Это короткое «жми» вонзилось в опустевшую голову Лу Синъе точно раскаленная игла.
Тело сработало быстрее мысли.
Отставить зашиту.
Он отказался от мысли принимать этот высокий мяч по всем правилам.
Все ждали, что он отступит к самой задней линии и попытается хоть как-то перекинуть волан обратно.
Но он остался на месте.
В то самое мгновение, когда Чжоу Тяньюй закрутил высокую свечу и сам прижался к сетке, готовясь наглухо перекрыть корт, Лу Синъе рванул вперед!
Сбрендил?
У тренера Цянь Годуна зрачки сжались в точки.
Лететь к сетке, когда волан уходит за спину в глухой тыл?! Это же подставиться под прямой убойный удар!
Чжоу Тяньюй тоже обомлел. Замрев с поднятой ракеткой, он смотрел, как этот дикарь прет на сетку, точно разъяренный бык, и не мог понять, что тот задумал.
Сейчас!
Волан зависает прямо над головой, готовый пойти на снижение в высшей точке своей траектории.
И Лу Синъе выстреливает всем телом вверх!
Это не прыжок назад для подкрученного смеша.
Это мощный вертикальный взлет с места!
В воздухе его тело натягивается, словно тугой резиновый жгут. Мышцы пресса и поясницы скручиваются, передавая импульс правой руке, и та со свистом захлестывает сверху вниз!
Дикая, первобытная дурь – ровно так же он хлыстал крышкой от кастрюли по щебню там, на холмах.
И тут же – резкий дожим кисти в момент удара, которому учил тренер Су!
Легкая, жесткая карбоновая ракетка в это мгновение без остатка отдаёт всю накопившуюся упругость и силу!
Звонкий, оглушительный треск раскатывается по залу, будто над самым ухом ахнул сухой сухой гром!
Цянь Годун подскочил с кресла, вылупив глаза так, словно они вот-вот вылезут из орбит.
Слишком быстро.
Белый волан не летел.
Он растворился в воздухе!
Превратившись в размытую белую черту, он перемахнул сетку и впился в покрытие корта ровно между стопами Чжоу Тяньюя!
Тот даже дернуться не успел.
В его голове успела проскочить лишь одна куцая мысль: «Уклониться!»
Но тело просто не успело за снарядом.
Хлёсткий удар!
Волан врезался точно в синее покрытие между его ног.
Страшный по силе удар всмятку сплющил перо, после чего волан со скрежетом отскочил на полметра в воздух и, вращаясь, упал со стороны.
В зале тренировочного комплекса воцарилась гробовая тишина.
Секунда.
Другая.
─ Пи-и-ип! ─ свисток судьи прозвучал будто издалека, глухо и нереально. ─ Двадцать один – девятнадцать.
Судья выдержал паузу и добавил: ─ Матч окончен. Победил Лу Синъе.
Победа.
Едва ноги Лу Синъе коснулись пола, колена подломились, не удержав вес тела, и он тяжело рухнул на одно колено.
Опершись ободом ракетки о покрытие, он низко опустил голову и захаркал, жадно глотая воздух.
В легкие будто налили кипятку – каждый вдох обжигал дикой болью.
Пот градом валился с волос, капая на синее покрытие и быстро расплываясь огромным темным пятном.
Его пот.
Глядя на это пятно, он вдруг расплылся в широкой, безудержной ухмылке.
Без гордыни, без злорадства.
Улыбка была чистой, как родник в родных горах, и простой, как у мальчишки, которому наконец-то досталась долгожданная игрушка.
Дожал!
─ А-а-а-а! Победа-а-а! ─ рев Чжао Тьечжу потопил тишину зала. Он, словно молодой кабанчик, выскочил на корт и с разбегу сгреб Лу Синъе в охапку со спины, едва не впечатав того обратно в пол своими медвежьими объятиями.
─ Синъе! Ну ты даешь! Ты просто зверь! Зверь!
Он вопил что-то невнятное, сопли и слезы текли по его физиономии в три ручья, но он даже не думал утираться.
Шэнь Нянь стояла у кромки корта, не шелохнувшись.
Ее пальцы все так же мертвой хваткой сжимали край кофты, костяшки побелели.
Су Хань перевел на нее взгляд и заметил, как ее губы подрагивают, сжавшись в узкую ниточку, а затем медленно расслабляются.
Уголки рта едва заметно дернулись вверх.
Но это было самое близкое к улыбке выражение лица, которое Су Хань только видел у этой девчонки.
Цянь Годун неспешно вышел на середину корта.
Остановившись перед стоящим на коленях Лу Синъе, он молча разглядывал его секунды три.
А затем протянул руку.
─ Как тебя зовут, парень?
Лу Синъе поднял голову, утер с лица смесь пота и слез и сипло выдохнул: ─ Лу Синъе.
─ Лу... Син... Ее, ─ чеканя каждый слог, повторил Цянь Годун, будто впечатывал это имя себе в память. ─ Запомнил.
Он отдернул руку и обернулся к Су Ханю. Взгляд его был сложным, читалось в нем нечто неопределенное.
─ Ты его тренер?
Су Хань молча кивнул.
Цянь Годун выдержал паузу секунды в две и лишь затем медленно произнес: ─ Хорошо научил.
Затем покачал головой и поправил сам себя: ─ Нет. Такого парня не выучишь по учебнику.
─ Такая скорость, такой взрыв, такая оскаленная, безумная злость в атаке... ─ он снова посмотрел на тяжелого дышащего Лу Синъе, и в его глазах блеснул восторг ювелира, наткнувшегося на неотесанный алмаз. ─ С этим рождаются.
В углу зала...
Ма Вэньчан просмотрел игру от первой до последней секунды.
Он сидел в кресле как истукан, даже забыв опустить чашку с чаем.
Гудение голосов воспитанников спортшколы накатывало на него волнами:
─ Ни хрена себе... Тяньюй продул?
─ Кому продул-то? Откуда вообще этот дикарь вылез? Перемещается как паралитик...
─ Паралитик? Ты последний удар видел?! Разве человек может выдавать такую скорость?!
─ А что за ракетка у него? Грохот стоял, как от петарды...
Ма Вэньчан глубоко вздохнул и с глухим стуком опустил остывшую чашку на стол.
С каменным лицом он поднялся и поправил лацканы пиджака.
Затем под взглядами десятков глаз запустил руку во внутренний карман.
И достал оттуда предмет.
Тяжелую латунную печать.
Он, оказывается, все это время таскал ее с собой.
Подойдя к столу, где лежала заявка команды Су Ханя, Ма Вэньчан разгладил косо написанный лист.
Откатил крышку штемпельной подушки и с силой вдавил латунное основание в алый мастичный штамп.
Затем прицелился в самую нижнюю графу – «Решение проверяющей инстанции».
Хлоп!
Глухой удар.
На бумаге отпечатался ровный, режущий глаз своей краснотой оттиск:
«Допустить к участию в соревнованиях».
«Спортивный отдел Управления образования уезда Тун».
Убрав печать во внутренний карман, Ма Вэньчан неропливо выпрямился.
Он шагнул к Су Ханю, глядя на этого молодого парня, на чьем лице за весь день не дрогнул ни один мускул.
─ Тренер Су.
В его голосе мешалось слишком многое: то ли уважение, то ли затаенная досада.
─ В следующий раз, если возникнут дела, сначала наберите мой номер.
Су Хань взял из его рук тонкий листок заявки, задерживая взгляд на свежем алом оттиске.
Аккуратно сложил бумагу вдвое, затем еще раз вдвое и убрал в свой выцветший до белизны холщовый планшет.
─ Благодарю, начальник отдела Ма.
Подхватив под руку Чжао Тьечжу, который все еще прыгал от радости, Су Хань кивнул Шэнь Нянь и помог подняться с пола Лу Синъе.
─ Пошли.
Четверо – учитель и его ученики – под перекрестьем трудных, смешанных взглядов всего зала направились к выходу.
Яркое солнце встретило их на улице.
Дырявые тряпочные кеды на ногах Лу Синъе в этом свете смотрелись особенно дико.
Но едва они миновали ворота спортшколы...
Сзади донесся оклик:
─ Тренер Су, пождите!
Это был Цянь Годун. Он выбежал за ними на улицу.
Су Хань остановился и обернулся.
Цянь Годун быстро подошел ближе, но взгляд его уперся в замотанную изолентой ракетку в руке Лу Синъе.
Впившись в нее глазами на пару секунд, тренер наконец поднял глаза на Су Ханя.
─ Тренер Су... Ведь эта ракетка у твоего парня – это же не ширпотреб за сорок-пятьдесят юаней из уличной лавки, вернее?

Комментарии

Загрузка...