— Ты шутишь, что ли? — Тан Доудоу от ярости даже рассмеялась.
— Я не шучу, — с самым серьезным видом ответил Ло Лисо. — Учитель показал пять пальцев, я сказал пятьсот миллионов, и он не возразил.
— Все верно, пять единиц, — Ло Лисо выставил перед ней пять пальцев.
Оказывается, вот в чем заключалась эта единица!
— Значит, наша секта вторая, и никто не смеет претендовать на первое место? — Тан Доудоу от возмущения перешла на крик.
— Это опять брат Ма наплел? Он имел в виду последнее место.
— А учитель тогда обладает даром предвидения? — не унималась Тан Доудоу.
— Они оба целыми днями торчат у городских ворот, высматривают, не идет ли кто.
Тан Доудоу наконец всё поняла: ее надули. Чем выше были надежды, тем больнее падать! Она сама себя накрутила и поверила в сказки. Тан Доудоу уже собралась уходить, как вдруг ее живот предательски заурчал. Ладно, по крайней мере, надо поесть, прежде чем убираться отсюда!
— Я проголодалась, когда мы будем обедать? — с упавшим духом спросила она.
— Ты... ты не уходишь из секты? — глядя на нее во все глаза, пролепетала младшая сестра Се.
— С чего бы мне уходить? — удивилась Тан Доудоу.
— Ну... если бы ты ушла... мы бы смогли... собрать с тебя деньги на еду, — покраснев и запинаясь, пробормотала младшая сестра Се.
— Вы меня обманули, да еще и деньги с меня требовать вздумали? Ну и сколько вы хотите? — возмутилась Тан Доудоу.
Младшая сестра Се подняла пять пальцев.
— Пятьсот? — Тан Доудоу почувствовала, как к горлу подкатывает ярость, и была готова броситься на них.
— Нет... пять медных монет, — младшая сестра Се смотрела на нее с такой мольбой, что была готова расплакаться. — Три монеты уходят на аренду одежды, а на две мы покупаем пять порций жидкой каши.
Стрелять из пушки по воробьям — это одно, но для меня даже ножа не нужно! Кто бы мог подумать! Тан Доудоу пошарила по карманам, но не нашла ни одной монеты.
— Система, я могу обменять баллы на медные монеты?
— Ты хочешь потратить баллы на эту дешевку? — изумилась система.
— Именно эта дешевка сейчас поможет мне набить желудок, — вздохнула Тан Доудоу.
— Нет такой функции! — отрезала система.
Все смотрели на Тан Доудоу с надеждой. Даже учитель, старший брат и старшая сестра, которые до этого прятались от стыда за свое вранье, тоже подошли ближе. Увидев растерянность на лице Тан Доудоу, все поникли.
— О? А на этот ролик кто-то прислал донат? — вдруг удивленно произнесла система. — Как только видео загрузилось, кто-то перевел десять юаней, хотят продолжение.
— Десять юаней? Скорее отдавай мне! — в сердце Тан Доудоу вспыхнула надежда.
— Сейчас посмотрю... десять юаней можно обменять на одну медную монету.
— Что? На десять юаней в наше время можно объесться до отвала! — воскликнула Тан Доудоу.
— Ты же слышала, что сказала та девочка: двух монет хватает, чтобы пятеро напились каши досыта. Мы конвертируем валюту согласно местным ценам, — пояснила система.
— Тогда обменяй мне мои пять баллов на медяки, — стиснув зубы, решилась Тан Доудоу.
Окружающие наблюдали за тем, как меняется лицо Тан Доудоу, и не могли понять, что у нее на уме. Тан Доудоу увидела, что за один балл дают целых сто монет! Озолотилась!
— Сестра Се... — только начала Тан Доудоу.
Стоявшая рядом девушка тихо перебила ее:
— Не нужно меня благодарить, просто зови меня Кеци.
Тан Доудоу опешила: кто вообще собирался ее благодарить?
— Младшую сестру зовут Се Кеци, — пояснил Ло Лисо.
Тан Доудоу лишилась дара речи. Она достала из кармана двадцать только что полученных монет и протянула Ло Лисо:
— Купи что-нибудь вкусное, я ужасно голодна.
Ло Лисо схватил монеты, пришел в неописуемый восторг и тут же исчез. Тан Доудоу оглядела оставшихся четверых:
— Вы же не калеки, почему не попытаетесь заработать сами?
Глава секты Ван Сян вздохнул:
— Некоторое время назад меня подставили, и теперь я лишен духовной силы. Не могу, как раньше, собирать травы на продажу. Все сбережения ушли на лечение. Мы пытались возделывать землю, но ничего не смыслим в этом, урожая не было. Старшая сестра и старший брат иногда берутся за тяжелую работу, зарабатывают на кусок хлеба. Ло умеет заговаривать зубы, у него выходит получше, но на днях арендодатель забрал всё до последней монетки в уплату долга. Младшая сестра Се по натуре робкая, людей боится, только шитьем и занимается. А горожане считают нас нищими и боятся, что мы их обременим, поэтому даже работу нам не дают. Мы в отчаянном положении.
Тан Доудоу вздохнула.
Вскоре вернулся Ло Лисо с едой. Всего шесть порций, сплошная жидкая каша, и только в миске Тан Доудоу лежал куриный окорочок.
— И это всё на двадцать монет? — удивленно спросила она.
— Прости, я часть денег потратил на лекарство для учителя, — смущенно ответил Ло Лисо.
Младшая сестра Се уже начала есть, выскребая ложкой донышко миски, а потом с тоской посмотрела на Тан Доудоу. Та достала еще десять монет:
— Сходи, купи каждому по окорочку и по булочке.
Ло Лисо поблагодарил, залпом выпил кашу и снова умчался.
— А вы почему не идете? — с сомнением спросила Тан Доудоу.
— Брат Ло у нас молодец, умеет торговаться, — не спеша потягивая кашу, отозвался Ма Фэйню.
У Тан Доудоу снова заурчало в животе, и она принялась за свою порцию. Окорочок она решила приберечь до возвращения Ло Лисо. Но проходило время, а брата Ло всё не было.
— Пойдемте посмотрим!

Комментарии

Загрузка...