(Перевод: Ориана)
(Перевод: Ориана)
Цин Чэнь посмотрел на свою руку, белые механические линии обратного отсчета изменились:
Цин Чэнь посмотрел на свою руку, белые механические линии обратного отсчета изменились:
Обратный отсчет 47:55:50.
Обратный отсчет 47:55:50.
Обратный отсчет до возвращения на этот раз по-прежнему два дня, очень мало.
Обратный отсчет до возвращения на этот раз по-прежнему два дня, очень мало.
Но Цин Чэнь думал, изменится ли ограничение времени обратного отсчета? Станет ли оно в будущем больше или меньше?
Но Цин Чэнь думал, изменится ли ограничение времени обратного отсчета? Станет ли оно в будущем больше или меньше?
Знакомая тюремная камера, знакомые металлические стены, знакомые холодные доски кровати.
Знакомая тюремная камера, знакомые металлические стены, знакомые холодные доски кровати.
Цин Чэнь никогда не был так счастлив.
Цин Чэнь никогда не был так счастлив.
Он боялся, что после второго перехода окажется в другом месте. В этом случае его усилия в прошлом будут напрасными, и благосклонность, которую он в конце концов получил от Ли Шутона, также пропала бы даром.
Он боялся, что после второго перехода окажется в другом месте. В этом случае его усилия в прошлом будут напрасными, и благосклонность, которую он в конце концов получил от Ли Шутона, также пропала бы даром.
Теперь кажется, что каждое перемещение будет продолжением прошлого раза, а это значит, что заученные им ноты Канона по-прежнему полезны.
Теперь кажется, что каждое перемещение будет продолжением прошлого раза, а это значит, что заученные им ноты Канона по-прежнему полезны.
Независимо от того, кем является Ли Шутон, Хэ Сяосяо в своей стратегии утверждает, что во Внутреннем мире он очень важная фигура.
Независимо от того, кем является Ли Шутон, Хэ Сяосяо в своей стратегии утверждает, что во Внутреннем мире он очень важная фигура.
Цин Чэнь выплюнул флешку изо рта на ладонь.
Цин Чэнь выплюнул флешку изо рта на ладонь.
Если он смог принести флешку сюда, значит, пока вещи при перемещении находятся «внутри» его тела, он может пронести их сквозь стену времени.
Если он смог принести флешку сюда, значит, пока вещи при перемещении находятся «внутри» его тела, он может пронести их сквозь стену времени.
Он снова посмотрел на синяк на своей руке: точно так же, когда он переместился во Внешний мир, травма все равно осталась.
Он снова посмотрел на синяк на своей руке: точно так же, когда он переместился во Внешний мир, травма все равно осталась.
Если так взглянуть на это, то это доказывает, что тело также пересекает границу миров, ошибки нет.
Если так взглянуть на это, то это доказывает, что тело также пересекает границу миров, ошибки нет.
Опираясь на свои собственные методы, Цин Чэнь постепенно завершил свое понимание этого мира и механизма перемещений между мирами.
Опираясь на свои собственные методы, Цин Чэнь постепенно завершил свое понимание этого мира и механизма перемещений между мирами.
Время понемногу шло, и в тюрьме No 18 постепенно поднялся шум от заключенных, долбящихся в двери из сплава.
Время понемногу шло, и в тюрьме No 18 постепенно поднялся шум от заключенных, долбящихся в двери из сплава.
Неизвестно почему, но по сравнению с полным одиночества Внешним миром, Цин Чэнь даже чувствовал, что этот шум, которого он не слышал последние два дня, был немного доброжелательным.
Неизвестно почему, но по сравнению с полным одиночества Внешним миром, Цин Чэнь даже чувствовал, что этот шум, которого он не слышал последние два дня, был немного доброжелательным.
Он вернулся.
Он вернулся.
Двери из сплава открылись во время завтрака. Цин Чэнь уже не был таким осторожным, как когда он впервые появился здесь в прошлый раз. Он сразу перешагнул через порог и посмотрел вниз. Ли Шутон, Е Ван и Линь Сяосяо уже были внизу. Линь Сяосяо помахал ему рукой.
Двери из сплава открылись во время завтрака. Цин Чэнь уже не был таким осторожным, как когда он впервые появился здесь в прошлый раз. Он сразу перешагнул через порог и посмотрел вниз. Ли Шутон, Е Ван и Линь Сяосяо уже были внизу. Линь Сяосяо помахал ему рукой.
Его по-прежнему окружали завистливые взгляды заключенных.
Его по-прежнему окружали завистливые взгляды заключенных.
Цин Чэнь улыбнулся и поприветствовал заключенных. Некоторые заключенные, словно польщенные такой честью, поспешили ответить на его приветствие.
Цин Чэнь улыбнулся и поприветствовал заключенных. Некоторые заключенные, словно польщенные такой честью, поспешили ответить на его приветствие.
Неизвестно, когда этот 17-летний парень стал «большой шишкой» в этой тюрьме.
Неизвестно, когда этот 17-летний парень стал «большой шишкой» в этой тюрьме.
Однако Цин Чэнь не торопился спускаться вниз, он стоял в тени коридора на пятом этаже и молча смотрел на тюрьму.
Однако Цин Чэнь не торопился спускаться вниз, он стоял в тени коридора на пятом этаже и молча смотрел на тюрьму.
Прошлой ночью в 12 часов, после того, как всех заключенных завели в камеры, туда же конвоировали группу новичков.
Прошлой ночью в 12 часов, после того, как всех заключенных завели в камеры, туда же конвоировали группу новичков.
И в это время во Внутренний мир должна была прибыть вторая партия путешественников из Внешнего мира.
И в это время во Внутренний мир должна была прибыть вторая партия путешественников из Внешнего мира.
Теперь восемь новичков с растерянными лицами стояли в коридоре второго этажа, робко озираясь по сторонам.
Теперь восемь новичков с растерянными лицами стояли в коридоре второго этажа, робко озираясь по сторонам.
Цин Чэнь на мгновение обомлел, потому что одним из них был ученик из параллельного класса, который вчера утверждал, что был путешественником по мирам, Лю Дэчжу!
Цин Чэнь на мгновение обомлел, потому что одним из них был ученик из параллельного класса, который вчера утверждал, что был путешественником по мирам, Лю Дэчжу!
В суматохе Лу Гуаньи на шестом этаже улыбался и кричал новичкам: «Здесь новенькие! Скоро хорошенько повеселимся!»
В суматохе Лу Гуаньи на шестом этаже улыбался и кричал новичкам: «Здесь новенькие! Скоро хорошенько повеселимся!»
Раньше Цин Чэня немного раздражал Лу Гуаньи, но, вернувшись на этот раз в тюрьму No18, у него появились теплые чувства при виде этого парня.
Раньше Цин Чэня немного раздражал Лу Гуаньи, но, вернувшись на этот раз в тюрьму No18, у него появились теплые чувства при виде этого парня.
Вдруг кто-то улыбнулся новым заключенным: «Добро пожаловать в тюрьму No18!»
Вдруг кто-то улыбнулся новым заключенным: «Добро пожаловать в тюрьму No18!»
Цин Чэнь наблюдал за выражениями лиц вновь прибывших и увидел, что выражение лица Лю Дэчжу начало постепенно меняться, когда он услышал слова «тюрьма No 18».
Цин Чэнь наблюдал за выражениями лиц вновь прибывших и увидел, что выражение лица Лю Дэчжу начало постепенно меняться, когда он услышал слова «тюрьма No 18».
В изначально испуганном выражении лица мгновенно появился намек на радость.
В изначально испуганном выражении лица мгновенно появился намек на радость.
Похоже, что термин «тюрьма No 18» чрезвычайно особенный.
Похоже, что термин «тюрьма No 18» чрезвычайно особенный.
Однако Лю Дэчжу не действовал опрометчиво. Молча подражая другим заключенным, он встал в спускающуюся вниз очередь за едой. По дороге он шепнул заключенному впереди него: «Извините, кто из них Ли Шутон?»
Однако Лю Дэчжу не действовал опрометчиво. Молча подражая другим заключенным, он встал в спускающуюся вниз очередь за едой. По дороге он шепнул заключенному впереди него: «Извините, кто из них Ли Шутон?»
Услышав это, заключенные рядом с ним на мгновение остолбенели, все немного засомневались: у этого парня здесь есть какие-то связи?
Услышав это, заключенные рядом с ним на мгновение остолбенели, все немного засомневались: у этого парня здесь есть какие-то связи?
Заключенный немного подумал и показал на него: «Вон, тот, что внизу».
Заключенный немного подумал и показал на него: «Вон, тот, что внизу».
Лю Дэчжу посмотрел вниз с верхнего этажа и был впечатлен уникальностью Ли Шутона. Он подумал про себя, что Хэ Сяосяо действительно не лгал, темперамент этого мужчины с первого взгляда выдает в нем большого босса!
Лю Дэчжу посмотрел вниз с верхнего этажа и был впечатлен уникальностью Ли Шутона. Он подумал про себя, что Хэ Сяосяо действительно не лгал, темперамент этого мужчины с первого взгляда выдает в нем большого босса!
Получив свою еду, он заметил, что другие заключенные потихоньку окружают его, улыбаясь так, словно замышляют что-то недоброе.
Получив свою еду, он заметил, что другие заключенные потихоньку окружают его, улыбаясь так, словно замышляют что-то недоброе.
Лю Дэчжу мысленно закричал, что это нехорошо, взял поднос и решительно направился к Ли Шутону.
Лю Дэчжу мысленно закричал, что это нехорошо, взял поднос и решительно направился к Ли Шутону.
Но прежде чем он приблизился, Линь Сяосяо преградил ему путь.
Но прежде чем он приблизился, Линь Сяосяо преградил ему путь.
Линь Сяосяо встал перед ним и с улыбкой сказал: «В последнее время происходит что-то странное. Почему новички осмеливаются идти прямо к нашему боссу?»
Линь Сяосяо встал перед ним и с улыбкой сказал: «В последнее время происходит что-то странное. Почему новички осмеливаются идти прямо к нашему боссу?»
Лю Дэчжу обернулся и взглянул на заключенных, которые хотели его поймать, затем понизил голос и загадочно сказал Линь Сяосяо: «Я свой, я пришел получить задание».
Лю Дэчжу обернулся и взглянул на заключенных, которые хотели его поймать, затем понизил голос и загадочно сказал Линь Сяосяо: «Я свой, я пришел получить задание».
Линь Сяосяо: «???»
Линь Сяосяо: «???»
Что за хрень? Линь Сяосяо был совершенно сбит с толку словами Лю Дэчжу!
Что за хрень? Линь Сяосяо был совершенно сбит с толку словами Лю Дэчжу!
Какое еще задание? Он никогда не видел этого человека в организации! И почему, черт возьми, это выглядит, как какие-то шпионские игры?
Какое еще задание? Он никогда не видел этого человека в организации! И почему, черт возьми, это выглядит, как какие-то шпионские игры?
Видя, что Линь Сяосяо молчит, Лю Дэчжу немного занервничал: «Я и правда пришел получить задание. Задание на продвижение!»
Видя, что Линь Сяосяо молчит, Лю Дэчжу немного занервничал: «Я и правда пришел получить задание. Задание на продвижение!»
«Проваливай! – нетерпеливо сказал Линь Сяосяо, затем помахал заключенному рядом с ним и сказал. – Что застыл, оттащи его от меня!»
«Проваливай! – нетерпеливо сказал Линь Сяосяо, затем помахал заключенному рядом с ним и сказал. – Что застыл, оттащи его от меня!»
Теперь Лю Дэчжу встревожился по-настоящему. Он крикнул Ли Шутону: «Ли Шутон, я здесь, чтобы получить задание на продвижение!»
Теперь Лю Дэчжу встревожился по-настоящему. Он крикнул Ли Шутону: «Ли Шутон, я здесь, чтобы получить задание на продвижение!»
В одно мгновение вся тюрьма No 18 погрузилась в тишину.
В одно мгновение вся тюрьма No 18 погрузилась в тишину.
Как будто кто-то вдруг нажал кнопку отключения звука в тюрьме No18. Заключенные замерли на месте и растерянно переглядывались.
Как будто кто-то вдруг нажал кнопку отключения звука в тюрьме No18. Заключенные замерли на месте и растерянно переглядывались.
Они не знали, что происходит, но чувствовали, что что-то странное!
Они не знали, что происходит, но чувствовали, что что-то странное!
В это время Ли Шутон по-прежнему смотрел на эндшпиль перед собой, не поднимая головы.
В это время Ли Шутон по-прежнему смотрел на эндшпиль перед собой, не поднимая головы.
Линь Сяосяо прищурился и сказал: «Опять какой-то чудак?»
Линь Сяосяо прищурился и сказал: «Опять какой-то чудак?»
Честно говоря, Лю Дэчжу сам не знал, что пошло не так.
Честно говоря, Лю Дэчжу сам не знал, что пошло не так.
В стратегии Хэ Сяосяо всего три пути развития, первые два расплывчаты, и только путь в тюрьме No 18 кажется наиболее осуществимым.
В стратегии Хэ Сяосяо всего три пути развития, первые два расплывчаты, и только путь в тюрьме No 18 кажется наиболее осуществимым.
Теперь он попал прямиком в тюрьму No 18, разве это не начало легендарного пути Избранного?
Теперь он попал прямиком в тюрьму No 18, разве это не начало легендарного пути Избранного?
Только... это место не кажется подходящим для задачи на продвижение, неужели он где-то ошибся?!
Только... это место не кажется подходящим для задачи на продвижение, неужели он где-то ошибся?!
У Лю Дэчжу больше не было возможности думать об этом. Заключенный рядом с ним, по сигналу Линь Сяосяо, силой попытался затащить его в камеру, чтобы преподать ему урок.
У Лю Дэчжу больше не было возможности думать об этом. Заключенный рядом с ним, по сигналу Линь Сяосяо, силой попытался затащить его в камеру, чтобы преподать ему урок.
Внезапно Лю Дэчжу увидел просвет и выбрался из толпы. Он подбежал к воротам из сплава рядом с открытой площадкой и бешено заколотил: «Выпустите меня! Они хотят замучить меня, выпустите меня!»
Внезапно Лю Дэчжу увидел просвет и выбрался из толпы. Он подбежал к воротам из сплава рядом с открытой площадкой и бешено заколотил: «Выпустите меня! Они хотят замучить меня, выпустите меня!»
В это время дрон под потолком полетел вниз, девять механических тюремных охранников внизу тоже последовали за ним.
В это время дрон под потолком полетел вниз, девять механических тюремных охранников внизу тоже последовали за ним.
Цин Чэнь молча смотрел на Лю Дэчжу, задаваясь вопросом, не сошел ли этот парень с ума?
Цин Чэнь молча смотрел на Лю Дэчжу, задаваясь вопросом, не сошел ли этот парень с ума?
Он только что попал в новый мир, разве не следует сначала понаблюдать за ситуацией?
Он только что попал в новый мир, разве не следует сначала понаблюдать за ситуацией?

Комментарии

Загрузка...