Пятьдесят минут первого дня.
Рассчитавшись по больничным долгам, Су Ваньцин переоделась в чистый старый комбинезон и вовремя перешагнула порог Сунцзянского завода скобяных изделий Восточного района.
Эрлэнцзы наскоро перекусил прямо в проходной и повел ее прямиком к небольшому кирпичному зданию в глубине первого цеха.
─ Первая дверь налево на втором этаже – это наш недавно созданный отдел научно-технических разработок.
Эрлэнцзы кивнул на лестницу.
─ Директор Ли как раз совещание там проводит, можешь сразу заходить.
Су Ваньцин кивнула и зашагала по деревянным ступеням.
Стоило ей приблизиться к двери, как из щели повеяло густой смесью дешевого табачного дыма и машинного масла.
Она толкнула дверь.
В тесном кабинете площадью квадратов в сорок стоял такой дым, хоть топорь.
С десяток крепких мужчин в темно-синей робе и с мозолистыми руками толпились вокруг двухметрового наборного стола.
На столе в беспорядке валялись чертежи, штангенциркули, испачканные маслом тряпки и несколько эмалированных кружек с заваркой из дешевого спитого чая.
─ Все слушают сюда, – Ли Чанмин постучал по столешнице шариковой ручкой.
─ У этой новой партии станков с ЧПУ не хватает несущей способности шпинделя, они не тянут обработку высокопрочных гаек.
─ Завтра в три смены: при нарезании угла резания поднимите мне ножи и подложите под каждый суппорт по полгазеты!
─ Подложить газету? – Су Ваньцин замерла на пороге, нахмурив брови.
─ Подкладывать бумагу под полуавтоматический станок с ЧПУ, чтобы отрегулировать угол подачи? Что за дикий технологический метод?
Ее звонкий девичий голос прозвучал в галдящей комнате чужеродно и резко.
Дюжина опытных мастеров синхронно обернулась.
Су Ваньцин решительно прошла вперед, проигнорировав оценивающие взгляды, и прямо со стола схватила чертеж, бегло бросив на него взгляд.
─ Требуемый допуск на угол резьбы – не больше двух соток, а вы берете в качестве прокладки полгазеты?
─ Толщина бумаги невероятно зависит от влажности и машинного масла, коэффициент деформации абсолютно не поддается контролю.
В голосе Су Ваньцин звучала железобетонная профессиональная уверенность.
─ Подобные фокусы – это просто издевательство над процентом выхода годных изделий. Правильный подход – это задать отрицательные компенсационные параметры напрямую через панель ЧПУ, откорректировав биение шпинделя.
В кабинете повисла тишина – лишь побулькивал кипяток в эмалированных кружках.
А затем старые мастера дружно пошли в атаку.
─ Ишь ты, желторотая девчонка выискалась! Удумала тут указывать, как жить!
─ Товарищ инженер, это что за неженка такая? Бухгалтерша из цеха этажом ошиблась?
Лю Цзяньго с глухим стуком грохнул свою кружку о стол.
─ Девчонка! Да ты гаечный ключ в руках хоть сколько держала? Когда мы за свой кусок хлеба горбатились, ты еще под себя пешком ходила!
─ Думаешь, мы панель ЧПУ настроить не можем? Вся беда в том, что отечественные серводвигатели при нагреве дают легкое биение! Никакой регулировкой на панели мертвую точку не поймаешь!
─ Двигатель бьет потому, что вы не удосужились сделать базовый цикл предварительного прогрева и охлаждения! – Су Ваньцин не собиралась сдавать позиции.
─ Пытаться закрыть аппаратные дефекты бумажными подкладками – это прямое оскорбление современной науки о машиностроении!
Ли Чанмин поправил на переносице черную пластиковую оправу очков, и лицо у него сделалось хмурым.
─ Ты ведь Су Ваньцин, которую только что приняли? Дочь главного инженера.
─ Теорию из учебников я знаю лучше тебя.
─ Но то идеальные условия университетской лаборатории.
─ А это – производство. Сотни людей ждут зарплату, станок запущен – давай план.
─ Если следовать твоей теории и монтировать циркуляционный насос для предварительного прогрева, на переделку одного станка уйдет полдня. А у нас их сотня, так что производственная мощность завода за полмесяца просто испарится.
─ Ради темпов гонки пожертвуем точностью? И это стандарты качества вашего завода? – Су Ваньцин скривила губы в насмешке.
─ Если из-за точности пойдет брак, я свою башку тебе вместо мяча отдам! – Лю Цзяньго аж багровел от злости.
─ Те сотни тысяч деталей, что мы за полмесяца нагнали, сделаны черт побери на газетах! И ни единого дефекта не забраковали!
─ Не может такого быть. Коэффициент объемного расширения бумаги при пропитке маслом...
Су Ваньцин продолжала гнуть свое.
– Бам.
Дверь кабинета распахнулась от удара ноги.
В комнату вошли Линь Цзяньцзюнь и Ван-Толстяк.
В комнате, где минуту назад стоял крик, способный снести крышу, мгновенно воцарилась тишина.
─ Чего шумим? – Ли Чанмин вздохнул.
─ Хозяин, тут новенький технарь с нашими мастерами расходится во взглядах на технологию обработки.
─ Я не расхожусь, я указываю на фатальный производственный брак! – Су Ваньцин перевела взгляд прямо на Линь Цзяньцзюня.
─ Директор Линь, если вы хотите, чтобы завод развивался, нельзя подменять научные нормативы кустарным опытом.
─ Если и дальше подкладывать газеты под станки с ЧПУ, стабильного качества не видать, а появится необходимость делать изделия с высокой точностью – и этот ваш доморощенный метод насмерть затормозит всю работу.
Ван-Толстяк закатил глаза.
─ Девица-студентка, за эти полмесяца продукция завода разлеталась как горячие пирожки, сами южные магнаты большой палец вверх поднимают, а от твоих философствований какой толк?
Линь Цзяньцзюнь поднял со стола чертеж, который Су Ваньцин только что разнесла в пух и прах.
─ Мастер Лю.
─ На месте, директор! – тут же отозвался Лю Цзяньго.
─ Ступай в первый цех, сделай деталь тем способом, что она сейчас расписала, – Линь Цзяньцзюнь кивнул на Су Ваньцин.
─ Прямо на панели задай отрицательные компенсационные параметры и выточи одну деталь.
─ А потом выточи еще одну по дедовскому методу Ли Чанмина с газетой.
─ Брат Цзянь, это же... – попытался вклиниться Ван-Толстяк.
─ Выполняй.
Десять минут спустя.
Лю Цзяньго в асбестовых перчатках принес в кабинет зажатые в клещах две свежевыточенные заготовки болтов.
Все взгляды в комнате уперлись в этот металлический поднос.
Линь Цзяньцзюнь взял со стола импортный цифровой штангенциркуль из Германии и кивнул Су Ваньцин.
─ В теории ты сильна. Сама и замеряй.
Су Ваньцин перехватила прибор и зажала деталь под номером один – ту самую, что была выточена по ее указаниям с микрорегулировкой на компьютерной панели.
Губки сошлись.
На табло высветились цифры.
Зрачки Су Ваньцин сузились.
На самой кромке резьбовой фаски обнаружился увод ровно в три сотки!
Для стандартов спецдеталей это был стопроцентный брак.
─ Не может быть! – Су Ваньцин поднесла деталь ближе, вглядываясь в нее.
─ Параметры же были выставлены верно.
─ А теперь измерь ту, что с газеткой делали, – злорадно ухмыльнулся стояввший рядом Лю Цзяньго.
Су Ваньцин сжала зубы и переставила инструмент на деталь за номером два.
Щелк.
Цифры на дисплее замерли в строгом соответствии с абсолютным допуском по чертежу, а погрешность не дотягивала даже до сотки!
Старые мастера в комнате дружно распрямили плечи.
Су Ваньцин так и застыла со штангенциркулем в руках.
─ Как такое возможно?
─ После непрерывной шестичасовой работы под высокой нагрузкой в старом отечественном серводвигателе ось дает микроскопическое тепловое расширение со смещением, – Ли Чанмин сделал глоток из своей кружки.
─ Задавая цифры на панели, ты компенсируешь лишь теоретическое расстояние. Но физический люфт никуда не девается.
─ Толщина полгазеты «Сунцзян жибао», пропитанная парочкой капель машинного масла...
─ В момент удара шпинделя сверху как раз создает тончайшую упругую буферную зону. Она этот люфт и съедает.
Линь Цзяньцзюнь прислонился к краю стола.
─ Поняла?
─ Буквы в книжках мертвые, а станки в цеху живые.
─ Я плачу тебе пять сотен оклада не для того, чтобы ты тут умничала и барышничала.
─ А чтобы ты своими знаниями перевела кустарные методы этих старых рабочих в научные цифры, создав технологические стандарты для будущих поколений.
Линь Цзяньцзюнь в упор глянул на Су Ваньцин.
─ Если тебя что-то оскорбляет – дверь вон там, деньги верьешь в бухгалтерию и вали на все четыре стороны.
─ А если хочешь работать – засунь свое барское высокомерие куда подальше.
Су Ваньцин опустила взгляд на штангенциркуль в руке.
─ Я поняла.
─ Я буду помогать директору Ли.
Все видели, что сдалась она лишь на словах, а внутри у нее все кипело.
Но старые работяги, видя это, больше ничего не сказали.
Директор Линь слово молвил, уважение им оказал и перед девчонкой лицом в грязь не ударил.
Так что давить дальше смысла не было.
В этот момент Линь Цзяньцзюнь достал из внутреннего кармана черной куртки запечатанный плотный конверт из крафтовой бумаги.
И швырнул его прямо в центр массивного деревянного стола.
─ Разногласия улажены. Теперь займемся делом.
Линь Цзяньцзюнь постучал пальцем по конверту.
─ Розницу на рынке мы почти выбрали.
─ Сидеть вечно на заказах по контракту нельзя.
Ли Чанмин и Су Ваньцин тут же уставились на конверт.
─ Это эскиз технологического процесса изготовления корпуса нового строительного гидравлического домкрата, – Линь Цзяньцзюнь обвел взглядом обоих.
─ Сейчас такие штуки целиком завозят с юга, а у нас в стране никто не в силах выпустить корпус с нужным сопротивлением давлению.
─ Стоит нам наладить выпуск – и прибыль превзойдет нынешние петли и гвозди раз в двадцать.
Все в комнате онемели от услышанного.
В двадцать раз!
─ Шуцай, Ваньцин, – Линь Цзяньцзюнь раздал указания.
─ Вы вдвоем. Один – главный инженер с тридцатилетним стажем, вторая – специалист с высшим образованием.
─ Работаете в паре, техотдел обеспечивает полную поддержку.
─ Даю вам трое суток.
Линь Цзяньцзюнь затушил окурок.
─ Через три дня опытный образец этой штуковины должен стоять у меня на столе.

Комментарии

Загрузка...