Его защита вновь вышла на совершенно иной уровень.
Раньше, доведя Твердый Цигун до совершенства, он с легкостью держал удары обычных пистолетных пуль. Теперь же, обретя Сияющее Тело Глазури, Лу Юнь и вовсе мог не обращать внимания на стрельбу хоть из пистолетов, хоть из боевых винтовок.
Обычное огнестрельное оружие больше не представляло для него ни малейшей угрозы.
Ему не могли навредить ни крупнокалиберные пулеметы, ни разрывы артиллерийских снарядов — полностью ничто.
В этот миг произошло нечто неожиданное: в сознании Лу Юня внезапно проступил величественный лик Будды.
Беспредельный Божественный Мудрец восседал на высоком троне посреди небес, казалось, заполняя собой всю вселенную.
Он застыл в пустоте со скрещенными ногами в позе лотоса: одна рука складывала абхайя-мудру бесстрашия, а другая — варада-мудру дарования даров. Тело источало бесконечный нефритово-зеленый свет.
Мягкий и необъятный свет напоминал тысячи взошедших разом полных лун. Озаряя все десять направлений, он окрашивал мир вокруг в глубокие глазурные тона.
Так родилась новая Воля Боевого Дао — Воля Боевого Дао Сияющего Тела Глазури.
Стоило Лу Юню замереть в благоговейном трепете перед этим видением, как внутри всколыхнулась еще одна мощь.
Тотчас же возник новый образ: Воля Боевого Дао Кулака Борьбы Десяти Тысяч Долин — исполинская горная вершина, обрушивающаяся вниз с громовым ревом!
Обе воли столкнулись в сознании, тесно переплелись и слились воедино.
Будда растворился в недрах горы, а силуэт вершины отразился на его теле. Став единым целым, они превратились в совершенно новую Волю Боевого Дао.
«Только подумать, что будет в будущем, когда я сойдусь в бою с Мастером Божественного Намерения того же ранга».
«Когда противник изо всех сил попытается пробиться сквозь эту неописуемую горную махину, внутри его будет поджидать сияющий нефритово-зеленым светом Будда».
Лу Юнь медленно открыл глаза. В них отразились два слоя света: один походил на монолитную гору, другой — на Будду.
«У меня осталось еще 1800 очков модификации. Этого как раз хватит на первый этаж Кулака Борьбы Десяти Тысяч Долин».
«Я уже достиг предела начальной ступени Мастера Божественного Намерения. Лучшего и пожелать нельзя!»
Лу Юнь скользнул взглядом по строчке в голове — «Кулак Борьбы Десяти Тысяч Долин, 1-й этаж — Модифицируется» — и уголки губ тронула легкая улыбка.
«Модифицировать!»
Стоило подумать об этом, как оставшиеся 1800 очков модификации бешено закружились в калейдоскопе цифр!
1800... 150... В мгновение ока 1650 очков модификации испарились!
В то же самое время сознание затопил мощный поток новой информации!
Кулак Борьбы Десяти Тысяч Долин, 2-й этаж!
Это больше не сводилось к простому сгущению кулачного намерения первого этажа — техника эволюционировала, подарив совершенно новые стойки и смертоносные приемы!
Бесчисленные вариации, комбинации и секреты генерации силы вновь и вновь прокручивались в голове, намертво вплавляясь в боевые инстинкты.
Создавалось ощущение, будто сам Лу Юнь посвятил тренировкам целую тысячу лет и теперь знал технику вдоль и поперек!
Закрыв глаза, он ощутил, как внутренняя мощь взмывает ввысь с бешеной скоростью!
Аура взметнулась буруном! Наконец заслон пал под натиском силы! Середина ступени Мастера Божественного Намерения!
Лу Юнь медленно открыл глаза и поднял правую руку ладонью вверх. На ней тут же заструилась тончайшая нить совершенно новой Истинной Ци Божественного Намерения.
Она больше не отливала привычным земляно-желтым цветом — теперь это была Истинная Ци Божественного Намерения, в которой причудливо переплелись зеленые и желтые тона.
Лу Юнь в упор посмотрел на эту зелено-желтую нить, и в глазах блеснул острый оголек.
Затем он перевел взгляд на оставшийся на столе кусок Бессмертной Плоти. Этот обломок размером с половину ладони тихо лежал на шелковой ткани, едва заметно подергиваясь.
— На этот раз небеса и впрямь на моей стороне, — невольно пробормотал Лу Юнь.
— Кто бы мог подумать, что Истинная Ци Божественного Намерения, рожденная Сияющим Телом Глазури, обретет столь полезное свойство.
Прежде защита и без того не уступала золотой цитадели, даруя полный иммунитет к ядам и невероятную живучесть.
Но теперь у Сияющего Тела Глазури открылись две новые поразительные грани. Во-первых, оно позволяло очищать от яда других.
Каким бы коварным ни был недуг — если только жертва не умирала на месте, — Лу Юнь мог капля за каплей вытравить яд с помощью своей мутировавшей Истинной Ци.
Во-вторых, оно помогало усваивать ресурсы для культивации вроде Бессмертной Плоти.
Всякому известно, что, кроме самого Лу Юня, любому человеку в Поднебесной требовалось чудовищно много времени на переработку Бессмертной Плоти.
Процесс мог затянуться на дни, месяцы и даже годы. Но благодаря новой силе — слиянию с Истинной Ци Божественного Намерения Сияющего Тела Глазури — он мог помочь им усвоить Бессмертную Плоть в считанные мгновения.
Разумеется, у столь чудесного метода имелся существенный минус: он требовал огромных затрат Истинной Ци Божественного Намерения.
Каждая крупица этой Ци давалась Лу Юню упорным трудом. Потрать он ее до капли, на восполнение запасов ушла бы уйма времени.
«Пожалуй, лишь ради собственного сына стоило идти на такие жертвы».
Отогнав лишние мысли, Лу Юнь вновь обратил взор в глубины собственного сознания.
[Модификатор боевых искусств «Экстремальная Синева»]
Имя: Лу Юнь.
Пол: Мужской.
Ранг: Мастер Божественного Намерения (Середина ступени).
Техники культивации: Кулак Борьбы Десяти Тысяч Долин (2-й этаж), Сияющее Тело Глазури (1-й этаж).
Очки модификации: 150.
На втором этаже в комнате Лу ЦзинТэна все еще ярко горел свет. Среди глухой ночи супруги были увлечены важнейшим из человеческих дел!
Они угомонились лишь мгновение назад, так что уснуть пока не получалось. Сбитые в ком простыни, брошенные набекрень подушки и валяющаяся на полу одежда — всё это красноречиво говорило о накале недавней «битвы».
Затянувшись всласть, он выпустил из ноздрей медлительную струйку сизого дыма.
Сигарета после бурной страсти — истинное блаженство.
Прищурившись с выражением абсолютной безмятежности на лице, он излучал сплошную истому.
В этот момент створка ванной приоткрылась, выпуская клубы густого пара, сквозь которые проступила манящая женская фигура.
Из белесой пелены вышла Шэнь Лоин.
Она только что освежилась под душем, и от нее исходил легкий аромат влажной чистоты.
В сиянии висевшей под потолком хрустальной люстры в западном стиле Шэнь Лоин была закутана лишь в длинное розовое полотенце.

Комментарии

Загрузка...