— Ты японка? — Ван Хэн не стал отвечать на вопрос У Нань, а вместо этого задал свой встречный.
У Нань на мгновение запнулась:
— Нет, но я...
— Если ты не японка, значит, ты переводчица-коллаборационистка? Эр-гоу-цзы? Ханьцзянь? — Ван Хэн выдал серию хлестких определений. Хорошенькое дело: мир только-только погрузился в хаос, а прихвостни уже тут как тут. Спутники Ван Хэна смотрели на У Нань с нескрываемым отвращением — эта ненависть была прописана в крови большинства жителей страны Цзючжоу.
[Проклятая предательница! Хэн-гэ, прикончи эту бабу немедленно!]
[Эта девица явно не из порядочных.]
[А я еще, дурак, хотел ставить на то, что Хэн-гэ её заберет. Тьфу!]
[Ха-ха! Как и ожидалось, в любом мире люди из Цзючжоу остаются такими же трусами. (Япония)]
[Пошел ты к черту!]
[Радуйтесь, пока можете. Скоро наш участник Ямамото-кун убьет вашего Ван Хэна, и вы замолчите. (Япония)]
[Ага, разбежался. Ты думаешь, растения Хэн-гэ — это декорация? Да ваш самурай даже против его помощника не выстоит!]
У Нань густо покраснела, услышав столь прямые оскорбления. Ямамото Сандзюрокку заметил её состояние и вполголоса спросил:
— Госпожа Тоай, что случилось? Что они сказали?
— Господин Ямамото, они назвали вас собакой и оскорбили меня. Эти люди, как и те студенты, питают дикую ненависть к культуре вашей страны, — прошептала У Нань ему на ухо, искажая смысл.
Ямамото Сандзюрокку лишь покачал головой. "Эти люди всегда ведут себя одинаково. Они не склонят головы, пока не увидят абсолютного превосходства в силе".
Ямамото медленно вытянул катану из ножен, перехватил её обеими руками и выставил перед собой. Острие меча смотрело вверх.
— Что ж, госпожа Тоай, передайте им: либо они покорятся мне, либо умрут. Цена поражения — смерть.
В глазах Ямамото эти незнакомцы представляли определенную угрозу. По крайней мере, они выглядели серьезнее тех студентов, особенно тот мужчина с прямым мечом Тан-дао. Что касается остальных троих с лопатами, то, за исключением их странного и на вид острого инструмента, они не стоили даже мимолетного взгляда японца.
Увидев, что Ямамото обнажил оружие, Ван Хэн нахмурился и сделал шаг назад, уже готовясь развернуть «Дом» и призвать армию. Однако, заметив движение Тан Луна, он повременил.
Тан Лун, как истинный мастер клинка, не мог остаться в стороне. Его рука уже легла на рукоять меча, готовая в любую секунду встретить врага. Он не понимал, что там лопочет этот коротышка, но по его наглому виду было ясно — ничего хорошего.
— Господин Ямамото сказал: либо вы сдаетесь, либо сражаетесь с ним. Но если вы проиграете — вы умрете! — выкрикнула У Нань.
Ван Хэн почувствовал, как внутри закипает ярость. "Этот островитянин совсем страх потерял? Это земля Цзючжоу!" Лица Тан Луна и близнецов Ян тоже потемнели.
— Цзюнь-гэ, эти люди — наши соотечественники. Давай встанем рядом с ними, вместе мы разделаемся с этим гадом, — прошептал Ли Фэн, обращаясь к Се Цзюню. Было очевидно, что Ямамото намерен уничтожить всех присутствующих.
— Согласен, — Се Цзюнь кивнул.
Четверо студентов переглянулись и начали спускаться по лестнице. Ямамото Сандзюрокку стоял на краю площадки перед входом в общежитие, У Нань и Жэнь Юн замерли по бокам от него. Студенты обошли их стороной и направились к Ван Хэну. Чтобы избежать недоразумений, Ли Фэн на ходу крикнул:
— Брат, мы студенты этого университета! Мы на вашей стороне, поможем разобраться с этим типом!
Ямамото, конечно, заметил маневр студентов, но мешать не стал. В нем жила абсолютная уверенность в себе — плод его класса «Самурай» и многолетнего опыта в дзюдо.
Ван Хэн оглядел троих парней и девушку, выбежавших из здания. Сначала он подумал, что это очередные прихвостни, но быстро понял — это просто загнанные в угол студенты. Он приветственно кивнул им, и группа Се Цзюня встала в общий строй.
— Брат, будь осторожен. Этот японец — настоящий дьявол с мечом, — предупредил Се Цзюнь.
— Благодарю за предупреждение, — ответил Ван Хэн. Затем он повернулся к У Нань: — Скажи своему коротышке: пусть выбирает способ. Как он хочет — один на один или толпа на толпу?
"Толпа на толпу" в понимании Ван Хэна означала: один Ямамото против Ван Хэна, Тан Луна, близнецов Ян, сорока зомби с конусами и тридцати пяти Горохострелов.
— Господин Ямамото, они принимают вызов и спрашивают, как вы желаете драться, — вполголоса передала У Нань.
— Йоси, — Ямамото кивнул. Он указал кончиком катаны на пустую площадку перед общежитием. — Пусть эта земля станет нашим рингом. Выходите все вместе!
Он взмахнул рукой и неспешно вышел на середину площадки.
— Господин Ямамото сказал: нападайте все сразу! — перевела У Нань и тут же поспешно отступила в безопасное место. Жэнь Юн, увидев это, последовал её примеру.
Ван Хэн даже опешил на секунду. Такое странное требование он слышал впервые. "Хочет выйти один против всех нас? Ну и наглец... смелый парень, ничего не скажешь".
Ван Хэн уже собирался развернуть «Дом», чтобы удовлетворить это безумное желание. Он не был из тех «благородных» героев, что сражаются честно — если можно задавить числом, зачем подставляться под удар?
— Капитан, подождите, — внезапно прервал его Тан Лун. — Для этого типа не нужно столько сил. Позвольте мне выйти против него.
Оба были мастерами меча, и на фоне национальной неприязни Тан Лун жаждал лично поквитаться с этим наглецом. Ван Хэн, видя решимость в его глазах, не стал спорить.
— Ладно, иди. Но будь предельно осторожен.
Тан Лун коротко кивнул:
— Не волнуйтесь, капитан. В искусстве меча мы, люди Цзючжоу — предки этих островитян.
— Вперед.
Все отступили на несколько шагов, освобождая место для поединка. Тан Лун вышел вперед и встал напротив Ямамото. Несмотря на внешнее пренебрежение к противнику, мечник не расслаблялся — он чувствовал исходящую от коротышки ауру опасности.
Ямамото тоже прищурился. В бою мастеров лишние слова не нужны.
Тан Лун резким движением выхватил Хэн-дао из ножен. Он слегка расставил ноги, выставив правую вперед, и замер, держа меч одной рукой и изучая врага. Ямамото перехватил катану двумя руками в стойке Сэйган, направив острие по диагонали вверх.
Разделенные тремя метрами, они искали брешь в обороне друг друга. Ямамото начал медленно смещаться, выискивая слабое место. Хоть он и не был потомственным мечником, полученный класс Самурая наделил его массой инстинктов и знаний о клинке. Ямамото чувствовал, что с каждым уровнем его понимание меча становится всё глубже. В сочетании с системными навыками и личной силой он планировал стать непобедимым в этом мире.
Но сначала нужно было убрать этого человека с прямым мечом.
Тан Лун двигался зеркально, внимательно следя за бедрами и стопами противника. Он занимался мечом более двадцати лет и на данном этапе понимал суть клинка гораздо лучше, чем Ямамото второго уровня. Любой мастер знает: когда наносишь удар, дыхание опускается вниз, грудь раскрывается, спина напрягается, а импульс идет от поясницы. Меч следует за телом, а взгляд — за острием.
Тан Лун заметил, что взгляд Ямамото сосредоточен не на тех точках, откуда рождается движение. Это был знак: мастерство японца уступает его собственному. Мечник тут же решил подловить врага, намеренно имитируя ошибку — его нога слегка запнулась, словно он потерял равновесие на ровном месте.
Ямамото решил, что это его шанс. Он мгновенно рванул вперед, преодолевая разделявшее их расстояние в два резких выпада. Оказавшись в радиусе поражения, он обрушил на Тан Луна мощный диагональный удар сверху вниз.
Однако Тан Лун уже восстановил стойку. Смена ведущей ноги, короткий шаг назад — и лезвие катаны со свистом прорезало воздух в миллиметре от его груди. В ту же секунду Тан Лун, держа меч одной рукой, нанес резкий восходящий удар, одновременно уводя корпус влево. Если бы этот удар достиг цели, Ямамото остался бы с распоротым животом и разрубленной грудиной, мгновенно потеряв способность сражаться.
Но реакция японца не подвела. Резким движением корпуса он уклонился, уводя верхнюю часть тела в сторону, и перевел свой меч в блок, встречая лезвие Тан Луна.
Клинки столкнулись со снопом искр. Ямамото держал меч двумя руками, к тому же он вложил все свои очки характеристик в силу, которая теперь достигала внушительных 23 единиц. Тан Лун почувствовал, как от мощного столкновения заныла «пасть тигра».
— "Ну и силища у этого коротышки", — подумал он.
Отразив выпад, Ямамото мгновенно сменил траекторию, переводя вертикальный замах в горизонтальный рубящий удар слева. Но Тан Лун был слишком опытным бойцом. Используя силу отдачи от столкновения, он отпрыгнул назад, пропуская лезвие мимо.
Едва коснувшись земли, он перехватил меч двумя руками и, используя энергию приземления, обрушил на Ямамото сокрушительный удар сверху. Японец вскинул катану над головой, принимая вес противника на сталь. Раздался резкий звон металла.
В этот раз преимущество было на стороне Тан Луна: он вложил в удар не только силу обеих рук, но и инерцию всего тела. Мечник всем весом навалился на клинок, пытаясь придавить врага к земле. Ямамото, стиснув зубы, из последних сил удерживал свою катану под натиском прямого меча.
Зрители, включая Ван Хэна, смотрели на это затаив дыхание. Скорость смены приемов поражала — даже дилетант мог оценить красоту и опасность этого боя.
Видя, что противники вошли в клинч, Ван Хэн на секунду задумался: "А не развернуть ли мне «Дом» прямо сейчас, чтобы Горохострелы влепили этому Ямамото пару горошин в спину?" Но он тут же отогнал эту мысль. Если бы он вступил в бой с самого начала, это было бы оправдано, но прерывать честный поединок, о котором просил Тан Лун, было бы неправильно.
В это время чаты трансляции буквально взорвались:
[Матерь божья, какие быстрые мечи!]
[Вот это я понимаю — профессионалы!]
[Я даже не успеваю следить за их движениями, глаза режет!]
[Красота! Настоящее кунг-фу, а не те поделки, что нам в кино подсовывали.]
[Открываем тотализатор! Кто победит?]
[Ставлю всё, что есть, на Тан Луна! Десять пачек острых чипсов на нашего!]
[А я ставлю на Хэн-гэ, он по-любому что-нибудь выкинет! /doge/]

Комментарии

Загрузка...