После того как двери лифта закрылись, невидимое чувство давления в коридоре наконец немного ослабло.
Юнь Ваньлин прикрыла глаза и медленно выдохнула.
Линь Сайпэн стоял в нескольких шагах, глядя на линию ее худых плеч и силуэт, который казался еще более хрупким на фоне нового платья. Его губы шевельнулись: ─ Лин-Лин...
Множество слов вертелось на языке, но он не знал, как начать разговор.
Юнь Ваньлин открыла глаза и, увидев нерешительное выражение лица зятя, заговорила первой: ─ Зять, ты не спал всю ночь, иди отдохни. Я останусь здесь и присмотрю за сестрой.
─ Ты... ─ брови Линь Сайпэна сошлись на переносице, но слова снова застряли в горле.
─ Со мной все в порядке, правда, ─ Юнь Ваньлин слегка улыбнулась. ─ Мне нелегко было получить возможность побыть рядом с ней, так позволь мне остаться подольше.
─ У тебя есть и другие дела, которыми нужно заняться, ты не можешь торчать здесь все время. Сестра не захочет увидеть тебя изможденным, когда проснется.
Линь Сайпэн посмотрел на нее и некоторое время молчал.
Его зона ответственности, его солдаты, те силы, что зашевелились, едва пронюхав о ранении Ин-Ин, – все ждали, когда он вернется и примет решения.
То, что он пробыл здесь так долго, уже было пределом.
─ Тогда я попрошу адъютанта прислать еду, съешь хоть немного. Вечером я приду сменить тебя.
Он не стал настаивать, понимая, что не сможет ее переубедить.
Она и Ин-Ин были одного поля ягоды: если что-то вобьют себе в голову, и десять быков не сдвинут.
─ Спасибо, зять, ─ кивнула Юнь Ваньлин.
Линь Сайпэн еще раз взглянул на нее, развернулся и ушел.
Юнь Ваньлин проводила зятя взглядом до лифта и, лишь когда мигающие цифры начали отсчитывать этажи вниз, обернулась.
Сквозь смотровое окно реанимации она тихо прошептала человеку, неподвижно лежащему на койке: ─ Сестра, отдыхай. Я буду здесь, с тобой.
Никто не ответил.
Лишь ровные скачки зеленой линии на мониторе да капли жидкости, одна за другой падающие в трубку капельницы, бесшумно текли в безмолвной палате.
Солнечный свет проникал из окна коридора. Юнь Ваньлин сидела в этом луче, тихо охраняя стеклянное окно, словно пересаженное на солнце растение, которое медленно пытается заново пустить корни.
...
В глубине поместья «Гольф», отель «Awei Metta».
В просторном и тихом VIP-зале ресторана FLAIRE У Хэтай привычно диктовал официанту названия блюд.
─ Салат из чайных листьев с бурратой, тунец, обжаренный в кунжуте, цыпленок медленной прожарки, креветки на пару с лемонграссом. ─ Он взглянул на Ландай и добавил: ─ На десерт – карамельный крини и манговый сорбет.
Каждое из блюд было тем, что она любила.
─ Я просила тебя заказывать? ─ Ландай сидела напротив него с холодным лицом. ─ Зачем ты увязался за мной? С какой стати ты вообще здесь расселся?
─ Боялся, что ты проголодаешься, ─ невозмутимо ответил У Хэтай, заискивающе улыбнувшись.
─ Ты невыносим, знаешь? ─ Ландай ругалась, но в ее голосе уже не было прежней ярости.
─ Невыносим, ─ честно признал У Хэтай. ─ Если тебе станет легче, ругай сколько влезет, я стерплю.
Ландай закатила глаза и, повернувшись вполоборота, посмотрела на Цзин Цэня: ─ И ты тоже, Цзин Цэнь Хеланкунь.
Цзин Цэнь сидел во главе стола, опустив голову к телефону, словно посторонний человек.
Ландай уставилась на него, сделала глубокий вдох и перевела огонь на него: ─ Ну и ты хорош. Видел бы ты свое выражение лица, когда сидел в коридоре! Ты хоть понимаешь, как ты выглядел?
─ Девочка вышла в новом платье, а ты пялился на нее так, будто глаза сейчас вывалятся, но в итоге из твоего рта не вылетело ни единого доброго слова. Ты хочешь, чтобы ей было хорошо или плохо? Ты вообще не умеешь разговаривать по-человечески?
Цзин Цэнь поджал губы, не поднимая головы и не проронив ни слова.
─ Я с тобой разговариваю! ─ она схватила салфетку со стола, скомкала ее и швырнула в него.
─ Ты думаешь, если скорчишь кислую мину, она сама к тебе потянется? Думаешь, если будешь запирать ее, бить и упрямиться до конца, она станет такой, какой ты хочешь ее видеть?
─ Если бы ты не угрожал ей безопасностью ее сестры и зятя, разве она позволила бы тебе так помыкать собой? Очевидно же, что она тебе до смерти небезразлична, но ты упорно давишь властью, окончательно отталкивая ее от себя.
Закончив тираду, она перевела дух, но гнев все еще клокотал в груди и не собирался утихать.
─ Ты сначала воды глотни. ─ У Хэтай вовремя налил ей стакан лимонной воды и услужливо протянул: ─ Ругаться – дело утомительное, наверняка в горле пересохло.
─ Оставь свои любезности при себе.
Ландай схватила стакан, сделала большой глоток и со стуком поставила его на стол.
─ Посмотри на У Хэтая. Он уже показал тебе наглядный пример того, как делать не надо, а ты все равно собираешься идти по его ошибочному пути?
Она похлопала У Хэтая по плечу: ─ Ты! Давай, научи его! Расскажи, как ты довел меня до того, что я сбежала. Поделись своим горьким опытом, пусть он намотает на ус! То, что он творит сейчас, еще абсурднее твоего!
─ Ну... ─ У Хэтай потер нос, его взгляд метнулся в сторону. ─ Я-то готов научить, но он вряд ли захочет учиться...
Цзин Цэнь поднял глаза и с бесстрастным лицом взял стеклянный графин, долив лимонной воды в стакан Ландай: ─ У тебя голос охрип, выпей еще воды.
Ландай осеклась от этой фразы и в гневе хлопнула по столу.
─ Я с ним о деле, а он мне зубы заговаривает?! Ты можешь хоть раз серьезно взглянуть на свои проблемы в отношениях? Девчонка на тебя даже смотреть не хочет, а ты вместо того чтобы задуматься, все еще строишь из себя важную персону!
У Хэтай рядом слегка кашлянул: ─ Если серьезно, тебе нужно нормально с ней разговаривать, а не вечно ходить с таким лицом. Ее сестра все еще в больнице, и если ты не можешь ее утешить, то хотя бы не порти ей жизнь еще больше.
Цзин Цэнь равнодушно произнес: ─ Ей просто нужно научиться правилам.
─ Правилам? ─ Ландай холодно усмехнулась. ─ И как, она выучила твои правила? Единственное, чему она научилась, – это как прятать от тебя абсолютно все. Теперь ты доволен?
В дверь дважды постучали, она открылась, и официанты гуськом вошли внутрь, один за другим расставляя блюда на столе.
Цзин Цэнь взглянул на нее: ─ Ешь.
─ Ем-ем. ─ Ландай подцепила кусок тунца и принялась яростно жевать, словно пытаясь раздавить и проглотить свою злость вместе с рыбой.
У Хэтай, опустив голову, молча чистил для нее креветки, одну за другой складывая их в ее тарелку.
Цзин Цэнь взял кусочек курицы и молча жевал, неизвестно о чем думая.
В зале на мгновение воцарилась тишина.
Кондиционер поддерживал в помещении постоянную температуру, но неизвестно, у кого на душе было тревожнее.
Прожевывая еду, Ландай перевела взгляд с одного мужчины на другого, будто наблюдая за двумя траекториями, которые медленно вели к одному и тому же финалу.
─ Ну, жди, ─ она покачала головой, отправила в рот очищенную креветку из тарелки и невнятно пробормотала: ─ Рано или поздно ты об этом пожалеешь.
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Пленница в его ладони: Его безумие, её кости — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.