Сообразив, что дело пахнет керосином, Шидзунэ бросилась вперед, заслоняя Цунаде собой. Несмотря на липкий страх, сжимавший сердце, она стиснула зубы и преградила путь Изуне.
─ Тц! Клан Сенджу воистину полон ублюдков. Тайком пробраться к нашим усыпальницам – в духе этого мерзавца Тобирамы!
Изуна опустил руку, прижимавшуюся к голове, и с изумлением обнаружил, что кровавая рана уже затянулась. Скорость регенерации оказалась настолько чудовищной, что поразила его самого.
Лишь теперь у Изуны появилось время оглядеться. Заметив, что он сидит в гробу в чем мать родила, он мгновенно позеленел от злости.
─ Эти проклятые Сенджу! Решили закопать меня заживо!
─ Тобирама наверняка перестраховался, решив, что я не до конца сдох, раз уж вытащил мое тело из усыпальницы и приказал закопать.
─ Хватило бы и простого удара в шею, но нет, надо было устроить такое унижение... Вся в тебя, Тобирама!
Рванув из гроба с ловкостью хищника, Изуна даже не подумал прикрывать наготу. Раз перед ним представители клана Сенджу, значит, впереди неизбежная схватка не на жизнь, а на смерть.
Перед лицом гибели любой стыд отходит на второй план – таков базовый навык каждого выжившего шиноби.
─ Куда запрятался этот ублюдок Тобирама? Его прошлая техника доставила мне немало хлопот, даже Шаринган не поспевал за его скоростью. Без глаз мои шансы на победу ничтожно малы.
Изуна бдительно сканировал окрестности, ожидая смертельного удара из тени в любой миг.
─ Почерк неизменен. Всегда излишне осторожен! Хоть я и проиграл... то есть, потерпел от него пару поражений в прошлом, он все равно относился ко мне со всей серьезностью!
С тяжестью в груди Изуна испытывал и толику гордости. «Не зря меня считают главным гением Учиха после старшего брата! Раз Тобирама видел во мне смертельную угрозу, я должен быть польщен».
─ В плане подлости я признаю твое первенство, Тобирама!
─ Ну же, продолжим прерванный бой!
─ ...
Мертвая тишина окутывала поле кладбища. Лишь немые холмы возвышались вокруг, словно бесчисленные пары глаз, наблюдающих за сумасшедшим.
─ Паршивец, долго ты еще будешь прятаться?!
Лицо Изуны помрачнело. Окинув взглядом местность и не заметив ни единого признака присутствия врага, он с тяжелым сердцем перевел взгляд на двух женщин.
Для ниндзя не существует понятия пола. Будь то мужчина или женщина, внешность значения не имела: враг должен быть уничтожен, иначе поплатишься собственной жизнью.
Раз Тобирама не желал показываться, Учиха Изуна решил выкурить его силой. Разве Сенджу не славятся своей сентиментальной привязанностью к товарищам? Что ж, он прикончит обеих прямо на глазах у прячущегося крысеныша.
Приняв решение, Изуна немедленно перешел от мыслей к делу. Сложив пальцы в сложную комбинацию печатей, он уставился на противниц взглядом, полным ледяной злобы, напрочь лишенным жалости.
─ Катон: Техника Великого Огненного Шара!
Чакра забурлила в жилах, и Изуна, поднеся пальцы ко рту, с силой выдохнул.
─ Ха... –
Крошечная искра сорвалась с его губ, осветив ошеломленное лицо тусклым мимолетным светом.
Напротив, Шидзунэ, уже собиравшаяся использовать защитную технику, широко распахнула глаза. Закончив формировать печать, она с удивлением осознала, что в защите нет никакой необходимости.
Изуна нахмурился. Чакры в теле было в избытке, жизненная сила била ключом, но почему техника не сработала?
─ Свинья – Лошадь – Обезьяна – Кабан – Коза – Тигр... Все верно, последовательность верная.
Недоумевая, Изуна сменил печати и попытался использовать другую технику: ─ Катон: Техника феникса!
Новый выдох – и на землю упала лишь искра величиной с булавочную головку. Она упрямо моргнула пару раз и тут же потухла сама собой.
─ ...
Учиха Изуна начал сомневаться в реальности происходящего. За всю жизнь ему не доводилось видеть столь жалкой стихии огня. Когда-то давно под руководством брата он осваивал Катон с радиусом поражения в десятки метров.
Напротив, Шидзунэ во все глаза смотрела на голого парня, застывшего в нелепой позе изваяния. Ее боевой настрой никуда не делся, но щеки невольно залились краской.
Главным образом потому, что обнаженный силуэт слишком бросался в глаза – не смотреть было невозможно. В сочетании с двумя жалкими попытками применить стихию огня это убедило Шидзунэ, что перед ней обыкновенный болван.
─ Проклятье! Мне не нужны ниндзюцу, чтобы убить вас!
Не найдя причины своего фиаско, разъяренный Изуна скривил губы и с криком бросился на Шидзунэ.
И тут...
Бац!...
Изуна снова оказался на дне гроба, тупо глядя в ночное небо. Меланхолично зачерпнув пригоршню земли, он лениво посыпал ею собственную грудь.
«Ладно, закапывайте. Жить в таком виде больше нет никакого смысла».
Шидзунэ швырнула лопату на землю и бросилась к Цунаде: ─ Цунаде-сама, с вами все в порядке?
Цунаде к этому моменту уже пришла в себя. Попутно она осознала нечто из ряда вон выходящее: между ней и этим нудистом из гроба установилась странная, необъяснимая связь.
Стоило Изуне попытаться применить технику, как Цунаде почувствовала несанкционированный отток собственной чакры – причем объем затраченной энергии в точности соответствовал силе заклинания противника.
Тогда Цунаде мысленно перекрыла этот канал, и результат не заставил себя ждать: техника захлебнулась из-за острой нехватки чакры, превратив грандиозный огненный шар в жалкую искру.
─ Мало того, что чакра, моя жизненная сила тоже делится с этим парнем!
Прислушавшись к ощущениям в собственном теле, Цунаде помрачнела еще сильнее, и ее сердце ухтилось в пропасть.
─ Его рана на голове затянулась. Такая скорость регенерации бывает только у Сенджу, но он – чистокровный Учиха!
─ Разделение жизненной силы, разделение чакры... Выходит, теперь любое применение техники или исцеление ран этим парнем будет оплачиваться из моего кармана?!
─ Ах ты ж зараза! Приняли меня за ходячий кошелек, каждый норовит урвать кусок!
Ярость Цунаде достигла предела. Забыв про фобию вида крови, она горела лишь одним желанием – замуровать этого проклятого Учиха обратно.
Сделав шаг, она резко замерла. Ведь если их жизненные силы связаны, убийство противника означало бы немедленную смерть для нее самой...
Сдавленно выдохнув, Цунаде в отчаянии вцепилась пальцами в волосы, испуская безмолвный вопль бессильной ярости.
─ Второй дедушка был прав: клан Учиха от природы порочен. Даже в могиле умудрились подставить такую умную и гениальную меня!
Выругавшись всласть, она подошла к краю ямы и, глядя на лежащего внизу Изуну, процедила сквозь зубы: ─ Мелкий Учиха, что за чертову технику ты на меня наложил?
Изуна лежал с пустым, мертвенно-серым выражением лица. Услышав голос Цунаде, он даже не удосужился повернуть голову и лишь обессиленно пробормотал: ─ Будьте добры, закопайте меня обратно. Заранее спасибо.
Нахмурившись, Цунаде протянула руку, вытащила его из ямы за шиворот и швырнула к ногам Шидзунэ: ─ Свяжи его, мы уходим в город.
Шидзунэ густо покраснела и, стараясь не смотреть вниз, робко напомнила: ─ Цунаде-сама, у нас совсем не осталось денег. В городе нас даже в гостиницу не пустят.
─ Тц! Чуть не забыла про должок Учиха. Сторожи его, я пока заработаю немного на карманные расходы.
С этими словами она подхватила лопату и принялась методично вскрывать следующие могилы предков Учиха.
Наступило солнечное утро.
Ослепительные лучи солнца вывели Изуну из оцепенения. Прищурившись и оглядев пейзаж вокруг, он остолбенел.
Он отлично знал это место. Разве это не фамильное кладбище их клана Учиха?!
Погодите-ка... что эта баба творит?!
Она грабит могилы моих предков!!!
─ Прекрати немедленно, это могила моего отца! – заорал Изуна, пытаясь броситься вперед, но обнаружил, что крепко связан по рукам и ногам, а на бедрах висит лишь прикрывавшая срам ветка.
Бросив взгляд в сторону, он увидел Шидзунэ, которая сидела неподалеку и копалась в выкопанных Цунаде погребальных сокровищах.
У Изуны едва глаза на лоб не полезли от бешенства, и он зашелся в истерике: ─ Сумасшедшая баба, прекрати! Не смей трогать эти могилы!
Цунаде тем временем вскрыла еще одно захоронение. Выбросив наружу несколько безделушек сомнительной ценности, она уставилась на следующее надгробие, увенчанное целой плитой.
Внимательно вчитавшись в надпись, она протянула: ─ Учиха... Таджима. Довольно внушительный склеп, судя по всему, крупная шишка из их клана.
─ Т... Таджима? Отец? Когда это отец успел умереть?!
Услышав бормотание Цунаде, Изуна сначала замер, а затем его лицо исказилось в ужасе: ─ Безумная сука, остановись! Это могила моего отца!

Комментарии

Загрузка...