожно пытаясь успокоиться, глубоко поклонился Сюань Цину и почтительно произнес:
— Старший, простите за беспокойство.
Старший?
Да с чего бы Сюань Цину брать на себя столь громкий титул!
— Какой же я старший, всего-то Земной Бессмертный. Называй меня просто братом.
К Цзяоту Сюань Цин испытывал крайне благосклонные чувства: на фоне остальных несносных детищ этот драконий принц выглядел поистине послушным и милым.
Земной Бессметный?
Кого ты пытаешься провести?
Внутри себя присутствующие хором крутили пальцем у виска, и сражавшиеся юнцы — не исключение.
Все эти юные сорванцы являлись Врожденными Божественными Существами. Поначалу их рассудок помутился от ауры Сюань Цина, но после полученных тумаков каждый из них, естественно, пришел в себя.
Вот только, опомнившись, эти Врожденные Божественные Существа затаили обиду: в родных кланах каждый из них был настоящим бедствием для окружающих, и никто никогда не смел их лупить.
Поэтому, хотя рассудок к ним и вернулся, потасовка продолжилась, однако теперь они били вполсилы, опасаясь навлечь на себя гнев столь могущественного старшего, как Сюань Цин.
В отличие от остальных, чьи мысли сводились лишь к внутренним жалобам, в голове Цзяоту роились куда более масштабные соображения.
В конце концов, столь великий эксперт, чья культивация не уступает Отцу-Божеству, вдруг заявляет, что он — скромный Земной Бессметный, да к тому же постоянно пребывает в состоянии постижения Дао... Неужели он переживает земное перерождение ради познания истины?
Чем дольше Цзяоту размышлял, тем ярче горели его глаза!
Именно так! Он несомненно постигает Дао среди смертных, иначе с какой стати ему прозябать в этой бесплодной глуши Западных Куньлуней?
К тому же, судя по манерам и поведению этого небожителя, вокруг которого клубится энергия Великого Дао, неужели блуждание среди смертных способно помочь в укреплении культивации?
Запомнить! По возвращении непременно рассказать об этом Отцу-Божеству.
Размышляя об этом, Цзяоту перевел взгляд на толпу Врожденных Божественных Существ, всё еще имитировавших драку неподалеку, и его глаза сузились.
Судя по всему, эти глупцы еще не раскусили данный секрет, но позволять им оставаться здесь дольше нельзя — иначе тайна просочится наружу...
Цзяоту прекрасно понимал, какое положение Клан Драконов занимает нынче в мире Хунхуан, и что оно построено на крови и мощи, завоеванной Отцом-Божеством и его братьями-дядьями.
Засунув руку в рукав и нащупав чешуйку обратной стороны дракона, Цзяоту без малейших колебаний активировал ауру своего Отца-Божества.
В тот же миг по всей чайной прокатилась чудовищная, подавляющая волна давления, свойственная лишь пику Почти Святого.
Цзяоту первым делом глянул на Сюань Цина и, не заметив на лице того ни малейшей тени перемены, облегченно выдохнул.
Но в то же время его охватил еще больший трепет.
Сила этого старшего, судя по всему, действительно ничуть не уступает силе Отца-Божества!
Пойдя на такой шаг, Цзяоту заранее смирился с мыслью, что может оскорбить Сюань Цина. Он был готов скорее прогневать старшего, чем позволить другим кланам узнать тайну постижения Дао в мире смертных.
К счастью, великий эксперт не проявил гнева.
— Этот Цзяоту что, рехнулся?
— Кто его знает, но подумать только, он носит с собой божественное сознание самого Зулуна — какая же у него подлая душонка!
— Вы... у вас что... еще остались силы... болтать через божественное сознание?
Многочисленные стражи-хранители находились на ступени Золотого Бессметного, а будучи личной охраной молодых господ, они то и дело сталкивались с патриархами собственных кланов, поэтому, хоть им и пришлось туго, они все же смогли кое-как справиться с давлением.
А вот двое телохранителей Клана Драконов, почувствовав появление ауры Зулуна, стремглав вылетели из чайной и бросились вверх по горной тропе Западных Куньлуней.
Раз уж в ход пошло сокровище для защиты жизни, пожалованное молодым господам самим патриархом, значит, это место таит смертельную опасность — нужно срочно бежать на гору и звать подмогу спасать молодого господина!
Однако остальным юнцам повезло куда меньше.
Под тяжестью давления Зулуна несколько избалованных отпрысков моментально рухнули пластом на землю.
Сообразив, что дело пахнет керосином, сообразительный Цзяоту приглушил часть давящей ауры, но саму суть присутствия Зулуна оставлять не стал — приберег.
А затем, под злобными взглядами окружающих, он холодно произнес:
— Ныне мы в чайной старшего, как вы смеете здесь бесчинствовать?!
Слушая это, стоявший рядом Сюань Цин чувствовал себя крайне неловко: он искренне считал, что титул старшего к нему вовсе не применим, какая уж тут речь о бесчинствах.
Сюань Цин поспешно заговорил:
— Хотя чайная и служит тихим местом для дегустации чая, нет ничего дурного в том, чтобы здесь порой шумели и веселились. Считайте это оживлением атмосферы, просто оживлением атмосферы.
Стоило Сюань Цину раскрыть рот, как окружающие телохранители вместе с молодыми сорванцами дружно втянули воздух ртами.
О боже!
Этот великий эксперт способен переносить давление и ауру самого Зулуна без малейшего ущерба для себя и при этом вести непринужденную беседа.
Неужели перед ними владыка того же уровня, что и сам Зулун?
В одно мгновение чайная заполнилась взбудораженными шепотками.

Комментарии

Загрузка...