Лишь заметив, что отчим всё еще в сознании и пытается говорить, она в панике выдохнула:
— Больница совсем рядом, скорее вези дядю к врачу!
— Не твое дело, проклятая девка! — Ли Фэнчжи вскинула на дочь взгляд, полный ярости и неприкрытого отвращения. — Если бы не ты, этого бы не случилось! Убирайся отсюда! Вон! И чтобы глаза мои тебя больше не видели!
От этих слов мир перед глазами Су Юйцин поплыл. Ослепшая от слез, она даже не сообразила выпустить из рук нож – так и выскочила за дверь, бросившись прочь.
О том, что происходило дальше, девушка не имела ни малейшего представления.
Она бежала из дома в полной растерянности. В кармане – жалкая горсть мелочи, в руке – кухонный нож, а над головой – свинцовое небо, сочащееся дождем. Единственным местом, где её могли принять, был дом родного отца, и она, не оборачиваясь, припустила в ту сторону.
Теперь же, узнав, что родители в больнице, она мгновенно восстановила в памяти ту картину: рана в животе отчима, нанесенная рукой её собственной матери. Очевидно, именно из-за этого инцидента оба оказались на больничной койке.
Этих деталей не знал даже Чэнь Мо. Всё, чем он располагал до этого момента, были сухие строки протоколов – домыслы и догадки, выстроенные на показаниях сторонних свидетелей.
Ли Ган и Ли Фэнчжи скрыли истинные обстоятельства ранения, в то время как соседи видели Су Юйцин, выбегающую из дома с ножом в руках. Вполне естественно, что в глазах следствия эти факты сложились в определенную картину.
Су Юйцин тряхнула головой, силой вытесняя из мыслей кошмары прошлой недели. Она повернулась к Ли Миньюю:
— Сяо Юй, иди скорее делать уроки. У нас с братом еще есть дела, мы не сможем с тобой поиграть.
С этими словами она увела Чэнь Мо в свою комнату. Ли Миньюй был еще слишком мал, чтобы задумываться, чем могут заниматься наедине парень и девушка за закрытой дверью, поэтому он лишь пожал плечами и послушно ушел к себе.
Оказавшись в комнате, Су Юйцин тут же вытащила розовый чемодан и принялась лихорадочно собирать вещи. В первую очередь она складывала школьную форму – нельзя же было ходить всё время в одном и том же.
Чэнь Мо, понимая, что в женских вещах ему копаться не стоит, просто прохаживался по комнате. Вскоре его взгляд упал на ящик стола, где лежал блокнот, запертый на маленький замочек.
Сердце Су Юйцин екнуло, когда она увидела в руках гостя свой дневник. Однако, заметив, что он не пытается искать ключ, она немного успокоилась. Девушка верила: такой человек, как Чэнь Мо, не станет без спроса вскрывать чужие секреты.
В обычных обстоятельствах он бы действительно так не поступил. Но в прошлой временной линии он это сделал.
И не из праздного любопытства – Су Юйцин тогда уже не было в живых, и ему жизненно необходимо было понять, чем она жила. В том блокноте девушка записывала только счастливые моменты, намеренно игнорируя всё плохое.
Она делала это для того, чтобы в минуты отчаяния иметь возможность перечитать эти страницы и вспомнить, что счастье когда-то существовало. Этот дневник был её единственной психологической опорой, позволившей пережить бесчисленное множество мучительных дней.
Су Юйцин начала вести его только после развода родителей, поэтому записей о детской встрече с Чэнь Мо там не было. Соответственно, и сам он до сих пор не догадывался о глубине их связи.
Хотя Су Юйцин не просила помогать с книгами, Чэнь Мо безошибочно отобрал на столе именно то, что ей действительно было нужно. Когда девушка, закончив укладывать белье и одежду, обернулась к столу, она в изумлении замерла.
В стопке, подготовленной Чэнь Мо, лежали именно те учебники и тетради, которые она собиралась взять. Всё остальное, что он оставил нетронутым, не имело для неё никакого значения.
Она растерянно подняла на него взгляд.
— Я заметил, какие книги ты обычно читаешь, и какие тетради у тебя всегда в ходу, — мягко улыбнулся Чэнь Мо. — Решил помочь с сортировкой. Глянь, всё верно? Бери то, что нужно.
Су Юйцин почувствовала, как горло перехватило от нахлынувшей нежности. Пока она тайком наблюдала за ним в школе, он, оказывается, тоже следил за ней – и делал это с поразительным вниманием к мелочам. В груди разлилось щемящее тепло.
Застегнув чемодан, она достала лист бумаги и ручку, чтобы оставить матери записку. Чэнь Мо деликатно отвернулся к окну, делая вид, что изучает пейзаж.
Закончив писать, Су Юйцин сложила листок пополам и подписала: «Маме». Затем они вместе вышли из комнаты. Окинув взглядом гостиную, она оставила записку на обеденном столе и уже потянулась к ручке входной двери, как вдруг снаружи раздался щелчок замка.
Дверь распахнулась, и на пороге возникла фигура Ли Фэнчжи.
Все замерли. Рука Су Юйцин, сжимавшая ручку чемодана, мелко задрожала. Ли Фэнчжи тоже оцепенела, глядя на дочь.
Тишину нарушил скрип двери из комнаты Ли Миньюя. Мальчик, услышав звук замка, понял, что мать вернулась, и вышел встретить её. Перед его глазами предстала странная немая сцена: мать и сестра, не двигаясь, смотрят друг на друга.
— Мам, приготовь поесть, я проголодался, — протянул Сяо Юй, потирая живот и совершенно не замечая густого напряжения в воздухе.
При виде сына Ли Фэнчжи подавила вспышку гнева. Она натянуто улыбнулась и кивнула:
— Сейчас всё сделаю. Иди пока к себе, доделывай уроки.
Как только дверь в комнату сына закрылась, Ли Фэнчжи перевела взгляд на Су Юйцин. В её глазах читалось горькое недоверие:
— И что это значит? Выросла? Крылья окрепли? Мать теперь тебе не указ – нашла мужика и решила сбежать?
Су Юйцин закусила губу, не находя слов. В ушах до сих пор набатом гремело брошенное матерью в пятницу: «Убирайся, и чтобы глаза мои тебя не видели!»
— Ты хоть представляешь, как тяжело я тебя вынашивала, как тянула из последних сил, чтобы на ноги поставить? А ты теперь, не спросив разрешения, собрала вещи и собралась на выход? — Голос Ли Фэнчжи дрожал от подступающей ярости. — Говори же! Я для тебя вообще никто?!
Слезы брызнули из глаз Су Юйцин. Она плакала не от обиды на ругань, а от того, что в её сердце всё еще жил образ той, прежней, доброй матери. Ей не хотелось отвечать криком на крик, разрушая последние крупицы светлых воспоминаний. Она оплакивала умирающую любовь, молча снося гневные упреки.
Видя это, Чэнь Мо сделал шаг вперед, заслоняя девушку собой. Он посмотрел Ли Фэнчжи прямо в глаза:
— Тетя, Юйцин решилась на это не по своей воле. Вы с мужем загнали её в тупик, из которого нет другого выхода...

Комментарии

Загрузка...