Академия Дуэлей, лавка.
Услышав, что в лавку завезли новую партию карт, сюда сбежалось множество студентов, запрудив и без того не самое тесное помещение так, что яблоку негде было упасть.
Тома Камидзё и остальные, кто как раз сражался на дуэльной арене, услышав о новых картах, тоже прибежали сюда. Карты в этом мире были воплощением законов, и клиенты Центральной Башни могли постигать заключённую в них силу через сами дуэли. Удастся купить хотя бы одну-две редкие карты — считай, сорвал куш.
— Только что была просто потрясающая дуэля! — весело переговаривались Дзюдай и остальные, шагая по дороге к лавке.
— Но почему в самом конце, во время решающего удара, ты использовал Лук Падающей Звезды для прямой атаки? У Микото на поле была всего одна Пикачу, проще ведь было ударить напрямую? — с любопытством спросил Дзюдай.
— Конечно же, потому что Пикачу такая милая, — с улыбкой ответил Тома Камидзё и покосился на парившую в воздухе неподалёку Пикачу.
— Пика-чу! — заметив взгляд Томы, та радостно откликнулась. Из-за воздействия странных законов этого мира она превратилась в нечто вроде дуэльного духа, которого обычные люди вообще не видели, так что она могла свободно появляться где угодно рядом со всеми.
— Видишь? Разве у тебя поднимется рука бить такую милоту? — сказал Тома Камидзё. К тому же, вздумай он ударить Пикачу, что делать, если Микото Мисака решит призвать молнию и испепелить его?
— Вот оно как, — Дзюдай перевёл взгляд на с умильным видом хлопавшую глазами Пикачу и усмехнулся.
— Хоть я и могу это понять, но на моём месте всё равно наверняка ударил бы напрямую, — заливисто рассмеялся Дзюдай.
Пока они беседовали, троица добралась до входа в лавку, однако сплошная чёрная стена из голов преграждала им любой путь внутрь.
— Сколько же народу! — воскликнул Дзюдай.
— И правда, похоже, мы пришли чуточку поздно, — с досадой произнёс Йохан.
Спустя полчаса толпа у входа рассеялась — новые карты в лавке были полностью раскуплены. Из-за того, что они опоздали, никаких новых наборов им не досталось.
— Ладно, пойдём назад, — Дзюдай слегка огорчился, оставшись без заветных бустеров.
— Угу, — кивнули остальные двое.
— Пошли, — Дзюдай уже собрался сделать шаг, как вдруг заметил, что кто-то на него смотрит.
Любопытно повернув голову, он увидел маленького златокудрого мальчика с голубыми глазами.
Заметив, что Дзюдай обратил на него внимание, малыш улыбнулся и тут же быстро скрылся в толпе.
— Это ещё кто? — озадаченно произнёс Дзюдай. Разве в их академии водятся такие малыши?
— Понятия не имею, — покачал головой Йохан, добавляя, что раньше этого мальчика он никогда не видел.
— Это Купидон, — нахмурившись, произнёс Тома Камидзё. В Академии Дуэлей ошивалось немало клиентов Центральной Башни, и Купидон был одним из них.
— Купидон? Какое забавное имя, если мне не изменяет память, так звали бога любви из римской мифологии, — протянул Йохан.
— Он и есть тот самый бог любви, — понизив голос, ответил Тома Камидзё.
— Ого! — Дзюдай и Йохан в один голос широко раскрыли глаза.
В этой академии хватало странных вещей, и среди студентов это уже давно не было секретом. Вот только из-за влияния какой-то неведомой силы никто не выносил происходящее здесь наружу. И всё же появление настоящего божества заставило их знатно изумиться.
— Камидзё, ты что-то знаешь об этом? Расскажи подробнее! — воодушевленно попросил Дзюдай.
Он вовсе не сомневался, что Тома шутит или обманывает его. В конце концов, Тома и сам был одной из тех странных загадок академии — таинственным студентом с неизвестным прошлым, который к тому же то и дело куда-то бесследно пропадал.
— Я и сам толком ничего не знаю, но в общем и целом вам лучше держаться от Купидона подальше, — нахмурившись, предупредил Тома.
Этот Купидон пользовался в Центральной Башне довольно дурной славой: будучи богом любви, он безумно любил сводить парочки и помогать влюблённым соединить свои сердца. Если бы он просто сводил людей, ещё куда ни шло — это можно было бы назвать добрым делом. Но беда заключалась в том, что Купидон был божеством концепции, и у него, как у рождённого из самой идеи любви, имелась одна препротивная особенность. Заключалась она в том, что он никогда по-настоящему не повзрослеет до тех пор, пока сам не познает любовь.
Из-за этой идиотской особенности, несмотря на то, что Купидону шёл уже бог весть какой год, внешне и ментально он навечно застрял в образе ребёнка. А вечно ребячливый Купидон сводил самые невообразимые пары, от которых нормальным людям становилось не по себе. Истории вроде Легенды о Белой Змее или Истории о китайской призрачной девушке ещё можно было стерпеть, но вот всякие там немецкие ортопеды и горбатые горы вызывали лишь желание развидеть это зрелище.
Короче говоря, из-за этих чудаковатых парочек Купидон приобрёл в Центральной Башне сомнительную известность, и все, у кого не было пары, старались обходить его десятой дорогой, так что Тома кое-что о нём запомнил.
С какого перепугу он пялился на Дзюдая? Неужели надумал затащить Дзюдая и Йохана в ряды любителей однополой любви? Припомнив ходившие по Центральной Башне слухи о Купидоне, Тома Камидзё даже вздрогнул.
— В общем, вам обоим лучше держаться от него подальше, — ещё раз предостерёг Тома Дзюдая и Йохана. С таким чокнутым божеством лучше не связываться — в один прекрасный момент можно обнаружить, что твоя сексуальная ориентация дала крутой крен.
— Понятно, — Дзюдай и Йохан синхронно кивнули, хоть до конца всего и не поняли, но были уверены, что Тома плохого не посоветует.
Тем временем.
Покинув лавку, Купидон направился в заброшенный научно-исследовательский комплекс на задворках Академии Дуэлей.
— Юбель, я тут заглянул ненадолго... Твой возлюбленный просто великолепен, — обратился Купидон к огромной колбе с питательным раствором, внутри которой плавал плотно закрытый глаз.
Услышав слова Купидона, глаз в колбе внезапно распахнулся, источая пронзительный, душу забирающий свет.
— Дзюдай, разумеется, превосходен во всём.
— Ну как ты себя чувствуешь? Сможешь скоро вернуть свой истинный облик? — поинтересовался Купидон. Юбель была дуэльным духом, с которым он столкнулся совершенно случайно. Юбель приходилась возлюбленной Дзюдая в прошлой жизни, но в нынешней они по ряду причин оказались разлучены. Купидон отчетливо почувствовал исходившую от Юбель глубокую и искреннюю любовь, а потому решил ей помочь.
— Судя по нынешнему положению дел, на полное восстановление у меня уйдет ещё около трёх месяцев, — ответила Юбель.
— Вот как, медленновато, — пробормотал Купидон. Изначально Юбель собиралась быстро восстановить силы, поглощая излучаемую студентами во время дуэлей энергию, однако это могло помешать тренировкам обитателей Центральной Башни, поэтому Купидон пресёк эту затею.

Комментарии

Загрузка...