Капитан отряда Учиха провожал взглядом уходящего Бэй Сюаня. В его глазах на мгновение вспыхнул алый свет Шарингана. Это был Фугаку Учиха, молодой наследник клана, которого рано отправили набираться опыта в Военную полицию.
За время службы Фугаку в полной мере осознал, в каком положении находится его клан. Косые взгляды, презрение, шепотки за спиной — всё это разительно отличалось от той деревни, которую он рисовал в своём воображении. Сегодняшняя клевета не была первой и явно не станет последней. Стоило полиции задержать преступника, как тут же находились «свидетели» их жестокости. Жители деревни словно находили в этом извращённое удовольствие.
А полиции Конохи раз за разом приходилось доказывать свою невиновность, хотя это ровным счетом ничего не меняло. В душе Фугаку впервые зародилось сомнение. Он не понимал, почему клан, стоявший у истоков основания Конохи, получает такое отношение.
— Мелкий, ты, похоже, неплохо разбираешься в делах Учиха? — спросила Цунаде, когда они уже подходили к кварталу Сенджу. Настроение идти играть у неё пропало.
— Кое-что читал. В записях Второго Хокаге об этом много написано, — кивнул Бэй Сюань. Это была чистая правда: в дневниках «зловещего» Тобирамы Сенджу добрых семьдесят процентов страниц занимали исследования клана Учиха.
— И что ты о них думаешь?
— А с чего такой интерес? — Бэй Сюань удивлённо посмотрел на неё. Неужели Цунаде начала задумываться о политике? Она же, вроде, только ест, спит и проигрывает деньги.
— Что за взгляд?! Отвечай, когда спрашивают! — Цунаде легонько дала ему подзатыльник.
— Учиха... Как и говорил Второй, это клан, движимый любовью. Их сила рождается из чувств, но их чакра, имеющая инь-природу, легко толкает их к крайностям. Они — идеальный клинок. Весь вопрос в том, в чьих руках он окажется.
Бэй Сюань невольно вспомнил фразы из своей прошлой жизни: «Учиха просто одинаково презирают всех, кто слабее их». И в этом была доля истины. Они преклоняются перед силой. Если ты сильнее их — они признают тебя. Но в то же время это самый гордый и противоречивый клан. Если они считают тебя слабым, то будут смотреть свысока, но если при этом ты будешь к ним добр — они продолжат ворчать, но втайне решат защищать тебя ценой жизни. Таковы Учиха.
— И как по-твоему, нынешняя Коноха умеет ими пользоваться? — Цунаде вспомнила лица людей в госпитале и их полные злобы слова.
— Что-то ты сегодня философствуешь. Ты же не собираешься в Хокаге, зачем тебе это? Пусть эти проблемы решает следующий глава деревни. Пошли лучше, ты же хотела свиную рульку? Купим по дороге, я приготовлю.
— Ах ты паршивец! Что за тон? Я твоя старшая сестра, а ты со мной как с ребёнком! Купи побольше!
Цунаде, будучи женщиной неглупой, прекрасно поняла, почему Бэй Сюань перевёл тему на будущего Хокаге. Она видела, кто стоит за нынешним положением дел в деревне. И её внезапный интерес был вызван не только желанием защитить наследие деда.
— Скоро я отправляюсь на фронт, — тихо произнесла она. — Раненых становится всё больше, многих просто не успевают доставлять в Коноху.
— Я догадался. В госпитале полно людей с отравлениями и ранами от водных техник. Раз их везут сюда, значит, враги — Песок и Дождь. Стычки на границах учащаются, большая война не за горами.
Бэй Сюань знал историю: скоро Страна Дождя объявит войну великим державам, и начнётся Вторая мировая война ниндзя. Именно в этой войне погибнет Наваки, что навсегда изменит судьбы Саннинов.
— Эх, Наваки скоро выпускается. С его характером на войне ему придётся туго. — Цунаде пристально посмотрела на Бэй Сюаня. Видя, что тот никак не реагирует, она продолжила: — Малыш, а что если с ним что-то случится? Он ведь мой единственный брат... Эх...
Она картинно вздохнула и искоса глянула на мальчика, но тот с увлечением рассматривал лоток с уличной едой.
— Ты меня вообще слушаешь?! — Очередной подзатыльник вернул Бэй Сюаня в реальность.
— Слышу, слышу. Наваки ведь в команде Орочимару, о чём тебе беспокоиться? — усмехнулся он.
— Орочимару слишком балует его, во всём потакает. Наваки на фронте точно во что-нибудь вляпается. Может... ты присмотришь за ним? — Она притянула Бэй Сюаня к себе, заглядывая ему в глаза.
— Мне восемь лет. Тебе не совестно отправлять ребёнка на войну?
— Кхм, точно, забыла... — Цунаде смутилась. Бэй Сюань был настолько умён и рассудителен, что она часто воспринимала его как старшего брата, совершенно забывая о возрасте. Но стыд был ей неведом. — Ну, твоя сила явно не на восемь лет! Бэй Сюань... ну пожа-а-алуйста!
— Знаешь, я уже привык к твоим ужимкам. Может, сменишь пластинку? Например... поцелуешь меня?
Бам!
На голове Бэй Сюаня мгновенно выросла внушительная шишка. Цунаде сделала вид, что ничего не произошло, и зашагала вперёд с самым невозмутимым видом.
— Жадина... — буркнул мальчик, разгоняя опухоль чакрой. — Когда Наваки будет выпускаться, я и Минато подадим на досрочный выпуск. Но сможешь ли ты пропихнуть нас в одну команду — это уже вопрос твоего влияния, сестрица.
Цунаде просияла. Она порывисто обняла его за плечи и принялась ерошить волосы.
— Я перед тобой в вечном долгу!
Бэй Сюань лишь закатил глаза. С тех пор как он встретил Цунаде, он превратился в какую-то няньку. Впрочем, он не жаловался. Цунаде действительно заботилась о нём и открыла доступ ко всем техникам и архивам клана Сенджу.
— Ага, конечно. Долгов у тебя на целое состояние. Помни о них, — усмехнулся он. — И как только сорвёшь большой куш — сразу возвращай!
— Обижаешь! Я, Цунаде, слов на ветер не бросаю. Записывай всё, до копейки отдам!
Бэй Сюань молча показал ей средний палец. Верить на слово человеку, который использует технику трансформации, чтобы скрываться от кредиторов — занятие неблагодарное. Хотя... он вдруг подумал, что было бы любопытно посмотреть на «детскую» версию Цунаде вживую.

Комментарии

Загрузка...