Стоявший неподалеку Эд с изумлением наблюдал за мерцанием магии на коже Тира.
Будучи смотрителем, он был обязан ежесекундно контролировать состояние новичка, и если его глаза не лгали, мальчишка сумел запустить технику с первой же попытки.
Техника закалки тела Цзиньци, требовавшая одновременной увязки множества сложных точек, отнюдь не относилась к числу простых упражнений.
С тех пор как он заступил на этот пост, рекордсмену потребовалось по меньшей мере пять попыток, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки.
В архивных записях о прочих наследниках значилось, что лучший результат прежде составлял три прогона – непревзойденный доселе рубеж Мечевой тюрьмы.
И вот сегодня он собственными глазами видел того, кто справился с первого раза, да еще и без единого затыка в каналах.
С этого момента прежний рекорд пал, уступив место новому.
Вот же чертенок, настоящие чудовище.
─ Я убираю защиту, держись крепче.
Убедившись, что сияние полностью окутало тело Тира, Эд предупредил его и в тот же миг развеял защитный барьер.
В ту же секунду мириады невидимых лезвий сорвались с мест, обрушиваясь на мальчика и оставляя на его коже глубокие кровавые полосы.
Стоило клинкам войти в плоть, как лицо Тира побелело от боли – ощущения превзошли даже недавнюю травяную ванну.
Если боль от отвара напоминала одновременные уколы тысяч раскаленных игл, то нынешнее испытание походило на медленное вспорывание плоти.
Единственным отличием от казни было то, что клинки тюрьмы атаковали со всех сторон одновременно, и этот всесторонний натиск происходил во много раз быстрее любых ножей палача.
По мере того как на теле множились раны, Тир почувствовал, как изнутри поднимается мощная волна жизненной силы, спешно латающая разодранные ткани.
Если бы в этот момент кто-то взглянул на него глазами мага, то увидел бы, как в каждой клеточке кожи переплетаются тончайшие зеленые нити.
Словно невидимая игла с нитью, они методично штопали наносимые повреждения.
В движении эти изумрудные волокна испускали мягкое сияние, сливающееся в волны, которые постепенно выступили на поверхность кожи, образуя тонкую зеленую мембрану.
В этом и заключался истинный смысл утренней ванны: созданный из сотен целебных трав экстракт накапливался в организме, чтобы затем непрерывно исцелять разрушаемую плоть.
Техника закалки тела Цзиньци немыслима без поддержки снадобья – в противном случае неосторожный адепт оказался бы изрублен в фарш еще до завершения первого круга.
Стиснув зубы и превозмогая адскую муку, Тир продолжал удерживать циркуляцию. Проникающие внутрь потоки мечевой ауры под воздействием техники принимались методично переплавлять его кости и мышцы.
В процессе этой ковки плоть неизбежно получала новые повреждения – на сей раз изнутри.
К счастью, целительная сила отвара срабатывала мгновенно, стоило лишь ранам появиться, и зеленые нити вновь возвращали тело в целостность.
Кто бы мог подумать, что лежащая в основе могущества рода Калис великая техника на поверку оказывается изощренным способом самоубийства, стоит лишь лишить ее лекарственной опоры?
Эд с возрастающим уважением смотрел на погрузившегося в медитацию мальчика. ─ С первой же попытки стерпеть такое... У этого парня великое будущее.
Мало того что заявился позже всех и при этом пришел первым, так еще и освоил технику с первого раза, да прибавьте к этому звериную волю к боли.
Эд был готов поручиться: если парень не сгинет раньше времени, место одного из главных претендентов у него в кармане.
В этот момент массивная дверь плаца отворилась, впуская Силаса с сестрой, за которыми следовал третий паренек – Барри.
До появления Тира эта троица почиталась безусловными фаворитами и главными надеждами самого Эда.
Однако теперь, на фоне достижений новичка, их успехи казались ему донельзя блеклыми.
Стоило взглянуть на них свежим взглядом, как на ум приходило лишь одно: посредственность.
Брат и сестра Силас с тревожным задором уставились на молча сидевшего посреди плаца Тира.
Они-то отлично знали цену этой боли – ощущения от растерзания плоти были знакомы им не понаслышке, и даже после долгих тренировок привыкнуть к ним не удавалось.
Но Тир, пришедший сюда впервые сегодня утром, не издал ни звука. Он что, вообще был лишен нервных окончаний?
Заметив вошедших, Эд взмахнул рукой, возводя защитные сферы вокруг каждого.
─ Приступайте.
─ Есть! ─
Коротко бросив в ответ, троица заняла свои места и принялась запускать технику.
Дождавшись, пока контуры циркуляции окончательно стабилизируются, наставник щелкнул пальцами, снимая с них защиту.
─ Кхм! ─
─ Цсс... ─
─ Ааа! ─
Натиск тысяч клинков обрушился на них, исторгая из горла сдавленные стоны.
Бросив быстрый взгляд на Тира, который продолжал медитировать среди бури так, словно не замечал боли, Силас судорожно сглотнул и с кровью прикусил губу, запихивая рвущийся наружу крик обратно.
То же самое проделали Лития с Барри: вздувшиеся на лбу вены выдавали колоссальное напряжение, с которым они давили в себе крики.
Эд с удивлением перевел взгляд с них на погруженного в себя Тира и едва заметно усмехнулся.
Кто бы мог подумать, что у мальчишки обнаружится столь неожиданный побочный эффект.
Прежде Лития с братом служили эталоном для остальных, но теперь их место занял этот смузглазый парень.
Правда, новички, валившие следом, подобной выносливостью похвастать не могли.
Крики, смешанные с потоками режущей ауры, быстро стали привычным фоном этого места.
Некоторые качались по земле, не в силах совладать с мукой – присмотревшись, Тир наверняка узнал бы в них тех самых нерасторопных ленивцев из купальни.
Эд лишь холодно возвращал их в поле действия техники, набрасывая защиту до тех пор, пока те не справлялись с запуском каналов.
И так по кругу.
Лицо смотрителя оставалось непроницаемым: слезы и сопли не могли служить поводом для поблажки.
Каждый цикл тренировки зависел от запаса целебных сил в теле: лишь когда лекарство истощалось до конца, сеанс считался завершенным.
До этого момента, сколько бы раз ты ни падал от боли, поднимайся и продолжай.

Комментарии

Загрузка...