Как и следовало ожидать, вскоре к ним заглянул ученик из другого класса:
— Чэнь Сюй, Лю Цзе, вас классный руководитель вызывает.
Друзья переглянулись с выражением «кто бы сомневался».
Едва переступив порог учительской секции литературы, Чэнь Сюй увидел Чжао Сяолуна с красными глазами. Разумеется, он только что со слезами на глазах нажаловался.
— Чэнь Сюй, Лю Цзе, что это значит? Зачем вы подняли Чжао Сяолуна на учительский стол? — старина Гао ожидаемо встал на сторону отличника и с ходу пошел в атаку.
— Учитель, Чжао Сяолун хотел протереть доску, но не дотягивался. Мы просто решили ему помочь, — не моргнув глазом, выдал Чэнь Сюй.
— Пффф...
Лю Цзе никак не ожидал, что друг осмелится нести такую чушь прямо в лицо классному руководителю, и еле успел зажать рот рукой, чтобы не заржать в голос.
Учитель Гао хлопнул по столу:
— Что за отношение?! Хотите, чтобы я родителей вызвал?!
Против непослушных учеников этот прием работал безотказно. Чэнь Сюй тоже не стал исключением и мгновенно присмирел.
— Выкладывайте, зачем вы это сделали?
Боясь, что вызовут родителей, Чэнь Сюй честно пересказал всю историю от и до.
— То есть ты можешь рассказать «Челобитную» с конца? — внимание старины Гао зацепилось за совершенно другой момент.
— Ну да. Последний абзац могу.
Выслушав чтение задом наперед, Гао заметно смягчился.
— И как тебе вообще пришло в голову учить её задом наперед?
— Да просто мысль мелькнула, решил попробовать — и получилось.
— М-да. Способности у тебя, видно, есть, только применяешь ты их не там, — вздохнул учитель. Но тут же вернулся к главному: — Однако это не отменяет того, что вы поступили с Чжао Сяолуном неправильно. Это чистой воды унижение. Да, он тоже виноват, но благородный муж скорее примет смерть, чем позор. Чтобы больше такого не повторялось, ясно?
— Ясно, учитель.
— Тогда извинитесь перед ним, и замнем это дело.
— Извини, — буркнули оба без особого энтузиазма. Чжао Сяолун ответил им таким же кислым взглядом, явно не горя желанием прощать.
— Всё, идите на урок. А ты, Чэнь Сюй, напиши объяснительную на тысячу слов и сдай мне, — подытожил Гао.
— Понял, — вздохнул Чэнь Сюй. Ему жутко хотелось спросить, нет ли у них оптовой подписки на объяснительные, потому что с такими темпами он точно не удержится и отлупит Чжао Сяолуна еще раз.
Выйдя из учительской, Чэнь Сюй прижал Чжао Сяолуна к стене. Одной рукой он сгреб его за воротник, а вторую занес для пощечины:
— Память отшибло? Я же просил в обед не лезть ко мне, а ты опять нарываешься. Если еще раз вякнешь в мою сторону, я тебе реально штаны на столе сниму, понял? Можешь проверить, если бессмертный.
Отшвырнув его, Чэнь Сюй вместе с Лю Цзе зашагал по коридору.
Чжао Сяолун ошарашенно смотрел им вслед. Он и подумать не мог, что Чэнь Сюй осмелится угрожать ему прямо за дверью учительской! А возвращаться и жаловаться снова — свидетелей-то нет...
Делать нечего, пришлось дождаться, пока они скроются из виду, и только потом идти в класс.
— Ну ты даешь, Чэнь Сюй! Прямо у дверей его прижал, — восхитился Лю Цзе. Ему казалось, что друг сильно изменился, стал слишком дерзким.
— Да я не пугал. Если он опять полезет, я ему реально штаны стяну. А ты поможешь, не зассышь? — Чэнь Сюй скосил на него глаза.
— Да чтоб я зассал! — возмутился Лю Цзе.
— Отлично! Ловлю на слове! — Чэнь Сюй довольно хлопнул друга по плечу.
Они ввалились в класс такой уверенной, размашистой походкой, будто только что получили грамоты, а не выговор.
Вернувшись на место, Чэнь Сюй поймал на себе злобный взгляд Ли Сюэ. Глаза у неё были красные от слез.
— Чего уставилась? — он дернул подбородком в сторону плетущегося позади Чжао Сяолуна. — Вон твой парень идет, на него и смотри.
Весь класс обернулся. Ли Сюэ скривила губы и снова уткнулась в парту, заливаясь слезами.
Комик Го Дэган как-то сказал: *«Ненавижу людей, которые не знают ситуации, но советуют мне быть великодушным. Ты вообще знаешь, через что я прошел? От таких надо держаться подальше, а то когда их молнией ударит, еще и тебя зацепит».*
Чэнь Сюй был с ним абсолютно согласен. Поэтому он не собирался миндальничать с Ли Сюэ. Подумаешь, первая красавица класса. Если ты не права — значит, не права. В конце концов, в университете полно красивых девушек, зачем зацикливаться на школьной песочнице?
Третьим уроком была самоподготовка. Чэнь Сюй почувствовал, что глаза слипаются, лег на парту и моментально вырубился. Лю Цзе только головой покачал.
Проспав весь урок, Чэнь Сюй проснулся бодрым и свежим. Он потер глаза, а затем погладил живот.
— Лю Цзе, ты то печенье доел?
— Нет еще. Ты же в обед два здоровенных маньтоу умял, уже проголодался? — Лю Цзе достал из парты полпачки печенья.
— Наверное, во сне калории сжег, — пробормотал Чэнь Сюй с набитым ртом.
Уничтожив остатки печенья, он почувствовал, что жизнь налаживается. Сомнений не оставалось: этот дикий жор — побочный эффект его «золотого пальца». Значит, за ужином придется наворачивать за двоих.
Теперь он примерно понял, как это работает. Учить и запоминать нужно постепенно, не перегружая мозг. Иначе организм не выдерживает, и приходится компенсировать затраты сном и едой.
Вечером, поучившись пол-урока, он отложил учебники и взялся за объяснительную.
Просидев над ней целую вечность, он вымучил едва ли двести слов. Глядя на кусок текста, испещренный помарками и написанный как курица лапой, он скомкал лист и швырнул его в сторону.
Подумав, он всё же поднял его, расправил, открыл новую страницу в тетради и приготовился переписывать.
В прошлый раз получилось слишком коряво. Он мысленно приказал себе: *Надо написать красиво.*
И тут же замер.
Его рука выводила иероглифы с идеальной каллиграфической точностью!
Чэнь Сюй ошарашенно смотрел на текст, который выглядел в тысячу раз аккуратнее прежнего. Что за чертовщина? Он же просто захотел написать красиво...
Стоп. Просто захотел?
Его осенило. Он написал еще несколько слов, сосредоточившись на задаче. Каждый штрих ложился на бумагу ровно и четко, словно по линейке.
*Неужели я могу сделать всё, что захочу?*
Он попытался нарисовать круг. Круг получился идеальным, словно из-под циркуля. Раньше он в жизни бы так не нарисовал.
*Значит, если я представляю действие в голове, тело может его в точности повторить?*
Попробовав взорвать силой мысли классную доску, решить в уме сложную математическую задачу и задержать дыхание на пять минут, он уяснил границы своих возможностей.
Его тело может идеально выполнять физические действия, если мозг их четко представляет. Но выйти за пределы человеческих возможностей или обрести суперсилы нельзя.
Впрочем, и этого было более чем достаточно, чтобы привести его в полный восторг.
После уроков он шел в общежитие, довольно напевая под нос.
— У тебя от этой объяснительной крыша поехала? — не выдержал Лю Цзе.
— Ничего ты не понимаешь. В этом весь кайф, — Чэнь Сюй похлопал по тетради.
— Псих, — отрезал Лю Цзе и отвернулся.
— Эх, тяжела доля гения, — театрально вздохнул Чэнь Сюй. — И поговорить-то не с кем, никто даже «Побег из Шоушенка» не смотрел.
— Кого побежали? Какой шашлык? — тут же заинтересовался друг.
Объяснительную он всё-таки дописал. Надо отдать должное старине Гао — он поступил справедливо. Предвзятость к отличникам — болезнь всех учителей, с этим ничего не поделаешь. Но его слова о таланте, применяемом не в том русле, задели Чэнь Сюя за живое. Гао не стал слепо выгораживать Чжао Сяолуна, а назначил адекватное наказание, с которым Чэнь Сюй был внутренне согласен.
На последнем уроке вечерней самоподготовки он закончил писанину, потащил Лю Цзе к выходу, полностью игнорируя испепеляющий взгляд Ли Сюэ.
По пути Чэнь Сюй зашел в магазин и набрал целую гору хлеба и печенья — самых дешевых, но сытных углеводов. Лю Цзе стряс с него бутылку колы в качестве компенсации за съеденное днем.
*С таким аппетитом надо срочно думать, как заработать,* — прикинул Чэнь Сюй. *Моих карманных денег на такой прокорм не хватит.*
В общежитии Лю Цзе напомнил:
— Книгу дочитал? Давай сюда.
Чэнь Сюй порылся под матрасом и извлек томик «Цветов сливы в золотой вазе».
— Почти. Сейчас дочитаю и отдам.
— Ты там осторожнее. Не передерни лишнего, а то опять на уроках стоя уснешь.
— Иди в пень!
Книга и вправду была захватывающей, Чэнь Сюй читал её, едва не пуская слюни. Ну а что поделать? Нынешний Чэнь Сюй пока не отличался высокими моральными устоями. Воспитывать в себе возвышенные чувства придется постепенно.
***
Следующие несколько дней Чэнь Сюй усиленно грыз гранит науки, методично восполняя пробелы в знаниях.
Месяц подошел к концу, наступили долгожданные выходные с поездкой домой.
Учитель Гао стоял за кафедрой и раздавал последние наставления:
— Дома, конечно, нужно отдохнуть, но и про учебу забывать не стоит. Домашнее задание по всем предметам записали? И да, по старой традиции — сразу после возвращения пишем ежемесячные экзамены.
Класс дружно застонал. Ладно еще во втором классе, но в выпускном-то за что такая жестокость?
У школьных ворот Чэнь Сюй и Лю Цзе попрощались. Чэнь Сюй встретил своего односельчанина Чэнь Хая, и они поехали домой вместе.
Мать, Сунь Хунмэй, зная, что сын сегодня приезжает, наготовила полный стол еды. Отец, Чэнь Цзяньго, уже сидел за столом, поджидая только его.
От этой знакомой до боли картины к горлу снова подступил ком, но Чэнь Сюй взял себя в руки, сел рядом с матерью и принялся за еду.
— Ну как там в школе? Учеба идет? — Чэнь Цзяньго налил себе стопку и взял палочками немного закуски. Будучи строгим отцом, он всё же хотел проявить заботу о вернувшемся сыне.
Но не успел он закончить фразу, как Сунь Хунмэй ткнула его локтем в бок. Чэнь Цзяньго осекся, кашлянул и сделал вид, что очень занят выпивкой.
Чэнь Сюй только тепло улыбнулся этой маленькой сценке. Раньше он учился из рук вон плохо, болтаясь в пятом десятке, и мать старалась оберегать его самолюбие.
Но теперь всё было иначе.
— Мам, пап, я на летних каникулах зря времени не терял, занимался. И этот месяц тоже пахал. Так что на экзаменах точно поднимусь в рейтинге.
— Молодец, молодец! Главное — стараться, — обрадовалась Сунь Хунмэй. И тут же спохватилась: — Погоди, ты же всё лето на улице пропадал. Когда это ты занимался?
— Кхм-кхм, — Чэнь Сюй чуть не подавился, поняв, что сболтнул лишнего. — Ну, в свободное время! Говорю же, увидите, результаты будут лучше!
Родители посмотрели на него с сомнением, а он, чтобы сменить тему, набросился на еду.
И ведь правда, давно он так вкусно не ел. Тушеные ребрышки, жареный горбыль, свинина с зеленым перцем...
Сначала Сунь Хунмэй с радостью смотрела, как сын уплетает за обе щеки. Но потом ей стало не по себе. Она наварила целую кастрюлю риса с расчетом, что останется на ужин, а Чэнь Сюй почти всю её выскреб.
— Сынок, тебя там что, вообще не кормят? Или ты растешь так быстро?
Чэнь Сюй понял: вот он, идеальный момент.
— Мам, я, наверное, правда расту. Жрать хочется постоянно. А в столовке сам знаешь, чем кормят — это же людям давать нельзя. Я там вообще не наедаюсь.
Если бы Сунь Хунмэй не видела, как он только что в одиночку приговорил кастрюлю риса, она бы не поверила. Но факты были налицо.
— Ну ладно, дам тебе в следующем месяце побольше денег на еду. Учиться-то надо на сытый желудок.
— Мам, помнишь нашу учительницу по политике со второго курса, Чэнь Хайин? Её на год перевели в город, и у неё квартира пустует в жилом комплексе для учителей. Она как раз ищет кого-нибудь присмотреть за жильем. Может, я туда перееду? И смогу иногда домой на обед приезжать.
— Да ну? Разве так бывает? — засомневалась мать.
— Честное слово! Она только на год уехала, а если там кто-то жить будет, квартира пылью не зарастет. Комплекс прямо при школе, там безопасно. И главное — платить за аренду не надо!
Учительские дома действительно примыкали к территории школы и соединялись с ней отдельной калиткой, так что там было безопасно. Слово «бесплатно» окончательно подкупило Сунь Хунмэй, но сомнения оставались.
— А на учебе это не скажется? Всё-таки один жить будешь.
— Мам, с моим нынешним аппетитом я в общаге точно с голоду пухнуть буду. Какая уж тут учеба на пустой желудок? Обещаю: перееду — и оценки пойдут вверх! Если нет — сама меня обратно в общежитие выселишь.
После таких аргументов мать сдалась. В конце концов, здоровье растущего организма важнее всего. А из квартиры можно будет чаще домой приезжать, горячего поесть.
Сразу после обеда Чэнь Сюй сгреб все свои сбережения, сел на велосипед и умчался под предлогом «узнать, не сдали ли еще квартиру». На самом деле он ехал искать жилье.
Купив пару пачек сигарет, он подмаслил дедушку-охранника в учительском квартале и спросил, не сдает ли кто квартиру.
— Ты же школьник? Зачем тебе снимать? — бдительный дед с прищуром посмотрел на него.
Чэнь Сюй прогнал ему ту же байку, что и матери, добавив, что родители согласны. Дед больше вопросов не задавал и быстро нашел ему подходящую «однушку».
Чэнь Сюй поднялся, посмотрел — заезжай хоть сейчас, только постельное белье брось. Хозяин просил сто юаней в месяц, но Чэнь Сюй, прикрываясь статусом бедного студента, сторговался до девяноста. Он сразу оплатил полгода вперед, забрал ключи и ушел.
Из квартала он направился прямиком на городской радиорынок за подержанным ноутбуком.
Все его сбережения, скопленные с новогодних подарков, составляли 3200 юаней. После аренды осталось 2600. На б/у аппарат должно хватить.
Вооружившись еще одной пачкой сигарет и наглостью, Чэнь Сюй ходил по рядам, приценивался, расспрашивал, но не покупал. Выяснив реальный расклад цен, он выторговал за 2200 юаней ThinkPad T20. Уродливый, как смертный грех, но рабочий.
Тащить компьютер домой было нельзя — мать сразу решит, что он купил его для игр. Пришлось сначала завезти его в съемную квартиру.
Вечером он торжественно объявил матери, что учительница согласилась и он уже даже вещи перевез. Сунь Хунмэй поверила безоговорочно.
На следующий день Чэнь Сюй сидел дома и прилежно делал уроки. К друзьям гулять не пошел — надо было показать себя с лучшей стороны, а то вдруг мать передумает и отменит переезд.
Прозанимавшись всё утро, к обеду он ожидаемо почувствовал зверский голод и умял три здоровенных маньтоу. Только вмешательство матери заставило его остановиться.
— Да уж, ну ты и метешь, — вздохнула Сунь Хунмэй. — Правильно сделали, что тебя переселили. Приезжай каждые пару дней, буду тебе готовить.
— Спасибо, мам! — искренне обрадовался Чэнь Сюй.
От домашней еды отказываться глупо, тем более что от квартиры до дома было рукой подать.

Комментарии

Загрузка...