Именно так она и должна была вести себя в свои годы. Глядя на то, как Су Юйцин постепенно возвращается к состоянию обычной девушки, Чэнь Мо чувствовал глубокое облегчение. Какая бы усталость ни наваливалась на него, одного вида её преображения было достаточно, чтобы все жертвы окупились.
Как только большой палец Чэнь Мо коснулся точки Тянь-чи, подушечка ощутила мягкость, от которой замирало сердце. Су Юйцин тут же стыдливо поджала пальцы на ногах. Под её непроизвольным движением плед на диване пошел глубокими складками, а кораллово-розовые ногти то мелькали, то скрывались в бежевой ткани, напоминая лепестки ранней сакуры, дрожащие на снегу. Её предплечья напряглись, а тело мерно вздымалось в такт участившемуся дыханию.
— Если тебе некомфортно, давай в другой раз, — Чэнь Мо почувствовал, что его ладони оказались зажаты между её локтями и боками. Решив, что она противится процедуре, он уже собрался убрать руки.
— Нет... всё в порядке. Просто немного щекотно, сейчас привыкну, — едва слышно, почти шепотом отозвалась Су Юйцин. Она расслабила руки, позволяя ему продолжить.
— Тогда я нажму чуть сильнее, и щекотка пройдет, — в голосе Чэнь Мо промелькнула усмешка. Но вопреки словам, его пальцы стали двигаться еще осторожнее: эта точка не терпела грубого давления. Он заметил, как дернулось правое ухо девушки, не скрытое подушкой, — она явно изо всех сил старалась сохранять самообладание.
К счастью, Чэнь Мо и сам чувствовал неловкость, задерживаясь в этой зоне, поэтому, выждав положенное время, он тут же перешел к другому участку. Завершая сеанс, он размял ей спину. Когда основание его ладони разогнало застой в районе лопаток, Су Юйцин внезапно вытянула носки. Из глубины подушки донесся приглушенный стон, похожий на мяуканье котенка.
Взгляд Чэнь Мо скользнул по задравшемуся краю её домашней одежды. Кожа на пояснице под его пальцами начала заливаться румянцем, словно на белый фарфор пролили киноварь. Он на мгновение замер, завороженный этой картиной, невольно задержав пальцы в ямках над крестцом, а затем перевел взгляд чуть ниже, туда, где изгибы тела скрывались под подолом юбки. Но туда он заходить не решился. Отстранившись, он вытер пот со лба и поднялся на ноги.
— Встань, подвигайся немного. Как ощущения? — Чэнь Мо мягко улыбнулся девушке. — Если где-то еще чувствуешь зажимы, скажи, я разомну.
Су Юйцин, чье лицо цветом сравнялось со спелым яблоком, оторвала голову от подушки. Не смея поднять глаз на Чэнь Мо, она встала и осторожно потянулась. Тело, казалось, полностью обновили: привычная тяжесть исчезла, уступив место невероятной легкости.
— Так свободно... У тебя просто золотые руки, — не сдержавшись, похвалила она.
— Если тебе нравится, буду делать это раз в неделю. Это оптимальная частота: чаще – вредно для организма, реже – усталость будет накапливаться сверх меры.
Су Юйцин уже собиралась кивнуть в знак согласия, но в области точки Тянь-чи всё еще горело фантомное ощущение от его пальцев. Смущение вновь сковало её, лишив дара речи. Пока она пребывала в оцепенении, Чэнь Мо успел приготовить две чашки горячего молока.
— После массажа нельзя пить холодное. Нужно что-то теплое, чтобы разогнать кровь и быстрее вывести токсины усталости. Потом прими горячий душ, и обещаю: когда проснешься, будешь чувствовать себя еще лучше.
Тишина ночи, когда мужчина и женщина остаются наедине, всегда кажется оглушительной. Допив молоко в молчании, они оба делали вид, что смотрят в экран телевизора, но то и дело украдкой поглядывали друг на друга. Два сердца, уже давно бьющихся в унисон, из-за робости всё еще сохраняли дистанцию. Закончив с молоком, они разошлись по комнатам.
Закрыв за собой дверь, Су Юйцин невольно вспомнила ту ночь, когда они спали в одной постели. Запах юноши и то необъяснимое чувство безопасности прочно засели в её голове. Ей очень хотелось снова испытать то ощущение умиротворения, но она не знала, представится ли еще такой повод.
Лежа в кровати после душа, она начала смотреть видеоуроки по профессиональному массажу. Ей хотелось в следующий раз удивить Чэнь Мо своим мастерством, чтобы и он почувствовал это блаженное расслабление. На собственном опыте познав, как это приятно, она мечтала подарить те же ощущения любимому человеку.
В своей спальне Чэнь Мо уснул почти мгновенно. Это была привычка оперативника криминальной полиции: если выпадала возможность поспать в кровати – ею нужно пользоваться без промедления. Листать ленту в телефоне можно и в свободные минуты на службе. К тому же, осознание того, что дом охраняет профессионал, которого даже он едва заметил, позволило ему расслабиться.
В прошлой временной линии Чэнь Мо был одержим лишь поиском причин смерти Су Юйцин. Он мало интересовался таинственным защитником, который долгое время присматривал за ним. В своем безумии он подозревал каждого, и лишь когда родители подтвердили алиби этого человека, а также выяснилось, что тот из-за старой травмы утратил мужские функции, подозрения отпали. Поскольку они никогда не встречались лично, Чэнь Мо подсознательно игнорировал этого невидимого стража после возвращения в прошлое.
Теперь, имея его контакты, Чэнь Мо мог поручить ему присматривать за Су Юйцин, если самому придется уехать. Он боялся «коррекции временной линии» – того, что неведомый убийца может явиться за ней снова. Чэнь Мо был начеку. Хотя разум подсказывал, что осторожный преступник не пойдет на такой риск, тревога заставляла его отбросить логику ради абсолютной безопасности.
Этой ночью и Чэнь Мо, и Су Юйцин спали спокойнее, чем когда-либо прежде.

Комментарии

Загрузка...