В своей прошлой жизни, до того, как с Су Юйцин случилась беда, Чэнь Мо часто спал на неинтересных уроках или тайком читал новеллы в телефоне. Но после трагедии, пройдя через ад моральных терзаний, он погрузился в учебу с головой. С тех пор на каждом занятии он слушал учителей с предельной концентрацией, не давая себе ни секунды на отдых.
Когда прозвенел звонок, ознаменовавший окончание экзамена, Хуан Мао устало потер виски. — М-да, серьезно работать головой – это выматывает.
— Ха! Будто твои результаты как-то зависят от того, серьезно ты работаешь или нет, — подколола его Чжао Юэюэ.
— Ого, похоже, кто-то напрашивается на соревнование? — Хуан Мао едва заметно усмехнулся, глядя на девушку.
— А давай! — Юэюэ гордо выпрямилась. — Уж по математике я тебя точно обставлю. Да я, может, даже брата Мо переплюну!
— Договорились, — Хуан Мао явно загорелся идеей. — Спорим на результат?
— И на что же? — Юэюэ ни на шаг не отступила.
— Я помню, что в субботу у тебя день рождения. Если проиграю – все расходы на твой праздник за мой счет!
В классе повисла тишина. Чжао Юэюэ замерла, Су Юйцин удивленно моргнула, и даже Чэнь Мо на мгновение опешил. Он совсем забыл об этой дате.
В той, прежней временной шкале, день рождения Чжао Юэюэ пришелся на следующую субботу после гибели Юйцин. Тогда Юэюэ выплакала все глаза и была в таком состоянии, что ни о каком празднике не могло быть и речи. Хуан Мао, будучи человеком чутким, тоже не стал бы поднимать эту тему в атмосфере траура. Тот день рождения просто стерся, прошел незамеченным. Если бы не слова друга сейчас, Чэнь Мо вряд ли бы вспомнил о нем вовремя.
Но девушек удивило другое: никто не ожидал, что Хуан Мао помнит точную дату. Чжао Юэюэ, только что готовая вцепиться в него в споре, почувствовала, как к сердцу подкатывает странное тепло. Но, упрямо сдержав эмоции, она спросила:
— А если проиграю я?
— Хе-хе-хе...
— Фу, ну и смех! Чего ты так оскалился? — Юэюэ инстинктивно обхватила себя руками, с подозрением глядя на него.
Эта реакция вызвала смех у Чэнь Мо и Юйцин, а Хуан Мао даже слегка покраснел. — Да что ты там себе напридумывала! Если проиграешь ты – будешь главным организатором моего следующего дня рождения. Должна будешь сделать так, чтобы я был по-настоящему счастлив.
— Идет, — Юэюэ, не раздумывая, согласилась на такие условия.
В этот момент Хуан Мао заметил, как Чэнь Мо украдкой показал ему большой палец. Но девушка вдруг спохватилась:
— Погоди-ка! По-моему, ты в любом случае в выигрыше. Я же еще не приглашала тебя к себе!
— Если не пригласишь, как я смогу заплатить? Не выставишь же ты меня за дверь сразу после оплаты чека? — Хуан Мао состроил преувеличенно жалобное лицо. — Неужели «добрая и прекрасная малышка Юэ», как тебя все называют, способна на такую жестокость?
Услышав комплимент про доброту и красоту, Юэюэ фыркнула, но больше не стала спорить о его участии в празднике.
Разговор о дне рождения заставил Чэнь Мо задуматься и об их с Юйцин датах. Они родились почти в одно время: Чэнь Мо в мае, а Су Юйцин – в июне. Её праздник почти совпадал с датами Гаокао. Сама Юйцин тоже украдкой посмотрела на него. До дня рождения Чэнь Мо оставался всего месяц, и она уже начала прикидывать, что ему подарить.
«Купить готовую вещь проще всего, но подарок, сделанный своими руками, несет в себе совсем другой смысл», – размышляла она. Хотелось, чтобы это было что-то полезное, чем он мог бы пользоваться каждый день. Но конкретная идея никак не приходила в голову.
— Юэюэ, так какой подарок ты хочешь? — С улыбкой спросил Чэнь Мо.
— О, так можно прямо заказывать? — Глаза девушки азартно блеснули.
— Это наш последний год в школе, — мягко сказал Чэнь Мо, потрепав её по волосам. — После Гаокао нас может разбросать по разным городам, и собрать всех вместе на твой праздник будет ох как непросто. Так что в этот раз можешь капризничать сколько влезет.
— Ого, брат Мо, как ты можешь говорить такие грустные вещи с таким спокойным лицом? — Юэюэ недовольно надулась. Даже если это правда, зачем портить момент?
— Ну так говори. А то вдруг в будущем твой день рождения придется отмечать только с лао Мао? — Подмигнул ей Чэнь Мо.
— Это почему еще? — Не поняла девушка.
— Ну, он-то наверняка поступит в тот же университет, что и ты, — Чэнь Мо выразительно посмотрел на Хуан Мао.
— Чушь! Кто... кто это сказал, что я за ней потащусь? Старина Мо, не неси чепухи! — Заикаясь от волнения, выпалил Хуан Мао, чувствуя на себе взгляд Юэюэ.
«Понятно, почему у этих двоих до самого выпуска ничего не сдвинулось с мертвой точки. Два упертых цундере – тяжелый случай», – мысленно вздохнул Чэнь Мо.
Чжао Юэюэ, не обратив внимания на протесты Мао, смущенно посмотрела на Чэнь Мо. — А можно... что-нибудь подороже?
— Валяй, — кивнул он.
Подбадриваемая его взглядом, Юэюэ принялась тереть потертый край рукава школьной формы. Её голос опустился до едва слышного шепота:
— Ну... я бы хотела термос. Хороший...
Она вдруг испуганно замахала руками:
— Только не какой-нибудь супер-дорогой! Просто чтобы тепло держал долго, и всё!
Хуан Мао перестал вращать ручку. В памяти всплыл урок физкультуры двухнедельной давности. Старая темно-зеленая фляжка Юэюэ, уже порядком выцветшая, выкатилась на середину баскетбольной площадки. Кто-то наступил на неё, смяв металл, и Чжао Юэюэ потом долго сидела на корточках, пытаясь выправить корпус пальцами. Он тогда предложил купить ей стильный термос из модной кофейни, но она лишь с покрасневшими глазами ответила, что этот еще можно починить.
Всю следующую неделю он видел, как она доставала из рюкзака флягу, обмотанную слоями прозрачного скотча. Через клейкую ленту уже начали проступать бурые пятна чайного налета. А с прошлой недели она и вовсе перестала носить с собой воду. Видимо, починить окончательно так и не удалось.
И это – то самое «подороже»?
Сердце Хуан Мао болезненно сжалось. Чэнь Мо, заметив реакцию друга, снова перевел взгляд на Юэюэ и тепло улыбнулся:
— А кроме этого? Есть еще желания?
Такую практичную вещь, решил он, пусть лучше подарит Хуан Мао. Чтобы каждый раз, делая глоток горячей воды, Юэюэ волей-неволей вспоминала о том, кто о ней позаботился.

Комментарии

Загрузка...