Тем временем виконт Эрлби сидел на потёртом диване в тесной комнате дома, который лишь с большой натяжкой можно было назвать особняком. Высокомерие — и его собственное, и унаследованное от предков — привело к тому, что владения его сильно уменьшились. То же самое высокомерие заставляло его теперь с недовольством сверлить взглядом отчёт в руках.
Виконту было немного за тридцать. Жидковатые рыжие волосы (того же оттенка, что и глаза) были стянуты в хвост. Он был хорош собой и выглядел моложе своих лет, но сейчас его черты искажало раздражение.
Герцог Баарбадала был во всех отношениях выскочкой. Стоило копнуть поглубже, и на него наверняка нашлась бы уйма грязи, однако сейчас его послужной список был безупречным: ни единой незаконной сделки, ни единого случая злоупотребления властью над подданными, ни любовных связей на стороне, ни пьянства, ни азартных игр.
Более того, за всё время герцог лишь однажды покинул свои владения — чтобы посетить Мерангал в соседнем Махати. Всё остальное время он безвылазно сидел на равнинах. Эрлби отказывался в это верить: сам он не мог сидеть в своих владениях дольше двух-трёх месяцев, иначе без изысканных удовольствий он мог попросту сойти бы с ума.
Будучи убеждённым, что Диас непременно что-то скрывает, Эрлби потратил немалые деньги на тщательное расследование, но оно не выявило ровным счётом ничего. Виконту нужна была лишь достоверная информация: с её помощью он мог бы запугивать, угрожать, пускать в ход всё своё умение вести переговоры. Без неё дело не могло сдвинуться с мёртвой точки.
«Он простолюдин! Простолюдин, который каким-то образом умудрился стать аристократом!»
«Наверняка он что-то скрывает!»
Теперь Диас обладал силой и авторитетом, каких прежде не знал. Ему было позволено то, что раньше показалось бы немыслимым: избежать наказания за большинство преступлений, распоряжаться богатствами, о которых простолюдин не смел и мечтать. Естественно было предположить, что он этим воспользуется — поддастся власти и зайдёт слишком далеко. Не было необходимости рыть глубоко: по всем расчётам, Диас обязан был увязнуть в этом по уши!
Приняв решение, Эрлби вскочил и резким движением швырнул отчёт в камин — огонь в нём поддерживали даже летом. У них в семье было заведено держать окна открытыми, чтобы впускать ветерок, а небольшое пламя помогало отгонять насекомых, залетавших вместе с ним.
Эрлби смотрел, как бумага обращается в пепел и, кружась, уносится вверх по дымоходу — всё выше и выше. В этот миг в комнату ворвался прохладный ветерок — лёгкий толчок в спину, почти призыв к действию. Эрлби перевёл взгляд на запад, в сторону Баарбадала. Улыбка его была исполнена безграничной самоуверенности.

Комментарии

Загрузка...