─ Попадалось несколько раз. ─ Старейшина Сюй подвинул чашку заваренного чая к Чу Фаню. ─ Ваш покойный отец отличался прямотой характера, в нем чувствовалась стать благородного мужа древности, но увы... небо не дало ему долгих лет.
Он сделал паузу, взглянув на Чу Фаня: ─ Ваши сегодняшние методы, маленький друг, столь стремительны и не щадят врагов, что резко контрастируют с характером вашего отца.
─ Обстановка формирует человека. ─ Чу Фаня взял чашку, слегка втянул аромат чая, но пить не стал. ─ Если бы мой отец проявил хоть половину нынешней моей жесткости, семью Чу, пожалуй, не постигла бы та участь.
Старейшина Сюй помолчал какое-то время, а затем вздохнул: ─ События семилетней давности затронули слишком многое, там все непросто. Ваш отец... встал поперек дороги слишком многим.
─ Так он заслужил смерть? ─ Взгляд Чу Фаня слегка похолодел.
─ Старик не это имел в виду. ─ Старейшина Сюй покачал головой и легко вздохнул. ─ Я просто констатирую факт.
─ Некоторые правила не видны на поверхности, однако они существуют в реальности. Стоит лишь прикоснуться – и придется заплатить цену.
─ Выходит, то, что я сделал сегодня, тоже нарушает правила? ─ задал встречный вопрос Чу Фань.
─ То, что вы совершили сегодня, уже разрушило устои, что царили в Сучэне прежде. ─ Старейшина Сюй смотрел на него с глубоким выражением в глазах.
─ И тем не менее, опора, на которую вы полагаетесь, похоже... кроется в иных, куда более древних законах.
─ Сила. Абсолютная сила, сокрушающая все на своем пути.
Чу Фань оставил слова без отрезвления.
─ Старейшина Сюй позвал меня сюда явно не для того, чтобы рассуждать о правилах? ─ Чу Фань опустил чашку.
Старейшина Сюй усмехнулся, улыбка его вышла несколько сложной: ─ Маленький друг скор на язык. Изначально я договорился здесь со старым другом помянуть былые дни, никак не ожидая, что столкнусь с подобным поворотом.
─ Юаньту и Цинъя молоды и горячи, они не разглядели истинного дракона и оскорбили вас. Старик приносит вам свои извинения от их лица.
Произнеся это, человек, чье легкое топтание способно вызвать землетрясение во всей провинции Цзяннань, действительно слегка поклонился перед Чу Фанем!
Снаружи Сюй Цинъя и Сюй Юаньту, наблюдавшие за этой сценой через щель в двери, от потрясения едва не закричали во весь голос!
Дед... и впрямь извиняется перед Чу Фанем?!
Этого... этого просто не может быть!
В глазах Чу Фаня тоже промелькнуло удивление, но он тут же вновь обрел спокойствие.
Похоже, этот старейшина Сюй куда опаснее, чем он думал, да к тому же куда более... гибок и способен сносить унижения.
─ Старейшина Сюй слишком преувеличивает. Мелкий конфликт я уже разрешил наказанием, и пока они вновь не полезут ко мне, инцидент исчерпан, ─ холодно произнес Чу Фань.
Раз собеседник проявил максимум уважения, он не собирался преследовать их дальше – в конце концов, с семьей Сюй у него не было кровной вражды.
─ Маленький друг великодушен, ─ кивнул старейшина Сюй, после чего сменил тон. ─ И все же, понимаете ли вы, маленький друг, что ваша сегодняшняя показная мощь хоть и устрашила ничтожеств, но в то же время выставила вас напоказ всему свету?
─ Дела в Сучэне очень скоро дойдут до провинциального центра, до ушей определенных лиц.
─ В особенности... до семьи Дэн и семьи Цзян.
Его взгляд наполнился глубоким смыслом:
─ Старый лис Дэн Чжэньнань, а также глава семьи Цзян вряд ли станут спокойно смотреть, как вы набираете силу.
─ К тому же течения за их спинами куда глубже, чем у семьи Чжао или даже моей семьи Сюй.
─ Старейшина Сюй предупреждает меня? ─ Чу Фань посмотрел на него.
─ Можно и так сказать. ─ Старейшина Сюй налил себе чаю. ─ Хотя мы с вашим отцом не были близкими друзьями, я уважал его человеческие качества.
─ Увидев вас сегодня, я нашел вас еще более выдающимся. Старик не желает, чтобы единственный наследник крови семьи Чу повторил судьбу покойного отца.
─ Благодарю за добрые намерения, старейшина Сюй, ─ Чу Фань сложил руки в приветствии, оставшись совершенно равнодушным. ─ Впрочем, раз уж я вернулся, то, чему суждено случиться, неизбежно.
Старейшина Сюй смотрел на Чу Фаня так, будто перед ним стоял тот самый упрямый, но лишенный столь безжалостной решимости Чу Чжэньго в былые годы. В душе он вздохнул, понимая, что отговаривать бесполезно.
─ Раз так, старик больше не станет докучать нравоучениями. ─ Старейшина Сюй достал из-за пазухи старинную визитную карточку и подвинул ее к Чу Фаню.
─ Это мои личные контакты.
─ Если в провинции Цзяннань возникнут какие-то мелкие трения с чиновниками или военными, это, пожалуй, поможет.
─ Разумеется, в случае колоссальной беды... старик тоже сможет оказать поддержку.
Это было уже предельно явное выражение благосклонности и инвестиций!
Старейшина Сюй явно разглядел потенциал Чу Фаня и желал заранее завязать добрые отношения, во всяком случае, не наживая себе врага.
Чу Фань глянул на визитку, не спеша ее брать: ─ Добрые намерения старейшины Сюя я принимаю, однако я не люблю оставаться в долгу.
─ Это не долг, а лишь знак моего расположения к вам. ─ Старейшина Сюй махнул рукой. ─ Возьмите, возможно, она и не пригодится, но всяко лучше, чем ее отсутствие.
Чу Фань немного подумал и в конце концов убрал визитку.
Старейшина Сюй прав: в провинции Цзяннань лишняя дорога никогда не помешает, пусть даже на первое время.
─ Благодарю, ─ произнес Чу Фань.
─ Не стоит церемоний. ─ Старейшина Сюй улыбнулся. ─ Цинъя, Юаньту, входите и говорите.
Услышав это, Сюй Цинъя и Сюй Юаньту торопливо привели себя в порядок, подавили бушующие в груди страсти и осторожно вошли в кабинет, почтительно остановившись перед старейшиной Сюем.
─ Дедушка, ─ хором произнесли они, и голоса их заметно напряглись.
Старейшина Сюй ответил не сразу – он неторопливо сделал глоток чая и спокойным взглядом окинул внуков, которые обычно смотрели на всех свысока, а сейчас выглядели испуганными.
─ Садитесь, ─ указал старейшина Сюй на соседние места.
Сюй Цинъя и Сюй Юаньту послушно сели, выпрямив спины, словно ожидающие разноса студенты.
─ Маленький друг Чу, что вы думаете о моих внуке и внучке? ─ негромко спросил Сюй Хуайжэнь.
Вопрос старейшины прозвучал несколько неожиданно, но Чу Фань мгновенно раскусил его замысел.
Старик намеревался использовать его уста, чтобы остудить пыл заносчивых внуков.
Чу Фань бросил взгляд на сидевших подобострастно и напряженных Сюй Цинъя с Сюй Юаньту и ответил ровным тоном, где каждое слово резало, как лезвие:
─ Воинственности генералу Сюй не занимать, а вот выдержки и хладнокровия нет; вспыльчив и опрометчив, для серьезных дел непригоден.
Лицо Сюй Юаньту мгновенно покраснело, кулаки сжались, но выплеснуть грод он не смел.
Чу Фань продолжил:
─ Госпожа Сюй умна и деловита, кругозор неплох, но излишне самоуверенна, лишена чувства почтения, покрывает своих, не разбирая, где правые, а где виноватые.
рта
Личико Сюй Цинъя побледнело, губы сжались в тонкую линию.
Речь Чу Фаня не оставляла камня на камне от их самолюбия, прямо указывая на слабые места.
Выслушав его, старейшина Сюй не только не разгневался, но даже слегка кивнул и вздохнул:
─ Глаз маленького друга остер, бьет точно в цель.
─ Юаньту вырос в армейских казармах, привык командовать, оттого ему недостает закалки и выучки.
─ У Цинъя есть способности, но ее и впрямь избаловали дома до того, что она перестала замечать преграды земные и небесные.
Он перевел строгий взгляд на внука с внучкой:
─ Вы слышали сегодня? Справедлива ли оценка маленького друга в ваш адрес?
Сюй Цинъя и Сюй Юаньту опустили головы, не смея возражать.
Хоть слышать это было неприятно, но стоило вспомнить собственное поведение нынешним вечером, как выходило... что всё сущая правда.
─ Эх вы, ─ наставительно произнес старейшина Сюй. ─ Родились в семье Сюй, привыкли к попутному ветру и воображаете себя пупом земли.
─ Сегодняшняя встреча с маленьким другом – хороший вам урок на будущее.
─ Запомните: на каждого мудреца довольно простоты, а над любым небом есть другое небо.
─ Наше богатство и влияние в глазах поистине великих людей – пустой звук.
─ Впредь действуйте предельно осторожно в словах и поступках, умерьте свой пыл.
─ Да, дедушка, мы запомнили, ─ покорно отозвались брат с сестрой.
После случившегося их спесь и заносчивость получили мощный удар.
Только после этого старейшина Сюй повернулся к Чу Фаню, вновь улыбнувшись: ─ Не пожелает ли маленький друг взять этих двоих моих внуков в ученики?─
В ученики?
Не говоря о Чу Фане, даже Сюй Цинъя и Сюй Юаньту решили, что ослышались!

Комментарии

Загрузка...