Плот швыряло на волнах из стороны в сторону. С визгом Ли Русюэ юркнула обратно в душевую кабину — там, по крайней мере, были стены, за которые можно было ухватиться, чтобы не улететь за борт.
Плот швыряло на волнах из стороны в сторону. С визгом Ли Русюэ юркнула обратно в душевую кабину — там, по крайней мере, были стены, за которые можно было ухватиться, чтобы не улететь за борт.
Линь Сяо тщетно пытался разглядеть возмутителя спокойствия, но удар пришёлся снизу, из непроглядной глубины. И сила этого удара была колоссальной.
Линь Сяо тщетно пытался разглядеть возмутителя спокойствия, но удар пришёлся снизу, из непроглядной глубины. И сила этого удара была колоссальной.
— Сяо Бао! Сяо Бао, ко мне! — заорал Линь Сяо, пытаясь докричаться до спящей акулы.
— Сяо Бао! Сяо Бао, ко мне! — заорал Линь Сяо, пытаясь докричаться до спящей акулы.
Но тот дрых без задних ног, покачиваясь на волнах в отдалении.
Но тот дрых без задних ног, покачиваясь на волнах в отдалении.
«Тварь ленивая! Нашёл время дрыхнуть!» — мысленно выругался Линь Сяо. Плот уже отнесло слишком далеко, и дотянуться до питомца веслом, чтобы разбудить, было невозможно.
«Тварь ленивая! Нашёл время дрыхнуть!» — мысленно выругался Линь Сяо. Плот уже отнесло слишком далеко, и дотянуться до питомца веслом, чтобы разбудить, было невозможно.
— Линь Сяо, что там такое? — дрожащим голосом спросила Ли Русюэ. Она наконец оделась и несмело вышла наружу. Её мокрые волосы облепили плечи, а с кончиков прядей на доски падали крупные капли.
— Линь Сяо, что там такое? — дрожащим голосом спросила Ли Русюэ. Она наконец оделась и несмело вышла наружу. Её мокрые волосы облепили плечи, а с кончиков прядей на доски падали крупные капли.
— Без понятия.
— Без понятия.
Линь Сяо быстро вытащил из рюкзака свой Деревянный гарпун, крепко сжал его в руках и уставился на воду. Океан на мгновение затих, качка прекратилась. Но парень не расслаблялся — он кожей чувствовал, что неведомая тварь затаилась прямо под ними.
Линь Сяо быстро вытащил из рюкзака свой Деревянный гарпун, крепко сжал его в руках и уставился на воду. Океан на мгновение затих, качка прекратилась. Но парень не расслаблялся — он кожей чувствовал, что неведомая тварь затаилась прямо под ними.
Его предчувствие не обмануло. Очередной сокрушительный удар пришёлся точно в центр плота. Корма резко задралась вверх, и Линь Сяо с Ли Русюэ покатились по накренившейся палубе. К счастью, тяжёлая деревянная душевая на другом конце плота послужила отличным противовесом. Плот с грохотом рухнул обратно на воду, подняв тучу брызг.
Его предчувствие не обмануло. Очередной сокрушительный удар пришёлся точно в центр плота. Корма резко задралась вверх, и Линь Сяо с Ли Русюэ покатились по накренившейся палубе. К счастью, тяжёлая деревянная душевая на другом конце плота послужила отличным противовесом. Плот с грохотом рухнул обратно на воду, подняв тучу брызг.
Сердце Линь Сяо бешено колотилось. Нужно было срочно обнаружить врага, иначе в следующий раз они точно перевернутся. Он подполз к краю плота и вгляделся в толщу воды, высматривая малейшее движение.
Сердце Линь Сяо бешено колотилось. Нужно было срочно обнаружить врага, иначе в следующий раз они точно перевернутся. Он подполз к краю плота и вгляделся в толщу воды, высматривая малейшее движение.
Внезапно лазурная вода под ним начала стремительно темнеть, наливаясь глубоким, почти чёрным индиго. Что-то огромное и стремительное поднималось из бездны.
Внезапно лазурная вода под ним начала стремительно темнеть, наливаясь глубоким, почти чёрным индиго. Что-то огромное и стремительное поднималось из бездны.
Раздался оглушительный всплеск, и прямо перед Линь Сяо из воды вынырнуло массивное тёмно-синее тело. Линь Сяо уже замахнулся гарпуном, готовый нанести удар, но истошный крик Ли Русюэ остановил его:
Раздался оглушительный всплеск, и прямо перед Линь Сяо из воды вынырнуло массивное тёмно-синее тело. Линь Сяо уже замахнулся гарпуном, готовый нанести удар, но истошный крик Ли Русюэ остановил его:
— Нет, Линь Сяо, стой! Не надо!
— Нет, Линь Сяо, стой! Не надо!
Гарпун замер в паре сантиметров от лоснящейся кожи существа. Брызги осели, и Линь Сяо наконец смог разглядеть ночного гостя. Это был синий кит. Точнее, совсем ещё юный китёнок, размером примерно с железнодорожный вагон. Линь Сяо знал, что киты — мирные гиганты, питающиеся планктоном и мелкой рыбешкой, они никогда не нападают на людей первыми. Но что заставило этого малыша атаковать их плот?
Гарпун замер в паре сантиметров от лоснящейся кожи существа. Брызги осели, и Линь Сяо наконец смог разглядеть ночного гостя. Это был синий кит. Точнее, совсем ещё юный китёнок, размером примерно с железнодорожный вагон. Линь Сяо знал, что киты — мирные гиганты, питающиеся планктоном и мелкой рыбешкой, они никогда не нападают на людей первыми. Но что заставило этого малыша атаковать их плот?
Кит не был агрессивным монстром этой системы. Как и морские птицы или обычная рыба, он относился к разряду мирной фауны.
Кит не был агрессивным монстром этой системы. Как и морские птицы или обычная рыба, он относился к разряду мирной фауны.
— Линь Сяо... Посмотри туда... — прошептала Ли Русюэ, её голос дрожал от подступающих слёз.
— Линь Сяо... Посмотри туда... — прошептала Ли Русюэ, её голос дрожал от подступающих слёз.
Парень перевёл взгляд на спину китёнка и оцепенел. Вся гладкая кожа несчастного животного была испещрена глубокими, кровоточащими багровыми полосами.
Парень перевёл взгляд на спину китёнка и оцепенел. Вся гладкая кожа несчастного животного была испещрена глубокими, кровоточащими багровыми полосами.
— Какой же урод сотворил такое? — Ли Русюэ едва сдерживала рыдания. Она медленно протянула руку, пытаясь коснуться израненной спины малыша.
— Какой же урод сотворил такое? — Ли Русюэ едва сдерживала рыдания. Она медленно протянула руку, пытаясь коснуться израненной спины малыша.
Китёнок сначала испуганно дёрнулся, едва не перевернув плот, но, почувствовав мягкое, ласковое прикосновение девичьих рук, затих и доверчиво прижался к деревянному борту, тихонько попискивая от боли.
Китёнок сначала испуганно дёрнулся, едва не перевернув плот, но, почувствовав мягкое, ласковое прикосновение девичьих рук, затих и доверчиво прижался к деревянному борту, тихонько попискивая от боли.
— Какой он хороший... — плакала Ли Русюэ, бережно поглаживая израненного гиганта. Её сердце разрывалось от жалости.
— Какой он хороший... — плакала Ли Русюэ, бережно поглаживая израненного гиганта. Её сердце разрывалось от жалости.
Линь Сяо тоже сжал кулаки от ярости. Судя по характеру ран, это не были следы когтей морского хищника. Это были глубокие рубцы от ударов плетью или каким-то похожим оружием. Каким же бездушным садистом нужно быть, чтобы так истязать беззащитное существо?
Линь Сяо тоже сжал кулаки от ярости. Судя по характеру ран, это не были следы когтей морского хищника. Это были глубокие рубцы от ударов плетью или каким-то похожим оружием. Каким же бездушным садистом нужно быть, чтобы так истязать беззащитное существо?
— Линь Сяо, ты должен найти этого негодяя и проучить его! Накажи его за малыша! — взмолилась Ли Русюэ.
— Линь Сяо, ты должен найти этого негодяя и проучить его! Накажи его за малыша! — взмолилась Ли Русюэ.
Линь Сяо и сам горел этим желанием. Судя по тому, что кровь из ран ещё сочилась, нападение произошло совсем недавно. Садист бродил где-то неподалеку. Более того, кит приплыл с кормы — значит, преследователь шёл прямо по их следу.
Линь Сяо и сам горел этим желанием. Судя по тому, что кровь из ран ещё сочилась, нападение произошло совсем недавно. Садист бродил где-то неподалеку. Более того, кит приплыл с кормы — значит, преследователь шёл прямо по их следу.
Линь Сяо поделился своими выводами с Ли Русюэ, и её глаза гневно сверкнули.
Линь Сяо поделился своими выводами с Ли Русюэ, и её глаза гневно сверкнули.
— Дай мне свой лук! Я сама пристрелю этого гада!
— Дай мне свой лук! Я сама пристрелю этого гада!
Линь Сяо мягко положил руку ей на плечо:
Линь Сяо мягко положил руку ей на плечо:
— Оставь это мне.
— Оставь это мне.
Тот, кто издевался над китёнком ради забавы, явно был опасным психопатом. Линь Сяо не мог позволить Ли Русюэ рисковать.
Тот, кто издевался над китёнком ради забавы, явно был опасным психопатом. Линь Сяо не мог позволить Ли Русюэ рисковать.
— Я приручу его, — решительно заявила девушка.
— Я приручу его, — решительно заявила девушка.
— Чего? — Линь Сяо подумал, что ослышался, но Ли Русюэ уже доставала из рюкзака свою редкую ловчую сеть и бережно набрасывала её на спину китёнка. — Ты тратишь драгоценную сеть на него?!
— Чего? — Линь Сяо подумал, что ослышался, но Ли Русюэ уже доставала из рюкзака свою редкую ловчую сеть и бережно набрасывала её на спину китёнка. — Ты тратишь драгоценную сеть на него?!
Линь Сяо не верил своим глазам. Ловчая сеть была редчайшим предметом, способным подчинить сильного боевого монстра. А этот китёнок был абсолютно бесполезен в бою, максимум — живое украшение.
Линь Сяо не верил своим глазам. Ловчая сеть была редчайшим предметом, способным подчинить сильного боевого монстра. А этот китёнок был абсолютно бесполезен в бою, максимум — живое украшение.
— Мне плевать! Он ранен, я не брошу его здесь умирать! — в Ли Русюэ проснулся неистовый материнский инстинкт. Она прижалась лбом к мокрой голове китёнка, шепча ему слова утешения.
— Мне плевать! Он ранен, я не брошу его здесь умирать! — в Ли Русюэ проснулся неистовый материнский инстинкт. Она прижалась лбом к мокрой голове китёнка, шепча ему слова утешения.
«Ладно, сеть всё равно её, пусть делает что хочет», — мысленно сдался Линь Сяо. К тому же кит питается планктоном и мелкой рыбой, так что тратить на него драгоценные запасы еды не придется.
«Ладно, сеть всё равно её, пусть делает что хочет», — мысленно сдался Линь Сяо. К тому же кит питается планктоном и мелкой рыбой, так что тратить на него драгоценные запасы еды не придется.
Сейчас важнее было подготовиться к встрече с живодёром.
Сейчас важнее было подготовиться к встрече с живодёром.
Линь Сяо наконец дозвался проснувшегося Сяо Бао. Тот радостно подплыл к плоту, надеясь увидеть обещанную подружку, но, обнаружив лишь огромного кита, разочарованно фыркнул.
Линь Сяо наконец дозвался проснувшегося Сяо Бао. Тот радостно подплыл к плоту, надеясь увидеть обещанную подружку, но, обнаружив лишь огромного кита, разочарованно фыркнул.
Линь Сяо потрепал его по мокрой голове:
Линь Сяо потрепал его по мокрой голове:
— Не грусти, дружище. Будет тебе невеста, обещаю. Главное — верить.
— Не грусти, дружище. Будет тебе невеста, обещаю. Главное — верить.
Сяо Бао сощурил свои и без того крошечные глазки и одарил хозяина полным презрения взглядом.
Сяо Бао сощурил свои и без того крошечные глазки и одарил хозяина полным презрения взглядом.
«Надо же, этот прохвост раскусил мою дешёвую ложь», — усмехнулся про себя Линь Сяо.
«Надо же, этот прохвост раскусил мою дешёвую ложь», — усмехнулся про себя Линь Сяо.
Они с Ли Русюэ быстро обсудили план действий. Было решено устроить засаду. Ли Русюэ спрятала китёнка в свой рюкзак, а сама укрылась в деревянной душевой кабине.
Они с Ли Русюэ быстро обсудили план действий. Было решено устроить засаду. Ли Русюэ спрятала китёнка в свой рюкзак, а сама укрылась в деревянной душевой кабине.
Линь Сяо провел ревизию своего арсенала. В его распоряжении были: Титановый изогнутый лук ранга S, одна обычная стрела, одна ядовитая стрела, Деревянный гарпун и верный боевой питомец Сяо Бао. Снаряжение отличное, но вот что припасено у врага — оставалось загадкой. Судя по шрамам на теле кита, у того была прочная длинная плеть.
Линь Сяо провел ревизию своего арсенала. В его распоряжении были: Титановый изогнутый лук ранга S, одна обычная стрела, одна ядовитая стрела, Деревянный гарпун и верный боевой питомец Сяо Бао. Снаряжение отличное, но вот что припасено у врага — оставалось загадкой. Судя по шрамам на теле кита, у того была прочная длинная плеть.
Линь Сяо убрал лишнее снаряжение в рюкзак, оставив в руках только Титановый изогнутый лук. На воде дистанция решает всё. Тот, у кого длиннее руки, всегда в выигрыше.
Линь Сяо убрал лишнее снаряжение в рюкзак, оставив в руках только Титановый изогнутый лук. На воде дистанция решает всё. Тот, у кого длиннее руки, всегда в выигрыше.
Минут через пятнадцать на горизонте показался силуэт. К их плоту стремительно приближалось чужое плавсредство, ведомое парой взрослых акул ранга C.
Минут через пятнадцать на горизонте показался силуэт. К их плоту стремительно приближалось чужое плавсредство, ведомое парой взрослых акул ранга C.
На плоту стояли двое. Тот, что на носу, заметил Линь Сяо и приказал сбавить ход.
На плоту стояли двое. Тот, что на носу, заметил Линь Сяо и приказал сбавить ход.
Когда расстояние сократилось до двухсот метров, Линь Сяо наконец смог разглядеть лицо предводителя. По спине пробежал ледяной холодок узнавания. Это был Чжан Чэньцзюнь — его школьный кошмар.
Когда расстояние сократилось до двухсот метров, Линь Сяо наконец смог разглядеть лицо предводителя. По спине пробежал ледяной холодок узнавания. Это был Чжан Чэньцзюнь — его школьный кошмар.
«Это он?!!!» — мысленно вскричал Линь Сяо, крепче сжимая лук.
«Это он?!!!» — мысленно вскричал Линь Сяо, крепче сжимая лук.

Комментарии

Загрузка...