─ А ничего, сладкая, ─ Лан Чэ словно бы смаковал привкус только что сорванного поцелуя.
А вот Ву Цзинь словно приросла к земле.
Её лицо в одно мгновение стало встревоженным, она резко обернулась по сторонам – торговцы и прохожие вокруг были заняты своими делами, и, казалось, никто не обращал на них внимания.
─ Ты... ─ Ву Цзинь приоткрыла рот и возмущённо зашептала: ─ ...Ты что творишь?! Мы же на людях!
Её красивое лицо слегка порозовело, и она принялась с капризным упрёком выговаривать Лан Чэ за его несвоевременный порыв.
─ О? То есть, если не на людях, то можно? ─ с живейшим интересом переспросил Лан Чэ. ─ Тогда я поцелую тебя дома, и ты не посмеешь увернуться.
─ Это софистика! Я такого не говорила.
Ву Цзинь метнула в Лан Чэ сердитый взгляд и отвернулась, замолчав. Её пышные серебристые волосы скрыли лицо, не позволяя разглядеть выражение, застывшее на нём в этот момент.
Впрочем, Лан Чэ и не переживал. Не видеть – даже интереснее, есть где разгуляться воображению. Должно быть, сейчас у неё на лице просто уморительная смесь смущения и досады.
Наверняка она и злится, и в то же время не знает, как на него воздействовать, – вот и вся её беспомощность.
Ву Цзинь внезапно ускорила шаг и зашагала вперёд, словно дуясь. Лан Чэ неспешно плёлся следом, не сводя с неё улыбающихся глаз.
Пройдя пол-улицы, они заметили лавку с рукодельными безделушками. В витрине теснились пёстрые игрушки, сшитые из лоскутков и ниток: тряпичные куклы, подвески, ароматические саше, лоскутные сумочки. Всё это пёстрое великолепие покачивалось на осеннем ветру.
Проходя мимо витрины, Ву Цзинь скользнула по ней рассеянным взглядом, но, сделав несколько шагов, замедлилась, словно что-то привлекло её внимание. Наконец она остановилась и уставилась сквозь стекло на одну из тряпичных игрушек.
Это был сшитый из серо-белой пёстрой ткани кот размером с подушку. Круглое тело было туго набито, одно ухо торчало вверх, другое — безвольно висело. Пуговичные глаза были пришиты криво: один выше, другой ниже.
Кот глупо ухмылялся, растянув рот до ушей.
Весь этот кот выглядел до невозможности неуклюжим. Мастерство, с которым он был сшит, нельзя было назвать искусным, но в его кривобоком уродстве было что-то, что невольно умиляло.
Лан Чэ подошёл и встал рядом. Он проследил за её взглядом, бросил короткий взгляд на кота, затем перевёл его на лицо спутницы. Оно было, как всегда, холодным и бесстрастным, в красных глазах не читалось ни единой эмоции. Но взгляд её так и не отрывался от игрушки.
─ Нравится? Бери, ─ сказал Лан Чэ.
─ Кому это нравится? ─ Ву Цзинь отвернулась, и голос её зазвучал жёстко. ─ С чего бы мне, как какой-то девчонке, тащиться от подобной ерунды?
С этими словами она собралась уходить. Лан Чэ, не двинувшись с места, подозвал хозяина лавки и попросил снять того самого кривоглазого кота с полки. Взяв игрушку в руки, он взвесил её на ладони – ткань на ощупь оказалась мягкой и приятной.
─ Точно не берём? ─ Он помахал котом перед лицом Ву Цзинь, и кривая кошачья голова закачалась в такт его движениям.
Ву Цзинь остановилась. Она повернулась, посмотрела на кота в его руке, и её губы чуть заметно сжались. Но уже в следующее мгновение она снова отвернулась.
─ Не беру. Ребятня какая-то.
─ Ладно. ─ Лан Чэ поднёс кота к её лицу и качнул его второй раз, так что мохнатая серо-белая морда с обвислым ухом почти коснулась её носа. ─ Тогда я верну его обратно на полку.
Ресницы Ву Цзинь дрогнули.
Лан Чэ замер с игрушкой у её лица. Три секунды он смотрел, как она борется с собой, изо всех сил пытаясь скрыть желание, но при этом умирая от неловкости признаться в нём. Уголки его губ медленно поползли вверх.
─ Чего ты лыбишься?
Ву Цзинь с недовольством уставилась на его улыбку. Казалось, каждый миллиметр, на который приподнялись уголки его губ, был для неё приговором, обличающим всю жалкость её вранья.
─ Ладно, тогда так, ─ Лан Чэ расплылся в улыбке. ─ Я сейчас отдаю тебе приказ.
Тело Ву Цзинь невольно дёрнулось, а в глазах промелькнула настороженность.
─ Приказываю тебе купить эту игрушку. В противном случае... ─ он намеренно растягивал слова, ─ ...в наказание ты сама будешь моей игрушкой.
Губы Ву Цзинь приоткрылись, блеснув ровными белыми зубами. Но в итоге она лишь молча выхватила кота из рук Лан Чэ.
─ ...Раз это приказ, то ничего не поделаешь.
Крепко прижимая кота к груди, она отвернулась и, достав из кармана несколько медяков, быстро сунула их хозяину лавки. Движения были такими стремительными, будто она боялась, что промедли ещё секунду – и игрушку кто-то перехватит.
Она прижала кота к себе и, повернувшись, уже снова надела на лицо свою обычную маску холодного безразличия. Подбородок слегка приподнят, красные глаза смотрят прямо перед собой, будто ничего и не было.
Но Лан Чэ заметил, как её рука, спрятанная в рукаве, слегка сжалась – она мяла пальцами обвисшее ухо игрушечного кота прямо сквозь ткань.
Он усмехнулся, но не подал виду.
─ Идём, ─ сказал он.
Ву Цзинь тихо хмыкнула и, ускорив шаг, догнала его.
Круглое тело кривоглазого серо-белого кота прижималось к её груди, от объятий игрушка заметно деформировалась. Лан Чэ внезапно поймал себя на мысли, что немного завидует этому уродливому, но такому счастливому созданию, что лежит сейчас в её руках.
Узкие уголки глаз Ву Цзинь слегка смягчились, в них мелькнула едва заметная радость.
............
Довольная собой Ву Цзинь молча шла за Лан Чэ, даже не замечая, куда он её ведёт. И только когда он тихо произнёс: «Пришли», – она резко остановилась, едва не врезавшись ему в спину.
Она плавно отвела взгляд от кота в своих руках и, подняв голову, обнаружила, что сама не заметила, как они дошли до той самой портновской мастерской, куда Лан Чэ водил её в прошлый раз.
Хозяин, склонившись над прилавком, подсчитывал счета. Услышав звук открываемой двери, он поднял голову, и его лицо тут же расплылось в радостной улыбке:
─ Ах, господин пожаловал! Те несколько костюмов, что вы заказывали в прошлый раз, готовы! На загляденье просто! Не желаете взглянуть?
Лан Чэ чуть приподнял подбородок: ─ Мы затем и пришли, чтобы примерить. ─ Он повернулся к Ву Цзинь и кивнул в сторону примерочных. ─ Иди, примеряй.
Ву Цзинь, прижимая к себе кота, сделала пару шагов в сторону примерочной, но у самой шторы остановилась. Она бросила взгляд на то, что держала в руках, помялась, а затем обернулась к Лан Чэ.
─ ...Мне будет неудобно переодеваться, если я занесу его с собой.
Лан Чэ посмотрел на серо-белого кривоглазого кота у неё в руках. Кошачья морда выглядывала из-за её локтя, и пуговичные глаза, казалось, смотрели прямо на него.
И почему ей вообще нравится такая страшненькая игрушка?
─ Так оставь его здесь. Переоденешься – заберёшь.
─ А если украдут? ─ Пальцы Ву Цзинь чуть сильнее сжались на спине кота. ─ Я не то чтобы очень-то и хочу его... Просто ты заплатил за него деньги. Было бы нехорошо, если б я его потеряла.
Ву Цзинь отвернулась, довольная тем, что придумала безупречное оправдание.
Лан Чэ усмехнулся и тихо вздохнул. Его горничная и впрямь совсем не умеет врать.
Он протянул ей руку: ─ Давай сюда. Положу у прилавка, присмотрю. Никто не украдёт.
Ву Цзинь, поколебавшись, посмотрела на его протянутую руку, а затем, всё ещё с сомнением, отдала кота. Лан Чэ взял игрушку и небрежно положил её на стопку тканей в углу прилавка. Мордой наружу, обвислым ухом к входу.
─ Иди. Переоденешься – выйдешь, посмотрим.
Ву Цзинь ещё раз глянула на кота, затем на Лан Чэ и, развернувшись, отодвинула штору и скрылась в примерочной.

Комментарии

Загрузка...