***
— Эх, надо же было отбить. Вопросов осталось полно.
К сожалению, безымянный мастер не получил проходной балл Хэбэйского клана Пэн. Я подхватил обмякшее тело и бросил рядом с горящим деревом.
Кремировали возле могилы главы Белого Лотоса — наверняка попадёт в хорошее место.
Какой религии он придерживался при жизни, я уточнить не успел. Но если верить учению Белого Лотоса, Нерождённая Матерь спасёт аж девять миллиардов шестьсот миллионов человек.
Размах совсем не тот, что у западной ереси с лимитом в сто сорок четыре тысячи мест в раю. До какого-нибудь 2077 года билеты на заселение в Родной край Истинной Пустоты точно не закончатся.
— Молодой господин, рука у вас тяжёлая.
— М-м. Ты его друг?
Схватки мастеров ступени высшего мастерства обычно не длятся долго. После того как человек осваивает силу канги, его ощущение времени меняется слишком сильно.
Удары тех, кто ещё не раскрыл средний даньтянь, обычно меряют дыханием. Они вынуждены собирать силу целым вдохом, чтобы провести один приём.
Половину такого времени называют пун — «доля». Ещё быстрее действуют мастера быстрых мечей, и их скорость называют мо — «волосок».
Но после раскрытия среднего даньтяня начинается совсем другая шкала.
Если предел обычной скорости нервного импульса — это мо, то сила канги, проходящая через средний даньтянь, активирует точки, сосуды и нервы и позволяет человеческому телу шагнуть дальше.
А поскольку воины цзянху любят придумывать отдельное название буквально для всего, дальше идут холь, ми, сом и прочие степени ничтожной малости.
Но важно не это.
Обмен приёмами между мастерами ступени высшего мастерства происходит на чудовищной скорости, поэтому смертельная схватка между ними зачастую заканчивается быстрее, чем драка слабаков.
Иными словами, на отправку того парня в Родной край Истинной Пустоты ушло совсем немного времени.
А если за этот срок из леса успел выскочить ещё один незнакомец...
«Сколько здесь вообще народу?»
Если плотность населения — половина деревья, половина люди, тогда понятно.
Формация вокруг гробницы Хань Линьэра охватывала довольно большую котловину на Цзиньдане. Даже если заметить пожар сразу, добраться сюда настолько быстро было непросто.
— Взгляд у вас недобрый. Так учит ваша школа?
— Вы только что так буднично оскорбили мою школу?
С чего вдруг нападать на родителей при первой встрече?
— Не поймите неправильно. О Пэн я хотя бы издали слышал. Не знаю, почему вы здесь, но раз у вас жетон главы Наньгун... значит, происходит что-то очень странное.
Мужчина покосился на обезглавленный труп в крови, потом на горящие деревья и спросил:
— Объединимся?
— Зачем мне это?
— Потому что вы здесь не один.
— А вам что нужно?
— Выйти живым.
Он кивнул на огонь.
— Благодаря вам времени стало мало у всех. Большинство сюда полезло из-за гробницы Светлого Владыки, но есть и те, кто пришёл не ради наследия, а потом просто застрял в формации. Сгореть заживо в лесу, из которого невозможно выйти, было бы весьма обидно.
— Вы не охотились за наследием, но всё равно пробрались через надзор Маошаня в этот глухой лес?
— Ха-ха. Если кто-то очень хотел, чтобы ты оказался в глухом лесу, почему бы не воспользоваться приглашением?
Я перевёл взгляд на его руку.
Мужчина держал меч с несколькими зазубринами на лезвии.
Заметив мой взгляд, он пожал плечами.
— Как видите, молодой господин, неважно, охотитесь вы за наследием Хань Линьэра или вошли сюда по другой причине. Пока мы не разберём формацию, нет смысла зря направлять оружие друг на друга.
— Пэн Хёнхви.
— Чан Ильён из торгового дома Чан. Я из Сучжоу.
Он убрал меч в ножны. Я тоже медленно опустил саблю и расслабился.
Мы пошли вглубь леса, уходя от разрастающегося огня.
— Так зачем вы его подожгли?
— Мне нужно было кого-нибудь поймать и расспросить, а территория слишком большая. Заодно если пожар разрушит одну из опор формации, появится шанс выбраться.
— Смело. Если формация не распадётся и выхода так и не найдёшь, могила у тебя появится рядом с Хань Линьэром.
— Если цель только выбраться, пожар всё равно выгоднее. По крайней мере мой друг, который тоже застрял внутри, заметит меня.
— Друг? Здесь ещё кто-то есть?
— Он хорошо разбирается в формациях. Не совсем бездарь, так что, вероятно, успел что-то понять.
— Вот это отличная новость!
Чан Ильён искренне рассмеялся.
— Я почти три дня ничего не ел. Если выберусь отсюда живым, обязательно приглашу тебя и твоего друга к нам и накрою такой стол, что запомните надолго.
— Вы сказали, что из торгового дома. Знаете, что сейчас происходит среди торговых домов Цзяннани?
— Те семьи, где старшие могут привести с собой гостей, отправили сюда по мастеру. Самые жадные послали родичей и своих бойцов. Но большинство пока смотрит со стороны. Хороший торговец не лезет первым.
Мы какое-то время шли молча. Несколько раз я чувствовал чужое присутствие, но никто почти не приближался.
Понятно почему.
В этот лес могли попасть лишь мастера ступени высшего мастерства либо колдуны сравнимого уровня — те, кто сумел пробиться через сложные формации Маошаня.
Показывать себя опасно: не знаешь, насколько силён тот, кто прячется за деревьями. Разумнее сидеть тихо, ждать, пока остальные перебьют друг друга, или добивать того, кто первым покажет слабость.
Миниатюрная копия цзянху.
Когда на кону жизнь, люди ведут себя довольно одинаково.
— Так что происходит снаружи?
— Примерно то же самое.
— Значит, Наньгун использовали тебя как расходный материал.
В каком-то смысле Чан Ильён был прав.
Наньгун поручили это дело мне в том числе потому, что при провале всё можно свалить на Хэбэйский клан Пэн. Мы всё-таки Союз Нечестивцев.
Наверняка им не хотелось посылать ценного мастера ступени высшего мастерства туда, где его может случайно зарезать кто-нибудь из обезумевших членов Союза Белого Леса. И о противостоянии с Чжугэ тоже приходилось думать.
«Правда, тогда непонятно, зачем ко мне приставили самого наследника главы».
Наньгун Чонха всё-таки шёл со мной и явно должен был помогать. Так что назвать меня чистым одноразовым расходником тоже нельзя.
Если бы меня считали обычным наёмником, которого не жалко потерять, вряд ли рядом поставили бы наследника главы рода.
Но Чан Ильёну я этого объяснять не стал.
Мы знакомы совсем недавно. Для подробного разбора отношений между Наньгун и Пэн раппорта пока маловато.
Я просто кивнул и продолжил идти.
***
— Чаю хочу... Хотя можно вина. Да хоть воды...
— Если перестанете говорить, пить захочется меньше.
— Ты сам запретил мне пить эту воду!
— Возле могил стараются не прокладывать водяные жилы. Если в усыпальнице, построенной человеком, знающим фэншуй, есть ручей, к нему лучше относиться подозрительно.
— Старшая сестра говорила, что если прокипятить, почти всё становится безопасным.
— Ночью разводить огонь нельзя. И кипячение спасает не от всего.
Чжугэ Ён посмотрел на ворчащую Кан Ёхи и вздохнул.
Глава нанкинского отделения Хаомэнь. Четвёртая ученица главы Хаомэнь. По старшинству она стояла довольно высоко, но вела себя до смешного несерьёзно.
— Вы понимаете, что нам нужно сидеть тихо?
— Лес же поджёг твой друг. Почему не соединиться с ним?
— Нельзя бросать это место.
Они оставались в гробнице Хань Линьэра.
Последние талисманы Чжугэ Ён сжёг, чтобы скрыть её своей формацией. Надолго этого не хватит, но пока маскировка держалась.
Он прищурился, читая рельеф местности.
К счастью, противник ещё не двинулся, однако...
«Даос Маошаня».
Следы левых искусств Маошаня были слишком явными. По лесу бродил колдун как минимум уровня старейшины и методично убивал всех, кого находил.
Чего он хочет, неизвестно, но предположить можно.
Наверняка исполняет волю отца.
Гробница Светлого Владыки найдена. Все, кто туда вошёл, погибли. Внутренние руины уже разграблены.
Если такая история разлетится по Цзяннани, хаос не утихнет очень долго.
К этому добавятся счёты за гибель известных мастеров Союза Белого Леса, а исчезнувшее наследие станет семенем новых конфликтов.
«Судя по скорости распространения слуха, отец наверняка договорился с местным Союзом Нищих».
Ловушка подготовлена тщательно.
Не меньше десяти лет работы.
Если события и дальше пойдут по отцовскому сценарию, Цзяннань в конце концов окажется в руках рода Чжугэ.
Глава Чжугэ укажет пальцем на кого-нибудь.
Нищие Цзяннани раздуют слух, будто именно этот человек украл наследие Хань Линьэра.
Из-за жадности и старых обид снова польётся кровь, а наследие, в существовании которого никто даже не уверен, опять исчезнет.
Трёх таких циклов хватит.
Если бы этим занимался сам Чжугэ Ён, он сумел бы подчинить Цзяннань всего тремя волнами слухов.
А отец, способный управлять даже общественным мнением всего Союза Боевых Искусств... что сможет сделать он?
Но зачем?
Первый род Поднебесной?
Вечная главная линия?
Разве это и правда имеет смысл?
Род Чжугэ — не просто семья умных людей. Его суть не в том, что его члены хитры, хорошо строят заговоры и любят тёмные схемы.
Они всегда должны были следовать долгу и верности.
Жизнь У-хоу Чжугэ — вот мерило рода.
Именно за это их уважали и поэтому имя семьи пережило века. Не потому, что они готовы были жить любой ценой.
И всё это отец...
— Вот ты где прятался.
— ?!
Чжугэ Ён резко вскочил.
Голос раздался откуда-то из ночной темноты.
— Лежишь тихо, как крыса. Неудивительно, что я не заметил. И правда — темнее всего под светильником. Как вы вообще нашли это место?
К ним медленно шёл даос в длинном одеянии Маошаня.
Причина, по которой Чжугэ Ён и Кан Ёхи всё это время старались не издать ни звука.
Человек, обходивший формацию и одного за другим убивавший всех, кто сюда забрался.
— Ради имени Владыки Веера я тебя не убью. А вот глава отделения Хаомэнь... Тебе, девка, такого обещать не могу. В последнее время ты стала очень, очень раздражать.
— А убить-то сможешь?
— Ты смеешь говорить со мной таким тоном?
До этого Кан Ёхи сжималась за спиной Чжугэ Ёна, а теперь её глаза вдруг стали острыми. Она шагнула вперёд и закрыла его собой.
Чжугэ Ён даже растрогался.
Всего несколько дней вместе в ловушке — и такая самоотверженная верность?..
И тут услышал её шёпот:
— Сколько сможешь потянуть время?
— Если нападём вдвоём... Нет. Честно — победить не получится. Я уже израсходовал почти все инструменты.
— Мне не победа нужна.
— Пол кэ.
— Ты уверен, что пожар устроил твой друг?
— Процентов девяносто.
К тому моменту Чжугэ Ён уже почти не сомневался.
Подумайте сами.
Человек застрял в формации, из которой нельзя выйти, и первым делом поджигает весь лес. Кто, кроме того идиота, на такое способен?
Если таких психов в цзянху двое, будущее мира боевых искусств уже безнадёжно.
К тому же именно он позвал Чжугэ Ёна в Цзяннань. Пэн Хёнхви не тот человек, который услышит о таком и пройдёт мимо.
И дело даже не в любопытстве.
Их мышление в чём-то было похоже.
Когда дело касалось стратегии, Пэн Хёнхви не гонялся за идеальным результатом.
Чжугэ Ён поступал так из холодного расчёта: в большой игре не нужно стремиться к абсолютной победе, достаточно разрушить цель противника и оказаться на один ход впереди.
А Пэн Хёнхви...
У него просто характер мерзкий.
Он не переносит, когда у врага что-то получается.
Поэтому, как только понял, что всё это план главы Чжугэ, Пэн Хёнхви вполне мог войти в лес и первым делом поджечь его.
Кан Ёхи медленно кивнула, услышав объяснение, и твёрдо посмотрела на даоса.
— Ещё время дать?
Даос холодно усмехнулся и поднял руку. В сухой, как старая ветка, ладони лежали талисманы.
Чжугэ Ён быстро сказал:
— Я приму первый удар. Старшая Кан, зайдите сзади и...
Он шагнул вперёд.
И только тогда понял, что рядом уже никого нет.
— М-м?..
— Что?..
Далеко между деревьями мелькала фигура, несущаяся прочь на удивительно искусной технике лёгкости.
А затем по лесу прокатился всё более далёкий крик:
— Спину оставляю тебе, младшеньки-и-ий!
Чжугэ Ён долго смотрел ей вслед.
Хрясь.
Веер в его руке переломился.
— Сразу видно ученицу главы Хаомэнь... мать твою!
***
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Невеста оказалась дочерью Небесного Демона — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.