— Угу, — Чу Фа кивнул. По внешности это действительно был тот самый парень, с которым они столкнулись утром.
— Ты... — Тот самый стажёр, которому опрокинули еду, казалось, разъярился до предела. Если подумать, он ведь тоже человек, который уже пожил в обществе, а его взял и обидел какой-то зелёный студент! Чем больше он думал об этом, тем сильнее злился. В какой-то момент глаза у него покраснели, и он с размаху замахнулся на того парня кулаком.
Высокий студент от начала до конца даже не удостоился посмотреть на стажёра прямо — в его глазах всегда читалось презрение. Когда же кулак рассек воздух, он просто качнулся в сторону и уклонился. Стажёр вложил в удар слишком много сил, остановить замахнувшийся кулак уже не мог и оставалось только бессильно наблюдать, как рука проносится мимо чужого бока, после чего он почувствовал сильный пинок в спину.
Его тело полетело прямо вперёд, и он шлёпнулся носом в грязь.
— Ой, ты это что делаешь? Как это ты на землю умудрился забраться? — хоть высокий студент и говорил это, в его голосе не было ни капли жалости, сплошная издевка.
— Нет, надо преподать ему урок человечности, — Му Юань вышел из себя и уже собирался двинуться туда.
Однако в следующее мгновение Чу Фа оттащил его назад и произнес:
— Лучше не лезь не в свое дело!
Уже по серии недавних движений можно было понять, что этого человека определенно нельзя недооценивать. К тому же в этом мире слепое вмешательство и проявление горячности ни к чему не приведут — порой расчёт и предварительное обдумывание являются главным залогом успеха.
Судя по одним лишь движениям, по тому первому выпаду Чу Фа еще не мог сделать окончательных выводов, но думалось ему, что затевари драку, тот студент оказался бы крепким орешком.
Тем более что их собственная компания прибыла сюда совсем недавно, и навлекать на себя неприятности сгоряча означало бы лишь выстрелить себе в ногу.
Му Юань с невероятным удивлением бросил косой взгляд на Чу Фа — он никак не ожидал, что тот сможет сказать такое, и в сердце невольно зародилось чувство разочарования.
В детстве они оба славились тем, что вечно вступались за справедливость в исправительном учреждении: если кого-то из их класса обижали, они всегда давали сдачи. Пусть в конце их и отчитывали учителя, на душе все равно было радостно.
А теперь Чу Фа мог просто смотреть, как учеников стажёрского потока третирует этот выскочка, и оставаться равнодушным. Этого Му Юань никак не ожидал.
Стоило им расстаться всего на год, как тот словно превратился в другого человека.
Хотя у Му Юаня всё еще сверкало в жопе шило пойти и помочь, раз уж Чу Фа сказал не лезть в чужие дела, ему пришлось временно притушить этот огонь.
После всё как-то само собой попалось на глаза проходившему мимо учителю. Тот подошел, перекинулся пара слов, и инцидент замялся сам собой. Сам стажёр больше ничего не говорил и молча удалился, опустив голову.
Во второй половине дня снова предстояло бегать по кругу вокруг спортплощадки. Тот стажёр тоже пришел, только всё так же опускал голову и бежал молча. Никто к нему не подходил, да и он ни с кем не разговаривал.
Наступили сумерки, закатное солнце клонилось к закату.
Зелёное поле стадиона покрылось лёгким золотисто-красным отблеском.
Все устали бегать и попадали на газон отдохнуть — продолжал бежать лишь тот самый стажёр. Капли пота размером с горошину катились с него во время бега и падали на землю, круг за кругом.
Лёжа на траве и глядя в синее небо, Му Юань невольно вздохнул и произнёс:
— Эх, Лю Хуань, ну и жалко же его.
Ась?
Лю Хуань?
Я и ты...
В голове у Чу Фа невольно всплыла мелодия песни. Он вздрогнул, резко перевернулся на живот и выпалил:
— Лю Хуань — именно так.
В первое мгновение, услышав это имя, Чу Фа даже засомневался, туда ли он попал, но, подумав, решил, что имя простое и легко запоминающееся, так что даже спустя сто миллионов лет повторения — вполне обычное дело.
— Кто такой Лю Хуань? — продолжил он расспросы.
— Да вон же он, — Му Юань тоже перевернулся и скосил глаза на бегущего стажёра.
Затем он продолжил:
— Я сегодня после обеда навел справки. Того стажёра зовут Лю Хуань, ситуация у него примерно как у нас: работы не было, подвернулся набор в полицию, вот и пришел.
Что же до того высокого студента, его зовут Гао Ци. Говорят, у него очень влиятельная семья, отец вроде бы чиновник в правительстве, связи невероятно прочные, поговаривают, даже учителя смотрят на него сквозь пальцы.
Упомянув об этом, Му Юань вдруг вспомнил, как в полдень Чу Фа удержал его, и почувствовал некоторую благодарность к другу: как хорошо, что тогда кто-то его остановил, иначе с его-то импульсивным характером он точно нажил бы себе беды.
У них-то ни денег, ни за спиной никого — простые простолюдины. Стоит такому важному господину пошевелить пальцем, как им не сдобровать, куда уж там самим лезть на рожон.
— Вот оно как, — Чу Фа кивнул, погрузившись в задумчивость.
К вечеру этот не самый спокойный день наконец подошел к концу. Поскольку это была первая тренировка, да еще и с такими нагрузками, тела теперь ныли от дикой боли, и все четверо валялись на кроватях, стоная на все лады.
Му Юань тяжело вздохнул и протянул:
— Ой-ёй, чувствую себя абсолютно обессиленным, словно конечности мне больше не подчиняются.
Инструктор говорил, что их задача на первые десять дней — наматывать круги. У каждого была установлена своя норма в километрах, и зачёт по этому нормативу ставили только тем, кто укладывался в срок.
Толстяк Далу, раскинув по матрасу залежи своего жира, тяжело перевёл дыхание и медленно произнёс:
— Вам-то хорошо, а я и десятой доли нормы не пробежал, сижу теперь и голову ложу.
Для точного подсчета каждому стажеру выдали специальные часы, которые в режиме реального времени отслеживали прогресс бега. Если ты устал и решил пройтись пешком — извиняй, километраж больше не засчитывается.
Поэтому теперь ради экономии сил все вокруг даже в туалет бегали бегом.
Чу Фа держался неплохо: если продолжать в том же духе, то через десять дней норматив по меньшей мере будет выполнен, а то и перевыполнен.
Му Юань отставал от Чу Фа чуть сильнее, но стоило ему немного поднатужиться в дальнейшем, и он вполне мог бы догнать остальных.
На следующий день всё прошло мирно. Лю Хуань по-прежнему держался особняком, в столовой в обед его тоже было не видать, а все остальные валились с ног от усталости и не имели ни малейшего желания заниматься чужими делами.
К ночи Му Юаня охватил такой прилив энтузиазма, что он созвал всех четверых зайти в Оазис, и они проиграли до самой полуночи. На следующий день все четверо в общежитии ходили с синяками под глазами, проведя сутки в полумёртвом состоянии.
Такое затишье продлилось два месяца и девятнадцать дней.
После завершения десятидневной физической подготовки пусть не у всех сдача нормативов прошла гладко, но их всё равно сразу перевели на следующий этап тренировок.
Рукопашный бой, преодоление препятствий, администрирование, криминалистика, управление мехами...
Тренировки сменяли друг друга одна за другой. Если в первые дни у Чу Фа и компании еще оставалось время на игры, то в последующие они были завалены делами по горло. Днём они тренировались, а вечерами возвращались и зубрили материал — дни потекли насыщенно и стремительно.
Сегодня исполнилось ровно два месяца и девятнадцать дней с момента их прибытия в эту школу.
Стояла поздняя осень. На рассвете в школьном кампусе веяло густым холодом, листва на больших деревьях давно облетела, и голые ветви раскачивались под порывами пронизывающего ветра.
Утренняя заря постепенно расползалась по небу, достигая восточного горизонта, и небосвод над головой окрасился в мягкие розовые тона. Всего за мгновение весь край небосклона озарился ярким светом.
В строю Му Юань прикрыл глаза, подставляя лицо ласковым лучам солнца, и наслаждался долгожданным теплом:
— Ах, наконец-то солнце вышло.
Побыв немного в тишине, Му Юань открыл глаза, повернул голову и заговорил с шагающим рядом Чу Фа:
— Слушай, а чего это инструктор ранним утром, ни свет ни заря, выгнал нас сюда?
Чу Фа не сводил глаз спереди, глядя прямо перед собой, и тихо ответил:
— Не болтай, а то заметит инструктор — и конец тебе. Живо влепит незачёт в аттестационный лист, будешь знать.
Му Юань умолк, послушно отвернулся, устремил взгляд вперёд и встал по стойке смирно.
Вскоре вдалеке показался инструктор, выходящий из столовой. Не спеша жуя блинчик с начинкой, он шаг за шагом приближался к ним.
У всех присутствующих на лицах тут же проступили тучи.
Мы тут все изо всех сил стараемся, стоим по стойке смирно и ждем тебя, а ты хорош — сперва решил перекусить, да?

Комментарии

Загрузка...