(Перевод: Ориана)
(Перевод: Ориана)
Цин Чэнь стоял в коридоре.
Стоял, не произнося ни слова.
Он смотрел на знакомую, но внезапно ставшую незнакомой, дверь перед ним.
Из-за старения электропроводки в доме часто были перебои с электричеством, поэтому приходилось держать свечи под рукой, а когда вылетали пробки, отцу приходилось выходить со свечой в коридор и снова поднимать выключатель вверх.
Но больше такой сцены никогда не будет.
Цин Чэнь, казалось, моментально вспомнил все, что было в прошлом.
Затем он поднял руку и постучал в дверь своего бывшего дома.
Дверь открылась, в комнате Цин Гочжун стоял с черным лицом: «Ты сейчас должен быть в школе, зачем прибежал обратно?»
Цин Чэнь спокойно спросил: «Почему ты хочешь продать эту квартиру? Ты думал о том, где я буду жить после того, как квартира будет продана?»
Цин Гочжун поднял брови: «Это моя квартира, я могу продать ее, если захочу! Этого дома больше нет, можешь жить со своей матерью! Я не знаю, что за мерзкий тип донес на меня, и мне пришлось так долго торчать там. Вот что я тебе скажу, это из-за тебя, мальчишка, мне так не везет!»
«По решению суда я должен быть с тобой», – сказал Цин Чэнь.
«Теперь твоя мать богата, – сказал Цин Гочжун, вытягивая шею, – теперь у нее большой дом, и ты можешь жить прямо у нее».
«Где деньги, которые лежали под моей кроватью?» – спросил Цин Чэнь.
«Нет их, – сказал Цин Гочжун, – это же она дала тебе деньги, верно? Сейчас для нее несколько тысяч ничего не значат, так что иди прямо к ней и не ищи меня в будущем! Я просто не могу понять, почему ты пошел за мной, когда мы с твоей матерью развелись!»
Цин Чэнь посмотрел на него и сказал: «По крайней мере, моя мать все еще каждый месяц перечисляет алименты, а какую ответственность ты взял на себя?»
Услышав это, Цин Гочжун был недоволен: «Ты действительно думаешь, что твоя мать платит алименты из-за тебя? Она платит их ради себя!»
Цин Чэнь обомлел.
Выругавшись, Цин Гочжун сказал: «Знаешь, почему она не переводит деньги напрямую тебе? Мы договорились, что она должна ежемесячно переводить деньги на проживание мне, только на таких условия я согласился на развод. Иначе я бы постоянно устраивал ей скандалы, и этот брак никогда бы не был расторгнут!»
«Вот оно что», – вздохнул про себя Цин Чэнь.
Цин Гочжун продолжил: «Теперь, когда ее финансовое положение стало лучше, и она дала тебе несколько тысяч юаней, думаешь, она лучше меня? Я продам эту квартиру, чтобы на будущее отложить деньги на твою учебу в университете!»
Цин Гочжун продолжил: «Теперь, когда ее финансовое положение стало лучше, и она дала тебе несколько тысяч юаней, думаешь, она лучше меня? Я продам эту квартиру, чтобы на будущее отложить деньги на твою учебу в университете!»
Только Цин Чэнь знал, что эти несколько тысяч он добыл сам, а не получил от его матери Чжан Ваньфан.
Вот почему Чжан Ваньфан никогда не дарила ему никаких подарков, сверх того, что было оговорено в соглашении о разводе.
Цин Гочжун сказал, что отложит деньги на учебу в университете, но это тоже не более чем ложь.
В этом мире слова азартных игроков меньше всего заслуживают доверия.
В этот момент жизнь предстала перед Цин Чэнем с самой отвратительной стороны.
Жестокой, уродливой стороны.
Казалось, что из бездны протянулось бесчисленное количество пар темных рук, беспрестанно пытавшихся утащить мальчика вниз.
Казалось, что из бездны протянулось бесчисленное количество пар темных рук, беспрестанно пытавшихся утащить мальчика вниз.
Цин Чэнь поднял голову и пристально посмотрел прямо на Цин Гочжуна. В этот момент бесконечный внутренний конфликт внезапно разрешился.
«Продавай дом, больше мы не отец и сын, в будущем никаких отношений между нами не будет», – с этими словами Цин Чэнь повернулся и вышел в коридор.
Цзян Сюэ в соседней квартире несколько раз порывалась выбежать и гневно отчитать Цин Гочжуна, несколько раз она хотела крепко обнять Цин Чэня, но она помнила, что объяснил ей Цин Чэнь: ни в коем случае нельзя позволять Цин Гочжуну запомнить какие-либо зацепки. Когда дом будет продан, он больше сюда не придет, но если ты, тетя Цзян Сюэ, дашь ему знать, что у тебя со мной хорошие отношения, в будущем он может прийти, чтобы занять у тебя денег.
Цзян Сюэ в соседней квартире несколько раз порывалась выбежать и гневно отчитать Цин Гочжуна, несколько раз она хотела крепко обнять Цин Чэня, но она помнила, что объяснил ей Цин Чэнь: ни в коем случае нельзя позволять Цин Гочжуну запомнить какие-либо зацепки. Когда дом будет продан, он больше сюда не придет, но если ты, тетя Цзян Сюэ, дашь ему знать, что у тебя со мной хорошие отношения, в будущем он может прийти, чтобы занять у тебя денег.
Поэтому Цин Чэнь хотел разорвать все отношения, вместо того, чтобы запутывать их еще больше.
Цин Гочжун позади него не пытался удержать Цин Чэня, а сказал агенту: «Видишь, вопрос решен, быстрее звони покупателю, который готов заплатить жилищному управлению, сегодня же все оформим, пусть выплатит полную сумму!»
Цин Чэнь шел по улице Синшу и смотрел на бесконечную вереницу машин.
Мужчина, продающий печеный сладкий картофель на обочине дороги, открыл глиняную печь и щипал каждую картофелину, чтобы убедиться, что она мягкая.
Мимо него прошел мужчина средних лет, разговаривающий по телефону, он сказал, что сегодня вечером будет работать сверхурочно и не придет домой на ужин.
На автобусной остановке медленно остановился автобус No46. Водитель скучающе ждал, пока пассажиры выйдут из автобуса, а сидящие в автобусе бесцельно смотрели в окно.
Но все это не имело никакого отношения к Цин Чэню.
Он чувствовал, что весь мир наполнен незнакомым чувством отчуждения.
Телефон в его кармане завибрировал, он достал его и увидел, что это звонит Чжан Ваньфан.
Цин Чэнь ответил на звонок: «Алло?»
Чжан Ваньфан сказала: «Сяочэнь, мама на этих выходных в командировке, поэтому не сможет тебя навестить...»
Цин Чэнь повесил трубку, затем внес номера телефонов Чжан Ваньфан и Цин Гочжуна в черный список, а также занес их в черный список в WeChat, а затем вообще удалил их.
Немного погодя Цзян Сюэ догнала Цин Чэня, взяла его за руку и спросила: «Сяочэнь... ты в порядке?»
Цин Чэнь улыбнулся: «Кажется, отпустить прошлое не так уж и сложно, но мне нужно сделать еще кое-что».
...
Ближе к полуночи.
Цин Гочжун, мурлыкая песенку, шел под тусклыми уличными фонарями. Он выпил немного вина и почувствовал себя довольно хорошо.
В одной руке он держал пластиковый пакет, в котором лежали десятки тысяч юаней, которые он только что забрал, а в другую он взял свой мобильный телефон и набрал номер: «Алло, старина Чжан, где ты сегодня играешь? Не хватает людей... Слушай, что скажу, у меня есть деньги, только сегодня продал свой дом. Я вас обыграю, без штанов оставлю!»
В одной руке он держал пластиковый пакет, в котором лежали десятки тысяч юаней, которые он только что забрал, а в другую он взял свой мобильный телефон и набрал номер: «Алло, старина Чжан, где ты сегодня играешь? Не хватает людей... Слушай, что скажу, у меня есть деньги, только сегодня продал свой дом. Я вас обыграю, без штанов оставлю!»
«Ладно, ладно, я недалеко, жди меня, скоро буду...»
Цин Гочжун продолжал идти вперед.
В этот момент он словно почувствовал, что что-то не так, и резко обернулся.
Однако на дорожке позади него никого не было, только бродячие кошки шмыгали между кустами на пустынной полуночной улице.
Цин Гочжун улыбнулся, подумав, что у него паранойя.
«Наверное, я перетрухнул, пока в изоляторе сидел. Черт, узнать бы только, кто на меня донес, я ему ноги переломаю!» – сказал себе Цин Гочжун.
Сказав это, он прошел еще два квартала и вошел в дом.
Когда он вошел, Цин Чэнь вышел из тени здания.
«Алло, здравствуйте, это полиция? Хочу сообщить, что в семейном дворе Лоинь, в доме No7, на третьем этаже, в квартире 301 играют в азартные игры, сумма огромная, – сказал Цин Чэнь в свой мобильный. – Эм, да, больше трех человек, ставки превышают 50 000, достаточно, чтобы возбудить уголовное дело. Срочно приезжайте. Не волнуйтесь, они не сбегут».
Повесив трубку, Цин Чэнь тоже вошел в подъезд.
Цин Чэнь никогда бы не подумал, что он будет использовать свои высококлассные навыки в таком месте.
Цин Чэнь никогда бы не подумал, что он будет использовать свои высококлассные навыки в таком месте.
Неизвестно, каким будет выражение лица мамы Е, когда он услышит об этом.

Комментарии

Загрузка...