Пока Минато и Бэй Сюань были поглощены обсуждением дел, Кушина сидела на кровати в своей комнате. Вид у неё, впрочем, был весьма удручённый.
«Минато становится всё сильнее с каждым днём, а я, кроме запечатывающих техник, даже Расенган освоить не могу... — Кушина, никогда прежде не имевшая реального боевого опыта, подняла ладонь и отрешённо уставилась на запечатлённую на ней формулу техники. — Неужели я и вправду смогу покинуть Коноху вместе с ним и просто путешествовать по миру?»
— Ха-ха... запуталась в себе? — раздался в её голове вкрадчивый голос. — Тебе нужно лишь принять мою силу, и тогда ни этот Бэй Сюань, ни твой Минато не смогут тебе противостоять.
— Силу? — переспросила она.
— Верно. Силу, которой нет равных!
— Курама, ты за кого меня принимаешь? За трёхлетнего ребёнка? — Кушина сердито фыркнула. — Связан по рукам и ногам, а всё не унимаешься! Хм!
Внезапно Девятихвостый, подвешенный на цепях, почувствовал, как путы на его теле резко натянулись. Несколько цепей, удерживающих его хвосты, начали с силой тянуть их в разные стороны.
— Стой! — взревел лис, ощущая, как его буквально разрывает. — Неужели ты не жаждешь власти? Я — Девятихвостый! Величайший из легендарных хвостатых зверей!
— Да кому сдалась твоя сила! — раздражённо бросила Кушина. — Заткнись!
Она сложила перед собой печать одной рукой, и в пространстве печати мгновенно материализовалась ещё одна цепь, наглухо стянувшая огромную пасть Курамы.
Снаружи Бэй Сюань, беседовавший с Минато, внезапно замер и перевёл взгляд на комнату Кушины.
— Что случилось? — Минато тут же заволновался, заметив перемену в лице друга. — С Кушиной что-то не так?
— Всё в порядке, просто Девятихвостый немного побуянил, — успокоил его Бэй Сюань, видя, что тот готов сорваться с места. — Как раз вовремя. У меня есть к нему разговор. Зайди к Кушине, выведи её и веди на задний склон горы. Пора окончательно решить её проблему с лисом.
Бэй Сюань исчез прежде, чем Минато успел что-то возразить. В следующее мгновение он уже стоял в уединённом месте на задворках Скалы Хокаге. Судя по кучке пепла на земле и обгоревшим бамбуковым шпажкам, здесь явно кто-то недавно устраивал пикник.
Бэй Сюань прислонился к стволу дерева и прождал меньше пяти минут, прежде чем перед ним возникли Минато и Кушина.
— Бэй Сюань, Бэй Сюань! — едва появившись, Кушина набросилась на него с расспросами. — Минато сказал, что у тебя есть способ заставить Девятихвостого слушаться? Это правда?
Для неё это был вопрос жизни и смерти — её заветная мечта отправиться в путешествие с любимым зависела от того, сможет ли она контролировать своего внутреннего зверя.
— Не совсем, — покачал головой Бэй Сюань. — Заставить его слушаться можешь только ты сама. Я лишь могу предложить небольшую... помощь.
Чтобы по-настоящему использовать мощь хвостатого, нужно добиться его признания, как это сделал Наруто. В противном случае это будет лишь насильственная выкачка чакры, которая никогда не раскроет истинный потенциал.
— Эх... — разочарованно протянула Кушина. — А я-то думала, ты нашёл какую-то супер-пупер запечатывающую технику. Этот лис вообще меня не слушает, только и твердит, чтобы я открыла печать.
— Кушина, дай Бэй Сюаню попробовать, — Минато мягко положил руку ей на плечо. После короткого разговора с ней он уже понял причину недавнего всплеска чакры. — Мы не узнаем, сработает ли это, пока не попытаемся.
— Ну что ж, — Бэй Сюань коснулся плеч Минато и Кушины. — Давайте заглянем в гости к нашему многоуважаемому Девятихвостому.
В мгновение ока их сознания перенеслись в подсознательное пространство печати.
— Кушина, а у тебя, оказывается, специфические вкусы, — не удержался от колкости Бэй Сюань, глядя на Кураму, который был связан в лучших традициях шибари. — Минато, тебе в будущем придётся несладко.
— А-а-а-а! Да что ты несёшь! — лицо Кушины вспыхнуло, и она вмиг превратилась в Кровавую Хабанеро, яростно тыча пальцем в Бэй Сюаня. — Это печать Бабушки Мито! Я просто использовала свои Адамантовые Цепи! Это у тебя какие-то странные наклонности!
Минато лишь густо покраснел, не зная, куда деть глаза. Девятихвостый, заметив троицу, вытаращился на них, но не мог проронить ни звука из-за стянутой пасти.
— Характер у Кушины становится всё круче, — усмехнулся Бэй Сюань, — скоро Цунаде догонит. Ладно, для начала сними цепь с морды Курамы, мне нужно с ним поговорить.
— Хм, — Кушина всё ещё дулась, но послушно сложила печать. — Курама? Это имя Девятихвостого? Какое-то дурацкое.
Цепи, сковывавшие челюсти лиса, рассыпались.
— Кушина, на самом деле ты не очень подходишь на роль джинчурики... — Бэй Сюань подошёл вплотную к Девятихвостому, который смотрел на него с нескрываемым шоком. — Но с этого момента я хочу, чтобы ты знала: с Девятихвостым можно дружить.
Он остановился прямо перед мордой зверя и улыбнулся.
— Наверное, это наша первая официальная встреча. Хотя я видел тебя много раз... в истории взросления одного ребёнка.
— Откуда... — голос Курамы был лишён привычной ненависти и ярости. Обладая способностью чувствовать эмоции, он ощущал исходящую от Бэй Сюаня невероятную чистоту. — Откуда ты знаешь моё имя?
Это была доброжелательность. Искренняя доброжелательность по отношению к хвостатому зверю, какой Курама не встречал веками.
Бэй Сюань не ответил. Он присел и слегка коснулся пола. Золотая стена из формул запечатывания развернулась, отрезая Минато и Кушину от них.
— Я? — Бэй Сюань рассмеялся. — Я узнал о тебе из истории об одном мальчишке, который проделал путь от изгоя до сильнейшего воина. Ты там был тем ещё ворчливым и упрямым лисом, ха-ха-ха!
Он от души расхохотался, но затем внезапно замолк и пристально посмотрел в глаза Кураме.
— О? — лис тоже неожиданно оскалился в усмешке. — Значит, в твоём будущем я сдох? Подумать только, хвостатый зверь может умереть, ха-ха-ха!
Бэй Сюань опешил. Он ещё ничего не успел сказать, а лис уже сделал выводы. Неужели Курама научился читать мысли? Нет, в этом мире никто не способен прочесть его память.
— Эй, малец... — Курама смерил его взглядом. — Если ты так много обо мне знаешь, то должен быть в курсе моей способности чувствовать намерения. Я тебя не знаю, но ты смотришь на меня так, будто мы знакомы вечность. И это твоё «упрямый лис»... я этого никогда не признаю.
— И ты не боишься, что я просто наложил на тебя гендзюцу? — Бэй Сюань уселся прямо под подвешенным лисом. — И с чего ты взял, что умер? Добро и зло тут ни при чём.
— Хм! — Курама задергался в путах. — Пусть этот сопляк снаружи снимет с меня эти цепи! И вообще, какого чёрта ты уселся прямо у меня под мордой?!
Вместо ответа Бэй Сюань взлетел, поравнявшись глазами с лисом, и положил ладонь на его рыжую шерсть.

Комментарии

Загрузка...