─ Чего уставилась? Забирай свои манатки и вали домой. ─
В коридоре Шэнь Янь буквально всучил притащенные дары обратно ошеломленной гостье – ему претила сама мысль иметь с ней что-то общее.
─ Шэнь... ─
Гу Цинсюэ только-только отошла от шока. Она никак не ожидала, что бабка проглотит весть о банкротстве и благословит этот брак!
─ Гу Цинсюэ, мы чужие люди, так что давай впредь обойдемся без твоего вмешательства в мои семейные дела. ─
Та все-таки оставалась главной героиней, и Шэнь Янь решил сохранить видимость приличий.
Вдруг сорвет девушку с катушек – еще натворит бед.
─ Чужие люди... я поняла... ─
Гу Цинсюэ опустила глаза, криво улыбнувшись.
Именно она встретила его первой, именно он когда-то любил ее – и теперь они просто посторонние?
Не говоря больше ни слова, она развернулась и зашагала прочь.
Проводив ее взглядом, Шэнь Янь перевел дух, решив, что та наконец-то одумалась.
Похоже, главные героини способны мыслить здраво, если разложить все по полочкам.
С этой мыслью камень свалился с его души: теперь-то Гу Цинсюэ точно перестанет докучать.
Как же сильно он заблуждался.
В этот момент глаза Гу Цинсюэ наливались холодным и опасным блеском.
Она привыкла к преклонению, а Шэнь Янь посмел отвергнуть ее уже в который раз. Терпение ее лопнуло окончательно.
Раньше она планировала действовать мягко.
Но раз парень не оценил доброты, пусть пеняет на себя – в ход пойдут любые средства!
Разве Су Цзинь в свое время не принудила его к браку шантажом?
И раз уж этот дурак согласен волочиться за обанкротившейся нищенкой...
Значит, он просто дешевая шлюха, готовая лечь под любого.
Достаточно заполучить его, как следует припугнуть – и он заговорит шепотом.
Погодите немного, придет день, и она сотрет спесь с Су Цзинь, заставив Шэнь Яня умолять о пощаде прямо перед соперницей!
Узнай Шэнь Янь о ходе ее мыслей, он бы без колебаний назвал эту девицу психопаткой.
Ему всего-то хотелось выжить, откуда ж ему знать про такие сложные тараканы в ее голове.
А сам он в это время прижался ухом к заветной двери палаты, отчаянно пытаясь подслушать беседу.
Сердце колотилось в надежде, что дамы не устроят побоище.
На беду, звукоизоляция в больнице оказалась образцовой: в палатах лежали тяжелые больные, а по коридорам сновал народ, так что тишина была залогом покоя.
Как ни ухищряйся Шэнь Янь, до него долетали лишь невнятные шорохи.
А внутри тем временем бабушка извлекла из-под подушки потертый фотоальбом в потрепанном переплете.
На первой странице красовался крошечный Шэнь Янь.
Несмотря на бережный уход, десятилетия безжалостно состарили бумагу.
─ Это его детские снимки. Хочешь взглянуть? ─
Су Цзинь приняла альбом и принялась молста перелистывать страницы.
Сияющая улыбка младшеклассника, угловатый подросток старшей школы, возмужавший выпускник – вся его прошлая жизнь уместилась здесь.
Сразу было видно, как сильно старуха любила внука.
─ Посмотрела? Тогда послушай меня внимательно, я скажу тебе то, что должно остаться между нами. ─
Лицо пожилой женщины окаменело, а потускневший взгляд вновь обрел былую остроту бывшей учительницы высшей категории.
─ Ответь на один вопрос: ты любишь его по-настоящему? ─
От этого зависела дальнейшая судьба Шэнь Яня.
Сама она уже доживала последние дни: врачи делали что могли, но тело отказывалось служить.
К смерти она относилась философски – прожила долгую жизнь, вырастила внука, большего и желать не стоило.
Но Шэнь Янь был слишком добр, что доказала история с его готовностью пожертвовать собой ради ее спасения.
Доброта – не порок, но таких наивных людей легко растоптать, особенно с его ангельской внешностью.
Прежде чем уйти навеки, ей требовалось убедиться, что рядом с ним останется надежная опора.
Услышав этот вопрос, Су Цзинь мысленно вернулась в прошлое...
До банкротства она не испытывала к нему ничего, кроме презрения, используя парня как щит против Гу Цинсюэ.
Но за последние дни... после всего пережитого вместе, после того, как он простил ее за едва не случившееся безумие...
Всегда решительная и жесткая, сейчас она впервые засомневалась перед ответом.
И все же Су Цзинь медленно кивнула.
Старуха не стала гневаться на ее колебания, ценя честность. Настоящие чувства требуют раздумий, а пустые клятвы с первого вздоха обычно не стоят ломаного гроша.
─ То, что я скажу дальше, не должно никогда дойти до Шэнь Яня. ─
─ На самом деле... я подобрала его на улице... ─
Тяжелейшая тайна, которую она пронесла через всю жизнь, наконец-то сорвалась с ее губ.

Комментарии

Загрузка...