Пэк Са Ра была принята в Управление четыре года назад по специальному набору. На тот момент ей исполнился всего 21 год. Она стала самым молодым агентом и единственной женщиной среди оперативников того времени. Вполне естественно, что к ней было приковано повышенное внимание.
— На самом деле, если посмотреть на лицо Са Ра нуны, она ведь просто красавица, — рассуждал Квак Джэ Гём. — Говорят, когда она только пришла, многие пытались к ней подкатывать.
Безусловно, Пэк Са Ра редкостная красавица. К тому же тогда она едва достигла совершеннолетия, так что окружающие наверняка не давали ей прохода.
— Но нуна никак не реагировала, и это задело чьё-то самолюбие. Беда в том, что среди обиженных оказался тогдашний тимлид её группы...
— О...
Даже по этим обрывкам история уже казалась скверной. Начальник, который пристаёт к новичку из своего же отдела, а потом ещё и обижается. Глядя на корень, легко представить всё дерево. Я примерно догадывался, что последовало дальше.
— Сначала этот тимлид был приторно добрым, но в какой-то момент, то ли она его отшила, то ли ещё что, начал нуну просто изводить. Придирки по любому поводу, бессмысленные поручения, изматывающие тренировки, вечные поиски изъянов в работе.
— И Пэк Са Ра это терпела?
— Около трёх месяцев.
Это звучало так, будто спустя три месяца она всё перевернула с ног на голову. И действительно, стоило Пэк Са Ра закончить испытательный срок и стать официальным агентом, как всё изменилось.
В тот день тимлид по привычке решил сорваться на ней.
— Ты чего рожу такую скорчила? Если есть претензии, говори прямо, а не дуйся, как типичная баба.
Это было сказано в столовой, в самый разгар обеда. Там были не только их сотрудники, но и люди из других отделов. Он говорил громко, напоказ. Это было своего рода самоутверждение. Низкая демонстрация того, что он может растоптать женщину-агента, которой многие восхищались.
Прежний начальник Пэк Са Ра был именно таким человеком, и она, понимая его гнилую натуру, молча сносила всё первые три месяца.
— Никаких претензий, тимлид.
— Да что ты врешь? Вечно ты на пустом месте нервничаешь. У тебя что, месячные?
Подобные насмешки были в порядке вещей. Сама ситуация не казалась чем-то из ряда вон выходящим.
— Строит из себя принцессу, — пробурчал он. — Хорошо тебе, вечно оправдание найдётся.
Совершенно заурядная, повседневная травля. Однако наступил день после официального зачисления Пэк Са Ра в штат, и тимлиду следовало бы почувствовать разницу. Тогда, увидев её сияющую улыбку, он, возможно, сделал бы более благоразумный выбор.
— Эй, ты чего лыбишься?
— Завидуете?
— Что?
Непривычная реакция Пэк Са Ра заставила тимлида издевательски усмехнуться. Он уже собрался было снова её осадить, но она опередила его.
— Если завидуете, давайте вместе.
В следующее мгновение поднос Пэк Са Ра впечатался в лицо тимлида. Сидевший начальник опрокинулся вместе со стулом, а Пэк Са Ра уже перепрыгнула через стол.
За этим последовало одностороннее избиение. Она оседлала поверженного противника и начала методично наносить удары. Прежде чем окружающие успели их разнять, она схватила его за волосы и заставила подняться. Кровь из носа и рта тимлида обильно потекла вниз. То ли это было случайностью, то ли намеренным злым умыслом, но кровь залила его штаны в районе паха.
— В общем, визуально это выглядело так, будто у него... ну, началось то самое.
— ...И что было потом?
— Нуна получила взыскание, её перевели в другой отдел. Но, поскольку она уже была в штате, уволить её не могли. К тому же учли долгую травлю со стороны начальника. Тогда начальник Квон Му Соп, который руководил соседним отделом, заступился за неё и забрал под своё крыло.
— Она специально терпела до конца испытательного срока?
— Судя по датам, да.
От этого стало не по себе. Сносить всё, чтобы не вылететь во время стажировки, а на следующий же день после зачисления сокрушить обидчика.
— Но это ещё не конец.
— Тот тимлид решил отомстить?
— Нет, не в этом дело. Понимаешь, «эти дни» ведь бывают раз в месяц.
— Неужели...
Я невольно прикрыл рот рукой, а Квак Джэ Гём торжественно кивнул.
— Сначала тот тимлид был в ярости и грозился её уничтожить. Но она уже была в другом отделе, и он не мог до неё добраться. Ровно через месяц Са Ра нуна сама пришла к нему.
— Пришла?
— Очевидцы говорят, она сказала: «В этом месяце тоже пора», и внезапно ударила его ногой в лицо. Человека снова увезли в крови, едва сросшийся нос опять сломали.
— ...И на этом всё закончилось?
— Нет... Это продолжалось целых пять месяцев. Каждый месяц в один и тот же день она приходила и разделывала его.
Пэк Са Ра, это уже чересчур!.. Но почему? Зачем доводить до такого? В состоянии шока я пытался найти хоть какое-то логичное оправдание.
— Ну, хотя бы через полгода она остановилась.
— Не она остановилась, а тимлид уволился.
Всё-таки выжила его...
— Дело не только в побоях. По Управлению пополз слух, его прозвали «Менструирующий оперативник». В итоге у него развилась депрессия и социофобия, и он...
Вот что это значило: «Если станешь целью Пэк Са Ра, даже у мужчины начнутся критические дни».
— В общем, после этого желающих подкатывать к ней не осталось. Это одно из негласных правил выживания, которое ветераны обязательно передают новичкам.
Квак Джэ Гём посмотрел на меня, проверяя, усвоил ли я урок. Жестокость Пэк Са Ра я осознал. Но всё остальное вызывало массу вопросов.
— Но разве можно сотрудникам вот так драться? Ты же сказал, что сначала она получила взыскание.
— Конечно, нельзя.
— Тогда почему уволился тимлид?
Да, он был виноват, но действия Пэк Са Ра перешли все границы. Как в такой специфической организации могут поощряться подобные выходки? В армии за неподчинение наказывают куда строже. А Управление, где носят оружие, это почти та же армия.
— Я слышал от старших, что нуна нашла какой-то компромат на того тимлида.
— Компромат?
— Точно не знаю. Но раз он приставал к подчинённым, наверняка за ним водилось немало грешков.
Что ж, люди редко ограничиваются одним пороком. И что же получается в итоге? Тот начальник виноват настолько, что не смел пикнуть, даже когда его избивали по расписанию, а Пэк Са Ра использовала его слабость, чтобы ежемесячно над ним издеваться? Это действительно пугает.
— Ребята говорят, ей это даже как будто нравилось.
Судя по рассказу, так оно и было. Иначе как можно заставить себя ходить и бить человека в строго определенный день? Это не было вспышкой гнева или импульсивным поступком. Она хладнокровно выбирала дату и действовала по плану. Имея на руках козырь, не позволяющий дать отпор.
— Са Ра нуна никогда не нападает без причины. Но если причина есть, она становится... как бы это сказать... немного дьяволом. Ты же видел, как она обращается с заключёнными в Спецзонах?
Видел. И слышал.
«Они только выглядят как люди, а на деле закоренелые убийцы. Если их жалеть, что почувствуют невинные жертвы или их семьи? Поэтому никогда не сострадайте им. Те, кто попадает ко мне, заслуживают того, чтобы гореть в аду».
— В заданиях разведки часто приходится работать с заключёнными. Большинство агентов ненавидят это: по сути, это исполнение смертного приговора. Каким бы плохим ни был человек, когда начинаешь с ним общаться, появляется тень жалости. Но у нуны этого нет. Совсем.
— Вот оно что...
— Я это не к тому, чтобы её очернить, просто имей в виду. Она к тебе необычайно добра, но по природе своей она вовсе не мягкий человек.
Я кивнул в знак согласия. Очевидно, что ко мне она проявляет редкое снисхождение. Но почему?
Немного подумав, я спросил:
— А разве ты с ней не в довольно близких отношениях?
— Ну, мы в одну парикмахерскую ходим, — Квак Джэ Гём с гордым видом поправил свои золотистые волосы.
Ах, точно. Я слышал, что расходы на парикмахерскую для агентов разведки, участвующих в операциях под прикрытием, и для Квак Джэ Гёма оплачиваются из бюджета Управления. Подумать только, его золото поддерживается за счёт налогов...
Впрочем, мне кажется, они ладят не из-за общего салона, а просто потому, что это Квак Джэ Гём. В нём есть что-то от деревенского пса, который радуется каждому и готов играть с кем угодно. А если человек пускает к себе такого «пса» и благосклонен к своему спасителю, разве это не признаки доброго человека?
Пока я размышлял об этом, Джэ Гём добавил:
— Ну, и ещё Са Ра нуна довольно снисходительна к младшим «пейджам».
— «Пейджам»?
Стоило мне переспросить незнакомый термин, как Джэ Гём с виноватым видом прикрыл рот рукой. Что это за реакция?
— Э-э, лучше об этом услышать от неё самой. Там дело касается не только меня.
Удивительно: Джэ Гём, снабжённый функцией «автоматического комментатора», вдруг решил промолчать. Про безумства Пэк Са Ра рассказывать можно, потому что это правила выживания, а это, значит, тема личная? Заметив мой недоуменный взгляд, он осторожно добавил:
— Если станет интересно, спросишь как-нибудь между делом. Если спросишь ты, она, скорее всего, расскажет.
Будь то физические тренировки или обучение наукам, принцип один. Повторение и закрепление. Чтобы применение стало естественным.
Я одновременно надавил на колено и плечо Квак Джэ Гёма. Стоявший надо мной напарник тут же покачнулся. Наконец повалив его, я оказался сверху и нанёс удар ладонью в лицо.
Бам!
Моя ладонь встретилась с его шлемом, издав звонкий звук. Если бы не защита, нос бы точно был расквашен.
— Отлично. Вы заметно прогрессируете, — одобрительно произнесла Пэк Са Ра.
Хе-хе. Услышав редкую похвалу, я внутренне возгордился. Однако в учении нет предела, и человеку всегда следует быть скромным.
— Джэ Гём, выход.
По команде Пэк Са Ра я внезапно взлетел в воздух. Джэ Гём толчком таза отбросил меня в сторону. Он тут же занял позицию сверху, и наша ситуация мгновенно изменилась на противоположную.
— Нужно сохранять концентрацию до самого конца. Иначе получите контратаку. Ваша весовая категория не даёт преимуществ, поэтому всегда рассчитывайте закончить дело первым ударом. Не просто выжить, а именно убить. Поняли?
Пэк Са Ра и сегодня была ласково-смертоносной. На этом тренировка закончилась. Шла уже третья неделя базовой подготовки. Кажется, выносливость немного выросла. Теперь после занятий я не падал замертво. Неужели это и есть путь к силе? Если буду так же усердно заниматься, то, глядишь, и Ча Си Ёна смогу придушить!
Представляя себе это блестящее будущее, я закрыл дверцу шкафчика. Но стоило мне развернуться, чтобы выйти из раздевалки, как свет внезапно погас.
Короткое замыкание?
Вскинув голову от неожиданности, я осознал, что нахожусь в совершенно незнакомом месте.
— !..
Опять началось. Я поспешно огляделся. Я сидел в одном из длинных рядов кресел. Удобное, но тесное сиденье. А за полумраком виднелась сцена. Я мгновенно понял, что это за место.
Почти одновременно на экране моих смарт-часов высветилось сообщение:
Что это значит? Выбросить вещи? Пока я пребывал в замешательстве от столь странного указания, пришло новое сообщение:

Комментарии

Загрузка...