Дверь конференц-зала бесшумно отъехала в сторону.
Когда Чжао Цин вошёл, тихие переговоры в комнате мгновенно стихли.
Он обвёл взглядом овальный стол. Линь Сянь сидел на первом месте слева, слегка напряжённый. Напротив — директор Ван Цзяньго. По обе стороны — более десятка мужчин и женщин средних и пожилых лет в белых халатах или строгих костюмах — каждое лицо хотя бы раз появлялось на обложках ведущих научных журналов.
А человек во главе стола заставил Чжао Цина на мгновение замедлить шаг.
Пожилой мужчина в зелёной полевой форме без знаков различия. На вид под семьдесят, седой, черты лица словно выточены ветром и песком, каждая морщина хранила отпечаток суровой воли.
Но больше всего привлекали его глаза — спокойствие, выкованное настоящей войной, видавшее море крови и горы тел.
Генерал-полковник Чу Тянько. Прошёл войну, бил «обезьян» [имеется в виду война с Вьетнамом], десять лет назад ушёл в отставку с поста специального советника Объединённого штаба ЦВС.
— Товарищ Чжао Цин, садитесь. Только вас и ждали.
— Есть. — Чжао Цин опустился на свободное место рядом с Линь Сянем, выпрямив спину как струну.
В конференц-зале снова стало тихо — только едва слышное гудение центральной вентиляции.
Электронные часы на стене показывали: 08:59:47.
Чу Тянько не взглянул на них и не стал произносить вступительную речь. Когда стрелка перескочила на 09:00:00, он медленно заговорил:
— Все в сборе. Первое общее собрание руководителей проекта «Паньгу» объявляю открытым.
— Среди присутствующих — национальные сокровища, срочно мобилизованные со всей страны, лучшие бойцы из действующих частей, ветераны, десятилетиями трудившиеся на своих постах. Мы собрали вас в недрах этой горы ради одного: понять, что происходит в том мире, и решить, что нам делать.
— Без лишних слов. Действуем по регламенту. Директор Ван, доложите общую ситуацию.
Ван Цзяньго поднялся и подошёл к пульту управления голографической проекцией.
— Уважаемые специалисты, на данный момент мы исследовали менее пятидесяти квадратных километров. Для всей планеты это лишь точка под микроскопом. Но даже в этой точке мы обнаружили механический протез, мутировавших животных, каннибалов-мутантов и мир, полностью уничтоженный и одновременно заново отстраиваемый безумной экосистемой. Теперь мы хотели бы услышать ваше мнение.
Пожилой академик в золотых очках снял их и устало потёр переносицу. Это был Ли Чэнъань, ведущий авторитет страны в области ядерной физики и радиационной защиты.
— Посткатастрофическая экологическая реконструкция... Если исходить из имеющихся данных, при полномасштабном ядерном обмене сажа в атмосфере может затмить солнце на несколько лет. Но состояние растительности свидетельствует о восстановлении освещённости. Либо прошло достаточно времени, либо существует неизвестный нам механизм восстановления среды.
Академик У прочистил горло и открыл свой планшет:
— Согласно предварительному анализу привезённых образцов, человечество Мира Ноль до катастрофы значительно превосходило нас по технологическому уровню. Технологии источника энергии и материалов механического протеза опережают наши как минимум на тридцать лет.
По залу прокатился приглушённый гул.
Чу Тянько не стал комментировать это предположение, лишь слегка поднял руку:
— Продолжайте.
Последовал сорокаминутный шквал информации, но руководители каждого направления неизменно подчёркивали одно: данных слишком мало, образцы ограничены, все выводы — лишь предварительные гипотезы.
А Чжао Цин, представлявший военную группу, прямо заявил, что текущая оценка угроз Мира Ноль «крайне неполна».
— Мы контактировали лишь с окраиной города, холмистой местностью и одним племенем мутантов. Какова протяжённость этой зоны? Неизвестно. Сколько таких зон? Неизвестно. Есть ли там более опасные существа, более развитые местные силы? Тем более неизвестно.
— Товарищ генерал, наше понимание этого мира подобно пониманию дикаря, впервые увидевшего автомобиль: он знает, что это нечто твёрдое и смертоносное при столкновении, но о его принципах, назначении и о цивилизации, стоящей за ним, не имеет ни малейшего понятия.
— Хорошо. Понимать, что ты не знаешь, — лучше, чем думать, будто знаешь. Итак, — старый генерал перевёл взгляд на Линь Сяня, — товарищ Линь Сянь, сейчас я задам вам несколько ключевых вопросов.
— Есть, товарищ генерал. — Линь Сянь глубоко вздохнул.
— Первый вопрос. Как изменилась ваша пространственная способность после двух переходов? Следующий раз — двадцать пять человек. Это фиксированное число или его можно корректировать?
Линь Сянь сосредоточился на воспоминаниях:
— Объём увеличился с двадцати одного до двадцати семи кубометров. Интервал между переносами, вероятно, фиксирован — семь дней. Что касается численности...
— Я чувствую связь. В первый раз — пять мест, теперь — двадцать пять.
— Второй вопрос. Если в следующий раз вы возьмёте двадцать пять человек — обязаны ли вы вернуть всех, или можете выбирать?
В зале повисла абсолютная тишина, все учёные затаили дыхание.
Линь Сянь молчал долго.
— Могу выбирать. При переносе я забираю только тех, кто находится в определённом радиусе вокруг меня. Если кто-то вне зоны или я не выбрал его — он остаётся.
— А если вы потеряете сознание во время боя? — голос Чу Тянько прозвучал глухо.
— Не знаю. Но, скорее всего, перенесётся только я сам — или даже я не перенесусь.
— Значит, ты должен выжить и оставаться в сознании — это первая железная заповедь следующей операции. Безопасность и состояние Линь Сяня важнее всех остальных задач, — перехватил Чжао Цин.
Чу Тянько медленно кивнул и снова посмотрел на Линь Сяня:
— И последний вопрос. Можете ли вы контролировать точное время следующего переноса? Например, можете ли ускорить его на несколько дней?
Линь Сянь опешил. В таком опасном мире он никогда не думал о добровольном перемещении — обратный отсчёт был для него как биение сердца, просто случался, и всё.
Он попытался мысленно сдвинуть срок — и пространство действительно отозвалось. Он побледнел от неожиданности, чуть не потеряв контроль.
— Думаю, да. Я только что попробовал — пространство отреагировало. У меня появилось ощущение, что я могу пойти, когда захочу. Но когда вернуться — я не контролирую.
— Хорошо! Отлично! — Чу Тянько был явно взволнован, его взгляд скользнул по длинному столу. — Тогда перейдём к следующему ключевому вопросу: как отобрать и сформировать передовой отряд из двадцати пяти человек и какова будет его задача.
— Командир Чжао, начните вы.

Комментарии

Загрузка...