Белоснежные волосы мягко колыхнулись на постели, щекоча моё тело.
— Эхе-хе... Соута-кун.
Красавица, от которой невозможно отвести взгляд. Девушка, прекрасная, как картина, даже когда серьёзна, сейчас ласково улыбалась. ...Причём находясь в моих объятиях и произнося моё имя.
— Ты чего?
— Я очень тебя люблю.
Она крепко прижалась ко мне, обхватив руками за спину. От одного этого моё сердце забилось так сильно, что стало больно.
Шинономэ Наги.
Красавица с волосами, похожими на первый снег, и кожей белой, как молоко. Её глаза напоминали глубокое море, а на лице раньше редко появлялись хоть какие-то эмоции.
Я, Минори Соута, учился в другой школе. Нас связывали лишь совместные поездки на поезде. ...До того самого дня.
Однажды я спас её от извращенца. Однако из-за этого случая Наги начала панически бояться мужчин. Чтобы побороть этот страх, она стала общаться со мной... Так мы и сдружились.
С тех пор много чего произошло. В награду за экзамены она готовила для меня... просила погладить её по голове, а я лежал у неё на коленях. Мы сблизились куда сильнее обычных друзей. Да уж, оглядываясь назад, я понимаю: мои действия совсем не тянули на простую благодарность.
Ещё свежи воспоминания о её выступлении и... нашей поездке в парк аттракционов.
Тогда я и понял, что меня тянет к Наги, что я влюблён. Но мне потребовалось слишком много времени, чтобы решиться на признание.
Я даже не заметил её конфликта с родителями. А ведь именно из-за него она согласилась на предложение отца о помолвке с сыном главы одной компании.
Мне оставалось лишь отчаиваться. Я думал, что Наги стала для меня недосягаемой, но мой друг Макидзака Эйдзи вовремя вправил мне мозги.
Заручившись поддержкой друзей, я отправился в дом Наги... и, к счастью, смог признаться ей в чувствах. Проблема Наги с родителями благополучно разрешилась, и мы стали парой. Вот только из-за недосыпа и нервного истощения я свалился без сил.
Когда я очнулся, Наги была рядом. Поняв, что я пришёл в себя, она юркнула ко мне в постель. ...И вот мы здесь.
Любимая девушка признаётся мне в своих чувствах. И не только словами — её объятия говорят сами за себя. Я безумно счастлив, но... мы лежим так уже около часа.
Скажу честно: я не выдержу. Моё сердце просто этого не перенесёт.
— Н-Наги... Может, пора...
— Не хочу.
Коротко ответив, она прижалась ко мне ещё крепче. Моё сердце оглушительно заколотилось.
— Я хочу чувствовать тебя, Соута-кун, всем телом. ...Да и мне всё ещё кажется, будто это сон.
Наги уткнулась лицом мне в грудь, мягко и тепло улыбаясь.
«Ледяная принцесса».
Так её называли окружающие. От Наги веяло холодом, и поговаривали, что стоит признаться ей в любви — и она разобьёт тебе сердце. Я и сам не раз видел в поезде, как она отшивала парней.
Но, как выяснилось, всему виной было наставление отца: «Никогда не показывай людям свои слабости». Впоследствии он извинился перед Наги, и их недопонимание благополучно разрешилось.
И теперь... от той «Ледяной принцессы» не осталось и следа. Лёд окончательно растаял.
Положив руку мне на грудь, Наги закрыла глаза.
— Мне так нравится чувствовать твою доброту, Соута-кун... Нет. Твой голос. Стук твоего сердца. Твоё тепло. Всё это. Абсолютно всё. Поэтому... давай полежим так ещё немного.
Каждое её слово отдавалось в голове и будоражило душу. Но... стоит ли ей говорить?
О том, что за нами наблюдают Тиэ-сан и Судзака-сан — мама Наги и её личная горничная.
Они приоткрыли дверь и подглядывали за нами, расплывшись в широченных улыбках!
Поймав мой взгляд, Тиэ-сан приложила указательный палец к губам, призывая молчать. ...Ладно, пусть будет так. Или всё-таки нет? Мы лежим вдвоём в кровати, да ещё и в чужом доме.
— Я больше не стану сдерживать свои чувства. Хи-хи.
Глядя на её улыбку, я понял, что всё остальное совершенно неважно.
Я погладил Наги по шелковистым волосам, и она невинно улыбнулась, совсем как ребёнок. Стоило мне обнять её в ответ, как меня окутало тепло.
Сладкий аромат щекотал ноздри... а ещё ко мне прижималось кое-что мягкое.
Всё это однозначно вредило моему сердцу. С самого пробуждения оно стучало как сумасшедшее, а лицо пылало огнём.
Но куда сильнее была невероятная нежность, которую я к ней испытывал.
Я хотел сделать девушку в своих объятиях самой счастливой на свете. Желал этого всем сердцем.
— Слушай, Наги.
Услышав своё имя, Наги слегка приподняла голову и посмотрела на меня снизу вверх.
«...Боже. Что это за милейшее создание?»
Проглотив эти слова, я тихо прошептал, чтобы не услышали те двое за дверью:
— Я тоже очень тебя люблю. Всю тебя.
Произносить такое вслух было жутко неловко. Но лицо Наги просияло, и...
— И я тебя очень люблю!
Она подалась вперёд и крепко обняла меня.
Её мягкая щёчка прижалась к моей щеке. Вся её нежность и тепло передавались моему телу.
...Вот только какой тогда был смысл говорить шёпотом?
И пока из-за двери в нас вонзались два умилённых взгляда, я просто ласково поглаживал Наги по спине.
◆◆◆
— Ч-что ж... Спасибо за гостеприимство.
— Пожалуйста. Обязательно заходите к нам ещё. Соитиро-сан тоже будет очень рад.
Прошёл ещё час. И вот, наконец, мы с Наги собрались уходить.
— Ах да, Минори-кун... то есть, могу я теперь называть тебя Соута-кун?
— Д-да. Конечно.
Тиэ-сан пристально посмотрела на меня. В отличие от прежнего поведения, сейчас она выглядела немного серьёзной.
А вообще... Как и Соитиро-сан, она казалась очень молодой. К тому же от неё исходила та же аура, что и от Наги. Точнее, наоборот — Наги была похожа на Тиэ-сан.
Даже если они не кровные родственники, годы жизни под одной крышей заставляют невольно перенимать черты друг друга.
Отогнав эти мысли, я снова сосредоточился на разговоре.
— Соута-кун. Хочу прояснить один момент... Можем ли мы считать тебя женихом нашей дочери Наги?
От этих слов у меня глаза на лоб полезли.
— Если у Наги появится жених, всякие сомнительные личности перестанут к ней лезть. Да и тебе, Соута-кун, так будет спокойнее. А вопрос о том, возьмём ли мы тебя в зятья-наследники[1], обсудим как-нибудь потом. Что скажешь?
Вот так, между делом, всплыла тема моего усыновления. Нет, пока отложим это в сторону.
Растерявшись от столь внезапного заявления, я посмотрел на стоящую рядом Наги. Она выглядела напряжённой, но в её синих глазах читалась явная надежда.
Впрочем, мой ответ был известен с самого начала.
— Да, я согласен.
Услышав это, Тиэ-сан с радостью кивнула.
— Ах да. Наги, подойди-ка на секунду.
— ?.. Да, конечно.
Тиэ-сан что-то шепнула ей на ухо, и лицо Наги начало стремительно краснеть.
— М-мама?! Т-то есть... матушка!
— Можешь называть меня «мамой», Наги. Нет... Я хочу, чтобы ты называла меня «мамой».
— Матуш... м-мама...
От слов Тиэ-сан лицо Наги залилось румянцем.
«Мама»... Вот как. Значит, Наги всё это время хотела называть её именно так.
Я едва сдержал улыбку, почувствовав, как грудь наполняется теплом. Тиэ-сан хихикнула, изящно прикрыв рот ладонью.
— Хи-хи, прости. Наги просто такая милая. ...Я уже всё собрала, так что сходи за вещами.
— ...Х-хорошо. Соута-кун, подожди немного, ладно?
Я не совсем понял, о чём речь, но на всякий случай кивнул.
— ?.. А, хорошо.
Наги ушла в свою комнату и вскоре вернулась с довольно объёмной сумкой. Кажется, с ней она обычно ходила в школу... Но сейчас она выглядела тяжёлой — судя по всему, вещей внутри хватало.
— Наги? Что это за сумка?
— ...Не обращай внимания. Ну что, пошли?
Наги слегка покачала головой, но её щёки всё ещё оставались красноватыми. Наверное, и впрямь лучше не лезть.
Попрощавшись с Тиэ-сан и Судзакой-сан, мы покинули дом. Мне хотелось повидаться и с отцом Наги, Соитиро-саном, но он отправился на встречу для разрыва помолвки, и было неизвестно, когда вернётся. Нужно будет в другой раз извиниться перед ним и поблагодарить.
Едва мы вышли за ворота, я достал из кармана смартфон.
— Извини, мы только вышли, но мне нужно написать Эйдзи. Ребята сильно мне помогли, и я обещал связаться с ними, когда всё закончится.
— Вот как... Но, кажется, в этом нет необходимости.
Наги тихонько хихикнула и кивнула вперёд по улице:
— Посмотри туда.
А там...
— О, наконец-то вышли.
— Приветики! Судя по вашему виду, всё прошло удачно.
— О, идут. Ну что, дал ей щелбан, как я просила?
Нас ждали Эйдзи, его девушка Нисидзава Кирика и Хаяма Хикару, с которой мы сдружились благодаря Наги.
— ...Щелбан? — переспросил я.
— А, судя по реакции, не дал. Ну, в общем-то, ожидаемо.
Усмехнувшись словам Хаямы, я подошёл к ребятам.
— Вы что, ждали нас здесь? На улице вообще-то уже почти зима.
— Да мы просто подумали, что вы уже скоро выйдете, вот и подошли.
— Врунишка. Сам же сказал: «Я должен первым узнать, чем всё закончилось у Соуты. Неважно, получилось у него или нет», — и торчал тут всё это время. Это я ему пальто притащила.
— Эй, не пали контору... Я же теперь выгляжу как придурок.
— Кстати, я тоже прихватила куртку и ждала вместе с ними. Уж очень было интересно!
Это было так в духе Эйдзи. И Нисидзавы с Хаямой тоже.
Похоже, нам и правда... очень повезло с друзьями.
Я похлопал по плечу Эйдзи, который попивал горячее какао.
— Спасибо тебе.
— Да это же ты там отдувался.
— Но это ты заставил меня действовать. И помог подняться. Так что — спасибо.
— ...Обращайся.
Слушая смущённого Эйдзи, я невольно расплылся в улыбке. ...Затем перевёл взгляд на Наги.
— Прошу прощения, что заставила вас так сильно волноваться и доставила столько хлопот. Мне очень жаль, — виновато произнесла она.
— Да ладно тебе, не извиняйся. ...Тут и моя вина есть. Но, Шинономэ-чан... нет, Наги. Закрой глаза.
Услышав слова Хаямы, Наги в недоумении склонила голову, но всё же послушно закрыла глаза.
Хаяма тихо произнесла «ага», замахнулась и...
«Щёлк!»
...отличный звонкий щелчок разнёсся по округе.
— Ауч.
Издав милый вскрик, Наги схватилась за лоб.
— Это тебе наказание за то, что ничего мне не рассказала. Я просила Минори-куна это сделать, но подозревала, что он не сможет.
Сказав это, Хаяма ласково улыбнулась.
— В следующий раз обязательно делись со мной. Мы же подруги.
— ...Да! Прости меня, пожалуйста. ...И большое спасибо.
Наги вежливо поклонилась, на что Хаяма коротко кивнула:
— Мгм.
С улыбкой наблюдая за этой сценой, мы не спеша направились домой.
— Кстати, что будем делать с обедом? Может, закажем пиццу пораньше?
— Да не, давайте как-нибудь иначе. Может, перекусим где-нибудь?
Я уже говорил Наги, что мы собирались устроить пицца-вечеринку с Эйдзи и остальными. Пока мы решали, как поступить, Наги вдруг подала голос:
— Тогда, может, обед приготовлю я? ...Кажется, у Соуты-куна дома была жареная курочка караагэ. Как вы на это смотрите?
— Ты уверена?
Сегодня с самого утра столько всего произошло, она наверняка устала. Я спросил это с беспокойством, но Наги с улыбкой кивнула.
— Да! Это будет извинением за те хлопоты, что я вам доставила. К тому же, если я приготовлю побольше, то смогу положить остатки нам с Соутой-куном в бэнто на завтра!
— ...Тогда я буду только за. Что скажете?
— Естественно! Обожаю караагэ!
— О-о! Я тоже!
— И я!
Поскольку все трое были согласны, по пути домой мы зашли в супермаркет.
Пока мы шли к супермаркету, пальцы Наги мягко коснулись моей руки. Я посмотрел на неё — она ласково улыбалась.
Затем она переплела свой мизинец с моим. Придвинувшись к моему уху, она радостно прошептала:
— Я очень тебя люблю, Соута-кун.
Мои губы непроизвольно расплылись в дурацкой ухмылке, и я тут же прикрыл рот рукой. Наги наверняка всё поняла, но стереть эту улыбку было выше моих сил. Она с искренней радостью наблюдала за мной.
— Ну что, пойдём, Соута-кун?
— ...Ага.
Неужели теперь такие дни будут длиться вечно?
Я вообще это выдержу?..
Хотя теперь мне больше не нужно сдерживаться... Нет, стоп. Всему свой черёд. Один неверный шаг, и она меня возненавидит.
Даже в близких отношениях нужно соблюдать приличия. К тому же мы на улице, так что стоит держать себя в руках.
Сплетясь со мной мизинцами, Наги радостно вышагивала рядом. Вдруг сзади донеслись голоса ребят:
— Это что за воркование невинных голубков?
— Да даже мы себя так в открытую не ведём. А у нас вообще был такой конфетно-букетный период?
— ...Ну. По-моему, мило. Главное, что им хорошо.
Изо всех сил делая вид, что ничего не слышу, я откашлялся и ускорил шаг.
Наги наверняка тоже их слышала, но лишь продолжала счастливо улыбаться.
◆◆◆
— Сегодня свинина недорогая. Как... поступим завтра? Можно я завтра тоже приду к тебе, Соута-кун?
— ?.. А у тебя завтра нет никаких занятий?
— Занятия-то есть, но я хочу и завтра побыть с тобой, Соута-кун. Так что приду, как только закончу. Посоветуюсь с ма... кхм, с мамой.
Наги выдала это так непринуждённо, хотя её щёки слегка порозовели. Мне, конечно, было приятно, но кое-что всё равно не давало покоя.
— ...Уверена? Вы ведь только помирились с Соитиро-саном и Тиэ-сан, разве не лучше провести время с ними?
— Всё в порядке. Папа с мамой очень близки, и я подумала, что иногда стоит оставлять время только для них двоих. Конечно, я не собираюсь постоянно пропадать у тебя, Соута-кун... К тому же, теперь мы можем проводить время всей семьёй не только за ужином.
В её глазах светилась искренняя радость. Раз Наги так говорит, значит, всё и правда будет хорошо. Теперь, когда они могут открыто обо всём говорить, она наверняка станет ещё ближе с семьёй.
— Понял. Буду ждать тебя завтра.
— Хи-хи. А я буду ждать встречи. ...О, курица тоже по скидке. Как удачно.
Пока я наблюдал за тем, как Наги тщательно выбирает мясо, мою спину снова прожёг пристальный взгляд.
— Ну что, как думаете, какой это год в браке?
— Первый... Не, они и на десятый так же будут ворковать. Соута наверняка из тех, кто каждый раз таскается с женой за покупками.
— В эту картину так и просится ребёнок. Шли бы втроём, мило держась за ручки.
У меня нервно дёрнулся уголок губ. Я уже собирался попросить их прекратить нас подкалывать, но краем глаза заметил пунцовое лицо Наги.
— Ты чего?
— Э-эм. Соута-кун, а ты... — Наги посмотрела на меня, прижимая к груди несколько упаковок с курицей. — С-сколько детей ты бы хотел?
На мгновение до меня даже не дошёл смысл её слов.
«...Что она такое несёт?»
Я резко повернулся. Встретившись со мной взглядом, Наги засуетилась. Чтобы она случайно не выронила курицу, мне пришлось забрать упаковки и переложить их в корзину.
— Н-нет, ну... эм-м. В-всё-таки наследник необходим.
— Наследник?
— Д-да. Но, знаешь... Если с тобой, Соута-кун, то мне плевать на наследников, я буду рада любому количеству детей.
— П-по-подожди-ка. Ты слишком торопишь события. А как же, ну, финансы там...
— Да дело вообще не в этом. Вы школьники, алё. Вам до женитьбы ещё как минимум два года терпеть.
Сзади прилетел хладнокровный комментарий Эйдзи.
Однако Наги, видимо, настолько забила себе голову этими мыслями, что лишь крепче сжала мою руку.
— Д-деньги не проблема. Мама сказала, что поддержит нас всеми силами.
— Н-ну нет, это уже как-то неправильно.
— И-или... Ты не хочешь много детей, Соута-кун?..
— Так-так, притормозите, голубки. На вас уже весь магазин пялится.
— Ой!
Хаяма легонько стукнула Наги ребром ладони по лбу, и та удивлённо вскрикнула.
— Ну даёте... Что за разговоры средь бела дня? О таком нужно болтать ночью, наедине.
— Ау-у...
— И тебя, Минори-кун, это тоже касается. Если её не останавливать, она так и будет разгоняться. Берите пример с тех двоих... хотя нет, с них как раз не стоит.
— Эй, полегче. Да мы самая образцовая пара на свете.
— Вот именно, вот именно! Мы милая, любящая и абсолютно здоровая пара! ...По крайней мере на людях!
— Ага-ага. Сделаю вид, что не слышала последнюю фразу.
Наги, потирая макушку, с улыбкой наблюдала за их перепалкой. А затем тайком приблизилась к моему уху:
— ...Тогда продолжим наш разговор ночью?
Этот тихий шёпот с придыханием приятно пощекотал ухо. От такой разрушительной мощи мои мысли на секунду застопорились.
Её обычно бледные щёки раскраснелись, и она непринуждённо взяла меня за руку.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...