─ Ты врач, так почему же к тебе приходит пациент, а тебе наплевать?
─ Какой ты к черту врач? Я смотрю, у тебя на груди до сих пор бейджик с надписью «заведующий отделением», и вот так ты исполняешь свои обязанности?
Инь Тьецзюнь прижимал руки к животу, а крупные, размером с горошину капли пота беспрерывно стекали с его лба и шеи.
Его охватила ярость, и он, дрожащим пальцем тыча в лицо Фэн Лин, разразился руганью.
Фэн Лин никогда прежде не встречала Инь Тьецзюня и тем более не знала, что перед ней сам ответственный секретарь городского правительства.
Услышав такое, она тут же взметнула брови, презрительно хмыкнула и выпалила:
─ То, как я выполняю обязанности заведующего, еще тебе тут указывать?
─ В больнице черным по белому прописано: зимнее рабочее время заканчивается в пять вечера.
─ Сейчас уже ровно три минуты шестого, с какой стати мне нельзя уйти домой?
─ Даже если ты пожалуешься хоть самому главному врачу, правда все равно на моей стороне!
Фэн Лин в упор посмотрела на Инь Тьецзюня, после чего перевела взгляд на Ян Дуна и презрительно фыркнула:
─ Мелкий ты паршишка по фамилии Ян, то, что моя Вэньвэнь не выбрала тебя – это самое правильное решение в ее жизни.
─ Посмотри на себя, какая от тебя польза?
─ Ха, если бы ты действительно что-то из себя представлял, то напряг бы главврача напрямую, заставил бы его устроить лечение для своих старших родственников?
─ Если говорить на чистоту, у тебя просто нет никакой власти, а раз нет власти – так сиди и помалкивай в тряпочку!
─ Вот если бы это был Яодун... если бы он привел на осмотр старшего родственника, для него давно уже подготовили люксовую палату, и врачи сами бегали бы к нему по первому требованию.
─ Вот это – настоящая сила!
─ А ты? Разве ты способен на такое?
─ Разве ты достоин?
─ Жаба, вознамерившаяся отведать лебединого мяса, – неужто ты думаешь, что заслуживаешь отведать такого лебедя, как моя Вэньвэнь?
Фэн Лин холодно издевалась над ним, ее лицо так и излучало наглость и торжество.
По ее мнению, такой ничтожный человечишка, как Ян Дун, совершенно лишенный связей и влияния, мог только покорно выстаивать очередь за талонами.
Будь у него хоть малейший вес, хватило бы одного звонка, чтобы больница уладила все вопросы, так с чего бы ему прибегать к такому унизительному способу лечения?
И теперь Ян Дун смеет с ней спорить?
Ха, позориться будет вовсе не она, а он сам.
Ян Дун с странным выражением вглядывался в лицо Фэн Лин, искренне не понимая, что ей вообще ответить...
Ведь пациент, стоящий прямо перед ней – это ответственный секретарь городского правительства Инь Тьецзюнь.
И неужто она думала, что на свете сыщется человек, обладающий большим влиянием, чем Инь Тьецзюнь?
Во всем Народном правительстве города таких наберется едва ли с десяток.
─ Ян Дун, я теперь окончательно понял: если у человека душа черна, то и вокруг себя он видит лишь грязь.
Инь Тьецзюнь тяжело отдувался, бледным лицом глядя на Ян Дуна, и не удержался от горького вздоха.
Он никак, совершенно никак не ожидал, что бывшая теща Ян Дуна, этакая важная персона – заведующая терапевтическим отделением городской больницы – способна нести подобную чушь.
В этот момент он проникся к Ян Дуну еще большим сочувствием.
За те годы, что Ян Дун прослужил в Канцелярии городского правительства, не считая перевода в рядовые специалисты, он наверняка натерпелся презрения от семьи Хань.
Сколько раз Хань Вэнь унижала его, попирала его мужское достоинство.
А Линь Яодун увел у него невесту, причем они даже не успели расстаться, так что со стороны Хань Вэнь это чистой воды измена посреди романа.
Пережить подобное позорное клеймо для Ян Дуна было просто немыслимо.
Инь Тьецзюнь вдруг пожалел, что в прошлом году, знай он все заранее, обязательно настоял бы на присвоении Ян Дуну ранга фукэцзи.
Хотя с другой стороны – нет худа без добра.
Окажись Ян Дун чиновником ранга фукэцзи в прошлом году, он, пожалуй, так и не разглядел бы истинное, уродливое нутро семейства Хань.
И если бы он действительно женился на Хань Вэнь, кто знает, не закончилось ли дело в будущем не просто изменой, а самым настоящим предательством и унизительными рогами?
Хорошая жена способна во многом помочь мужу, но дурная женщина вполне способна всё разрушить.
Какими бы грандиозными амбициями ни обладал мужчина, из-за нее он неизбежно скатится в самую сточную канаву.
─ У тебя сердце больное? Так иди записывайся в кардиологию, какого черта ты приперся ко мне? Психбольной!
Услышав слова Инь Тьецзюня, Фэн Лин не удержалась от едкого смешка.
Она прекрасно понимала, что тот над ней издевается, но ей было абсолютно плевать.
─ Товарищ Ян Дун, так это вы пожаловали на приём?
Из коридора гастроэнтерологического отделения на втором этаже донесся зычный голос.
Ян Дун и Хоу Дунлай одновременно обернулись.
К ним широким шагом приближался главный врач Первой народной больницы Линьюня Сюй Чжунму в сопровождении заведующего хозяйственным отделом.
Увидев самого главного врача, Фэн Лин невольно опешила.
С какой стати главврач явился сюда? Неужели из-за Ян Дуна?
Да быть того не может!
Внутри у нее шевельнулось недоброе предчувствие, хотя причины она пока не понимала.
Сюй Чжунму, завидев Ян Дуна, сразу все сообразил.
Сотрудники регистратуры передали ему, что на прием пожаловали товарищи из Городской Дисциплинарной комиссии, и он сразу вспомнил про проходящих лечение в стационаре Ян Дуна и Хоу Шуанцюаня – ведь оба они состояли в той самой комиссии.
За последние дни их больница натерпелась хлопот из-за этих проверок.
Поэтому он и решил лично заглянуть, чтобы выяснить, кто именно из Дисциплинарной комиссии почтил их визитом.
Увидев его, он сразу успокоился и даже улыбнулся.
А он-то думал, какая крупная рыба, оказалось – всего лишь Ян Дун...
─ Главврач Сюй, здравствуйте!
Заметив приближение Сюй Чжунму, Ян Дун вежливо кивнул ему.
─ Ты чего не в палате сижешь, притащился сюда? Желудок прихватило?
Сюй Чжунму с некоторым недоумением обратился к Ян Дуну, а затем перевел взгляд на мужчину средних лет, которого тот поддерживал, правда, тот стоял к нему спиной.
И все же доктор уловил какую-то смутно знакомую нотку...
Даже со спины этот силуэт казался подозрительно привычным.
─ А это кто? – указав на спину Инь Тьецзюня, спросил Сюй Чжунму у Ян Дуна.
Ян Дун только собрался ответить, как Инь Тьецзюнь с каменным лицом развернулся и в упор уставился на Сюй Чжунму.
─ Главврач Сюй, а порядки в вашей городской больнице и впрямь «великолепные»!
С вымученной улыбкой произнес Инь Тьецзюнь, глядя на главврача.
У Сюй Чжунму глаза полезли на лоб от изумления, он просто не верил собственным органам зрения.
Перед ним стоял сам ответственный секретарь городского правительства Инь Тьецзюнь?
Это...
─ А? Секретарь Инь, вы... как же так?
В голове у Сюй Чжунму помутилось, мысли заворочались с трудом – он банально растерялся.
Разве Инь Тьецзюня не подвергли процедуре «шуангуй»? И уже дней десять прошло.
Почему же он теперь на свободе?
И к тому же в его собственной больнице?
─ Лечиться пришел!
─ У меня заболел желудок, я пришел взять талон к врачу!
─ А в ответ заведующая терапевтическим отделением вашей больницы, товарищ Фэн Лин, заявила мне, что ее рабочий день окончен и велела ждать дежурного доктора либо переоформлять талон.
─ Ха, как чудесно, главврач Сюй, я только сейчас сполна оценил нравы, царящие в вашей больнице.
─ Пожалуй, мне стоит доложить мэру о вашем замечательном стиле работы, ведь его так ценят, его просто необходимо всячески развивать, верно?
─ Больницы во всех уездах и районах нашего города должны равняться на ваше заведение, я прав?
Слова Инь Тьецзюня заставили Сюй Чжунму содрогнуться от ужаса, по спине побежали мурашки.
─ Фэн Лин, что здесь происходит?
Он тут же свирепо воззрился на Фэн Лин, пылая гневом.
Фэн Лин, мать Хань Вэнь, врач высшей категории городской больницы, в этот миг онемела и превратилась в изваяние.
Она зашевелила губами, но не смогла вымолвить ни единого звука.
Была ли она права? Перед простым народом – да.
Но перед лицом начальства – нет.
Тем более что человек, которого она только что поливала помоями, оказался ответственным секретарем городского правительства Инь Тьецзюнем.
В тот момент, когда она услышала, как главврач назвал его по имени и должности, ей захотелось провалиться сквозь землю.
─ Главврач Сюй, секретарь Инь пришел за медицинской помощью с приступом гастрита, а эта доктор Фэн мало того что скривила лица перед нами, так еще специально закрыла программу и стерла данные из электронной очереди.
─ Я не знаю, как главврач руководит больницей, но твердо уверен: врач обязан быть белым ангелом милосердия и спасать жизни.
─ Однако... поведение упомянутого доктора из вашей больницы, простите за прямоту, переходит все границы.
Со сложным выражением лица проговорил Ян Дун, трижды тяжело вздохнув, и от этих трех фраз лицо Фэн Лин мгновенно побелело, она ткнула в него пальцем и не смогла выдавить ни звука.
Какой же жестокий этот парень!
Всего тремя фразами он пригвоздил ее к позорному столбу и едва не лишил средств к существованию.
И действительно, едва услышав это, Сюй Чжунму не колеблясь ни секунды повернулся к заведующему хозяйственной частью и сурово бросил:
─ Кабинет хозрасчета, какое принимаем решение?
Заведующий хозчастью к этому моменту уже побелел от страха: ответственный секретарь городского правительства пришел на прием и подвергся оскорблениям со стороны их сотрудницы Фэн Лин, которая к тому же намеренно отказала ему в помощи, рискуя ухудшить состояние пациента!
Стоит только взглянуть на холодный пот, покрывающий Инь Тьецзюня, на его мертвенно-бледное лицо и гримасу боли.
Сколько же ему пришлось пережить...
─ В соответствии с внутренним регламентом больницы – отстранить от работы!
С мрачным видом бросил он, сверля взглядом Фэн Лин, после чего перевел глаза на главврача.
Пусть прежде их отношения были вполне сносными, и они случалось вместе выпивали да собирались за столом на праздниках.
Но как только начальство шло в атаку – извините, никакой особой дружбы здесь не существовало, они были всего лишь собутыльниками.
─ Старый Чжан, ты...
Фэн Лин затряслась всем телом, а лицо ее вмиг побелело, как чистый лист бумаги.
Она никак не ожидала, что заведующий хозяйством Чжан, с которым у них были неплохие отношения, поступит с ней столь сурово.
Конечно, заведующий хозчастью городской больницы – это вовсе не настоящий начальник отдела в привычном понимании, просто так исторически сложилось в именованиях.
Да и сам Сюй Чжунму в роли главврача обладал всего лишь скромным рангом заместителя начальника управления.
Причем больничный ранг замначальника управления ценился невысоко, уступая партийно-государственным чинам того же уровня.
Если только пост главврача не совмещал заместитель руководителя Комитета по здравоохранению, тогда другое дело.
(В 2008 году еще не было ведомства с названием Комитет по здравоохранению и планированию семьи, в некоторых провинциях и городах оно именовалось именно так, а в уездах и районах действовали соответствующие местные управления и комитеты здравоохранения.)
─ Значит, отстранить!
Выслушав решение хозчасти, Сюй Чжунму ровным голосом подтвердил свое согласие.
Этот вердикт окончательно похоронил последние надежды Фэн Лин.
Перед глазами у нее заплясали круги, и она едва не рухнула без чувств.
─ Секретарь Инь, я лично займусь вашим лечением, вас ждет госпитализация!
Сюй Чжунму отлично умел лавировать в подобных ситуациях, он тут же лично поддержал Инь Тьецзюня, после чего велел явиться всем терапевтам больницы и сопроводить высокого гостя в палату повышенной комфортности.
Инь Тьецзюнь шел под ручку с главврачом, а за ними семенило с десяток врачей в белых халатах – сторонний наблюдатель непременно решил бы, что это инспекционная проверка...
Ян Дун молча наблюдал за этой процессией со стороны и не мог удержаться от философских мыслей.

Комментарии

Загрузка...