Едва завидев баронессу, Валенна, до этого сидевшая ни жива ни мертва, мгновенно взвинтилась.
─ Это ты! Ты надоумила меня напасть на наследника эрцгерцога!
Палачи не церемонились с дамами: баронессу швырнули столь грубо, что на ее хрупких руках остались багровые синяки.
Впрочем, женщина даже не взглянула на увечья – лишь горделиво распрямилась на полу, аккуратно расправляя складки платья и поправляя прическу.
─ Это ты подбила ее напасть на кортеж маркиза?
Глаза барона Каза вылезли из орбит, когда он уставился на жену со смесью ужаса и неверия.
─ Мой дорогой барон, я никогда и словом не обмолвливалась о нападении на маркиза.
Голос баронессы звучал отстраненно, словно происходящее касалось ее меньше всего.
─ Брешешь! Я собственными ушами слышала, как ты говорила: если другие претенденты не доедут до Мечевой тюрьмы, шансы Райда занять престол резко возрастут!
Испуганная ложью соперницы, Валенна сорвалась на крик, прожигая баронессу безумным, налитым кровью взглядом.
─ Валенна, неужели хоть в одной фразе прозвучал призыв к убийству высокородного маркиза? Ты сама, решив, что схватила удачу за хвост, побежала нашептывать глупости барону, и именно твой господин отдал преступный приказ.
─ Ты, простая танцовщица, не ведаешь законов рода Калис, но разве мужчина с кровью Калисов в жилах тоже о них не знал?
Баронесса перевела взгляд на растерянного тучного барона, и на ее всегда бесстрастном лице промелькнула презрительная усмешка.
─ Безумнаца! Неужели ты не понимала, что за этим последует твоя собственная смерть?
Барон задохнулся от ярости, выкатив глаза на жену.
Каратели из рода Калис не станут играть в изящную словесность – тем более что имя баронессы и так значилось в списках на уничтожение.
─ Разве есть разница, жива я или мертва?
Отец баронессы когда-то тоже носил титул, но в отличие от столбовых дворян, дворянство ее предков было куплено дедом за монеты.
Покупные титулы аристократия извечно презирала, поэтому, несмотря на статус, положение ее семьи при дворе оставалось незавидным.
Ради изменения участи они и обратили взор на никчемного барона Каза – пусть ничтожество, зато течет в нем чистокровная кровь Калисов.
К тому моменту Каз сам ломал голову над тем, где раздобыть золото для содержания рыцарского отряда, от расформирования которого его удерживала лишь гордость.
В кругах знати право голоса имели лишь те, кто владел собственными рыцарями.
Семья баронессы не пользовалась уважением, зато обладала несметными богатствами, отчего стороны сошлись моментально.
Только они не учли главного: барон Каз оказался безнадежным глупцом. В итоге вместо желанного веса в обществе они добились лишь разорения собственного дома, пытаясь содержать чужие клинки.
Стоило ее семье потерять состояние, как Каз мгновенно сбросил маску, выкинув жену на задворки и приведя в дом блудницу на сносях.
─ Я лишь хотела показать тебе цену твоей ошибки, – голос баронессы прозвучал ледяным звоном. – Никчемный барон и близорукая шлюха – идеальная пара.
Переведя взгляд на Валенну, женщина посмотрела на нее с лютой ненавистью. К безумию и жажде утянуть весь род Каза в могилу ее толкнуло главное: Валенна отняла жизнь ее ребенка.
Из страха, что права Райда на наследство пошатнутся, эта женщина отравила ее сына.
─ Загляденье. Какое занимательное представление, право слово. Ну что ж, вы готовы отправиться на тот свет?
В заместителе закипела убийственная аура: слушать свару дальше он не собирался.
─ Нет, господин! Это всё она... из-за нее...
Каз пытался вымолить пощаду, перекладывая вину на жену, но договорить не успел: резкая боль в груди оборвала слова. Меч замкомандующего насквозь прошил его сердце.
─ Ты... слишком много болтал.
Выдернув клинок, заместитель посмотрел, как испуганный барон замертво валится на пол.
─ А-а-а!
Увидев смерть любовника, Валенна взвизгнула и бросилась бежать к выходу.
Однако стоило ей сделать пару шагов, как темная тень мелькнула прямо перед ней.
Женщина ощутила ледяной холод в районе горла, откуда фонтаном забил алый сок.
Она отчаянно пыталась зажать рану руками, но тщетно – лишь забилась в предсмертных судорогах под испуганным взглядом.
Единственная, кто оставался неподвижным во всей зале, была баронесса. Ни единой эмоции на лице: с того самого мига, как был сделан выбор, она знала исход.
─ Достойно. Не бежала. В награду получишь быструю смерть.
Взмах меча – и жизнь баронессы оборвалась.
─ Очистите поместье от остальных.
─ Слушаюсь.
Оставшиеся бойцы отряда бросились выполнять приказ, и вскоре поместье наполнилось отчаянными криками и скрежетом стали.
Пока люди заместителя вершили кровавый суд над родом Каза, другой отряд прибыл к стенам Мечевой тюрьмы.
Райд как раз покинул спальню, направляясь к месту ежедневных тренировок.
Прежде чем он успел переступить порог казармы, путь преградили две фигуры в черных плащах.
Ощутив неладное, дверь соседней спальни распахнулась, и горничная в мгновение ока оказалась рядом с юношей, в упор вглядываясь в непрошеных гостей.
─ Зачем вы здесь?
Девушка не спешила обнажать оружие, поскольку сразу узнала бойцов карательного отряда Калисов.
─ Родители Райда пренебрегли правилами Великих Выборов. Эйша, ты можешь уходить.
Главарь отряда извлек из-за пазухи серебряный жетон в форме щита, в центре которого красовалось выгравированное лезвие меча.
Это личная печать эрцгерцога – знак того, что нынешняя расправа санкционирована самим владыкой.
Увидев артефакт, магия вокруг Эйши рассеялась, и она послушно отошла в сторону.
─ Эйша, ты что творишь?!
Оставшись без защиты, Райд в ужасе закричал на служанку.
Однако обычно столь терпеливая к нему Эйша на сей раз осталась глуха. Статус личной служанки закреплялся за кандидатом лишь тогда, когда юноши и девушки действительно проходили отбор и становились официальными претендентами.

Комментарии

Загрузка...