Я прокрутила преподанную Сюань Чжи технику исцеления столько раз, пока собственные раны не исчезли без следа, и решила, что наконец-то овладела ею в совершенстве.
Плевать, был ли это тот самый случай, когда количество переходит в качество, в результате чего моя душа окончательно сраслась, – эта каменная голова намерена идти спасать раненых духов.
Я рывком подняла сидящего рядом Сюань Чжи: ─ Вставай, веди меня в то временное убежище, что ты отвел для духов, заодно проверю, как Гигантский Костяношипый Крокодил справился с уборкой пещерных озер.
Сюань Чжи небрежно провел пальцем по моим меридианам, убедился, что тело в порядке, и, сложив руки на груди, с ленивой улыбкой прислонился к сухому дереву: ─ Ну что, пойдешь со мной сквозь барьер из тумана – за руку меня держать будешь или снова превратишься в большой булыжник?
Я скривила губы и недовольно проворчала: ─ А нельзя было сначала снять барьер, выйти, а потом поставить заново?
Моя кислая физиономия его изрядно позабавила; он склонился к моему лицу, заглянул в глаза с едва заметным весельем в лиловых зрачках и лениво протянул, медленно растягивая окончания: ─ Никак нет.
─ Туда-сюда барьерами двигать – только духовную силу зря переводить, а кое-кто ведь совсем не бережет чужие труды... – посетовал он с видом оскорбленной невинности.
Я хмуро шагнула вперед и вцепилась в его рукав: ─ Ладно-ладно, я сдаюсь, пошли. Только не потеряй меня по дороге.
─ Когда это я тебя терял.
─ Знаю, язык прикуси лучше.
Стоило словам затихнуть, как он тихо рассмеялся, а его свободная рука легла поверх моих пальцев, сжимающих рукав, смягчая тон: ─ Не бойся, это всего лишь барьер. Если страшно, можешь даже ущипнуть меня.
Смотри у меня, так ущипну, что заорешь белугой.
Стоило нам шагнуть за пелену густого тумана и опустить глаза, как Сюань Чжи снова обернулся маленькой змейкой, обвился вокруг моего запястья и спрятался в складках рукава.
Мы подошли к пещере Гигантского Костяношипого Крокодила. Во временном убежище для духов илистая топня на отмели была почти полностью очищена Сюань Чжи, а самих обитателей прибавилось – здесь появились невиданные мной ранее создания.
В воздухе порхали стайки семицветных духовных бабочек. Их пестрые крылышки легко трепетали, и при каждом взмахе на траву и духов сыпались мелкие, влажные искры жемчужного света, мягкого и чистого.
Из низкорослых зарослей то и дело выпрыгивали мохнатые Зеленые Древесные Обезьяны; их зеленоватая шерстка блестела от пыльцы бабочек, в пальцах они зажимали свежие побеги, задирали друг друга, качаясь на ветках, а над рощей разносились их звонкие переливчатые крики.
В траве мелькали несколько ладонных хрустальных водяных ящериц с прозрачной чешуей и розоватым отливом; а у неглубокого водоема сдавались в полудрему панцирные моллюски-духи, медленно выдыхая пахучую бледно-зеленую ци, питающую почву.
Всюду во временном пристановании клубилась мягкая жизненная сила, и не осталось ни следа от удушливой кровожадной злобы прежней топи.
Обвивший мое запястье Сюань Чжи передал мысль шепотом: ─ Туман рассеялся, и все бежавшие из окрестностей духи сбежались сюда.
В Зеленых Древесных Обезьянах сокрыта живительная сила, они способны возвращать к жизни сухие сучья и павшую листву, вот только из-за злого яда их мощь дремала, и им оставалось лишь прятаться в глуши леса.
Неудивительно, что за пару дней это место превратилось в сказку. Кстати, раз уж зашла речь о силе жизни – если отвезти их в Черепашью рощу, разве не возродится там всё кругом?
Словно угадав мои мысли, Сюань Чжи подсказал: ─ Черепашья роща раньше звалась Зеленым лесом и издревле была домом Зеленых Древесных Обезьян. Теперь ты можешь вернуть их домой.
Я тут же перевела взгляд на резвящихся в ветвях обезьянок и решительно зашагала к косматой стайке.
Старый вожак выступил вперед, не проявляя, впрочем, враждебности – он просто тихо разглядывал меня, пока из-за его спины выглядывали любопытные мордашки малышей.
Смягчив голос, я объявила: ─ Я уже повергла Ядовитого Паука Темного Узора, захватившего ваш Зеленый лес, а ядовитые миазмы и злую волю очистила. Ваши родные земли снова в безопасности, и я пришла вернуть вас домой.
Стоило мне умолкнуть, как стайка на миг замерла, а затем над кронами зазвучали радостные, переливчатые голоса. В глазах старого вожака заблестели слезы, и он низко поклонился мне в знак благодарности.
Махнув рукой, я велела им следовать за мной и двинулась в сторону Черепашьей рощи.
Вожак шагнул на опушку опустошенной рощи первым. Из его ладоней непрерывным потоком хлынула прохладная зеленая первозданная ци, прокладывая путь сквозь сплетения земных жил.
Остальные обезьяны рассредоточились вокруг, высвобождая запертую в телах жизненную силу – и куда бы они ни ступали, земля зеленела.
Почерневшие ветки выстреливали свежими побегами, гниющая жижа оборачивалась мягкой травой, повсюду пробивались разноцветные бутоны, а прилетевшие следом семицветные бабочки снова закружились в хороводе, осыпая округу дождем из перламутровых искр.
Не прошло и полуглаза, как некогда проклятая, мертвая Черепашья роща сбросила дурную славу, вновь превратившись в пышущий зеленью, наполненный мягкой силой Зеленый лес.
Куда ни кинь взгляд – везде буйствовала живая зелень, не оставив и следа от прежней унылой заброшенности.
Как же красиво. Ума не приложу, как Ядовитому Пауку Темного Узора удавалось удерживать столь благодатный край в столь убогом запустении.
Мысленно ворча, я вдруг почувствовала мягкое щекотание на ладони. Опустив взгляд, я увидела пучки разноцветных цветов, из-за которых выглядывали мордочки обезьянок, смущенно перебирающих пушистыми пальчиками стебельки.
Один малыш неуверенно семенил ко мне, протягивая ярко-алую ветку бегонии. Его глазенки блестели так влажно, будто в этой крошечной вселенной уместилось всё звездное небо.
Ой мамочки, до чего же умилительные создания.
Я приняла цветок, потрепала малыша по макушке, а цветы, предложенные остальными обезьянами, принялась один за другим убирать в море сознания. Они выглядели безумно счастливыми, а парочка самых наглых даже уселась мне на плечи и слезать отказывалась.
Ко мне подошел старый вожак обезьян и протянул сделанную из его ладони чашеобразную изумрудную лилию, в сердцевине которой качалась чистая роса: ─ Благодарю вас за заботу, о Божественная Дева. Это сокровище нашего племени, Чаша Изумрудного Сердца.
Он бережно вложил чашу мне в ладонь, и прохладная жизненная сила разлилась по жилам: ─ Цветок этот не увядает и наделен силой исцеления. Если тело или душа получат рану, роса в чаше сама польется на рану, мгновенно затягивая любые повреждения и избавляя вас от тяжелых увечий.
Высунувший крошечную голову из моего рукава Сюань Чжи легонько коснулся цветка языком: ─ Редчайшее сокровище. Впредь, когда станешь очищать злобу, оно примет на себя большую часть нагрузки на твою духовную силу, и действовать сможешь куда осторожнее.
Я бережно приняла Чашу Изумрудного Сердца и спрятала ее в море сознания, чувствуя, как в груди разливается тепло. До чего же чистые и искренние создания – эти Зеленые Древесные Обезьяны.
Сложив руки в приветствии, я низко поклонилась вожаку: ─ Раз так, я не стану отказываться. Пока существует этот дар, племя Зеленых Древесных Обезьян – мои навеки верные союзники.

Комментарии

Загрузка...