Они прождали еще больше получаса, и все трое изрядно вымотались.
— Что это за место такое? Почему здесь полдня ни одной машины? — проворчал Цин Бай. Его слегка мутило: когда он возвращался спасать Чжан Сяотяня, то ударился головой о руль. Пока они сражались бок о бок, он не чувствовал особого недомогания, но стоило несколько раз присесть на обочине, как в голове словно туман сгустился, и казалось, что он вот-вот потеряет сознание.
— Место глухое, а в городке впереди тоже ничего особенного, народу мало, машин ездит немного. Потерпи еще немного, — честно говоря, Чжан Сяотяня тоже пошатывало. Он принял на себя основной удар, и на его теле было полно ран разной степени тяжести, просто он стиснул зубы и держался из последних сил.
Сяо Цюй, хоть и приуныла, но все же оставалась ребенком, чья энергия была неисчерпаема. От скуки она выудила из рюкзака Цин Бая маски, надела одну на себя, а остальными одарила спутников. Глядя на их лица, она хихикала. Молодость — это прекрасно, — с грустью подумали про себя Цин Бай и Чжан Сяотянь.
Как раз когда все трое начали терять бдительность, вдалеке наконец послышался гул мотора.
— О господи, наконец-то хоть одна! — Цин Бай издал жалобный вопль. Он ждал этой машины, как манны небесной.
Вжик...
Трое переглянулись, широко распахнув глаза. Машина просто проехала мимо?
Сяо Цюй скривила губы и отвернулась, всем своим видом выражая молчаливое презрение к спутникам. Цин Бай посмотрел на Чжан Сяотяня, тот ответил ему тем же взглядом.
— Почему ты не стал тормозить? — спросил Цин Бай.
— А почему ты сам не стал? — парировал Чжан Сяотянь.
Но терпение вознаграждается. Когда небо начало темнеть, им удалось остановить машину. Инициативу взяла на себя Сяо Цюй, так как двое мужчин уже не могли подняться с земли. Увидев вдалеке фары, девочка выбежала на середину дороги и принялась изо всех сил махать руками.
— Твою ж мать! Жить надоело?! Эй, вы чего?! — водитель, который ехал, кивая в такт музыке, внезапно увидел на дороге ребенка. Издалека показалось, что у него даже лицо какое-то нечеловеческое, и он ударил по тормозам еще за двадцать метров. Машина проскользила вперед еще десяток метров и наконец замерла.
Водитель в шоке выскочил из кабины, намереваясь отчитать ребенка: что за безобразие, неужели автоподставщики теперь с детского сада начинают?
Но не успел он и слова сказать, как три фигуры вихрем влетели в салон. Водитель застыл на месте, не успев даже сообразить, что произошло. Опомнившись, он бросился к машине, заглянул внутрь и, глядя на них с угрозой, спросил:
— Среди бела дня, вы что...
— Братан, у меня нет денег, простите, я не прав. Чего вам нужно? Давайте договоримся, — водитель увидел, что на заднем сиденье сидят двое окровавленных мужчин в масках, и от их взглядов, пронзающих прорези, ему стало не по себе — так, что едва не случилась неприятность. Неужели он наткнулся на грабителей?
— Садись, закрывай дверь и просто езжай вперед. Высадишь нас в городке, не тяни, — скомандовал Чжан Сяотянь.
— Ребят, я водить не умею, может, машину вам отдать? — заикаясь, предложил водитель.
— Если не поедешь, то больше уже никуда не поедешь, — отрезал Цин Бай и вытащил из рюкзака тесак.
— Ох, мамочки! Еду, еду! Братья, пощадите, у меня три жены на иждивении, если я помру, они пропадут! — водитель долго возился, но машина не сдвинулась ни на дюйм, а он продолжал молить о пощаде.
— Они не убивают людей, но любят отрезать пальцы. Дяденька, лучше поезжай скорее, а то скоро останешься без пальцев, — Сяо Цюй в обезьяньей маске с самым серьезным видом запугала водителя.
— Еду, еду, не торопитесь только, — машина наконец тронулась и поехала довольно плавно.
Цин Бай достал из рюкзака минералку, все сделали по несколько глотков. Чтобы попить, пришлось снять маски. Когда Цин Бай открыл лицо, машину заметно качнуло, и тут же раздался жалобный голос водителя:
— Братан, надевай скорее! Я ничего не видел, я слепой, я вас не знаю, помилуйте! — он с такой силой выкрутил зеркало заднего вида, что чуть не отломал его.
— Расслабься, просто веди машину. Мы не ради наживы, — Цин Бай снова нацепил маску. Ему не хотелось, чтобы его видели, хотя он и сам не понимал, от чего именно пытается спрятаться — просто инстинкт подсказывал не раскрывать своего облика.
— Не ради наживы... Не ради наживы... Но, братан, если не за деньгами, то за жизнью пришли?! — руки водителя на руле задрожали, из-за чего машина снова начала вилять.
— Не пугай его. Мы выйдем в городе. Забудь о том, что случилось сегодня, мы тебя не тронем, успокойся, — Чжан Сяотянь взглянул на Цин Бая, надел свою маску и сам, хотя тоже не понимал, зачем это нужно, но предпочел скрыть лицо.
— Хорошо, хорошо, я прибавлю ходу. Слово держим, я вижу, вы люди чести, сказали — как отрезали. Если будут проблемы — обращайтесь, я помогу, чем смогу! — водитель старался успокоиться и бил себя в грудь, давая обещания.
Через час они въехали в городок. Цин Бай взглянул на указатель: названия были ему знакомы, но где именно они находятся, он понятия не имел.
Машина остановилась у перекрестка. Водитель, прикрывая лицо, повернулся назад:
— Братья и сестренка, приехали. Ну что, я могу быть свободен? Если нужны деньги, у меня в кармане немного есть, возьмите на всякий случай, в пути всякое бывает.
Он все еще не решался посмотреть на них. Поскольку в дороге они сняли маски, чтобы удобнее было пить, а лиц за кровью все равно было не разобрать, водителю оставалось лишь прикрывать лицо и выказывать участие.
— Спасибо, брат, деньги нам не нужны. Подвези нас чуть дальше, до банкомата, — Чжан Сяотянь подтолкнул Цин Бая, который уже захрапел, и напомнил, что они на месте.
— А, хорошо, сейчас! Я знаю, где есть банкомат, — водитель завел мотор и медленно двинулся вперед.
Цин Бая действительно сморило. В дороге он хотел держаться бодрячком, опасаясь неприятностей, но Сяо Цюй уснула у него на коленях, и он, не выдержав, тоже провалился в сон. Дежурить остался один Чжан Сяотянь.
— Приехали. Тут есть два банкомата, но другой на восточном краю, далековато, — водитель, почувствовав, что его не собираются убивать, немного расслабился.
— Пойдет, спасибо, брат. Будет возможность — выпьем вместе, — Цин Бай подхватил спящую Сяо Цюй и первым вышел из машины.
— Да что вы, пустяки! Счастливого пути, я поехал, еще увидимся! — любезно ответил водитель, и как только Чжан Сяотянь тоже выбрался из машины, он нажал на газ и скрылся из виду.
У банкомата Чжан Сяотянь снял пять тысяч юаней, подошел к Цин Баю, прятавшемуся в тени, сунул деньги ему в рюкзак и кивнул головой — пора. Они растворились в темноте.
— Куда теперь? Нам бы лекарств купить, у меня кружится голова, вдруг анемия? — тихо спросил Цин Бай, стараясь не разбудить Сяо Цюй.
— Обойдемся без лекарств. За поворотом, в переулке, есть небольшая клиника. Переночуем там, а утром двинемся дальше, — ответил Чжан Сяотянь, не оборачиваясь.
— У тебя столько друзей? Почему куда бы мы ни пришли, ты везде кого-то знаешь? Как мы с ним связаны и надежен ли он? — Цин Бай внезапно понял, что совсем не знает человека рядом с собой.
Он считал его лишь одержимым местью мужчиной, готовым на все, но оказалось, что у того есть свои связи. Цин Бай огляделся: неплохой городок, на обочинах уже открылись уличные закусочные. Глядя на людей под фонарями, он почувствовал странную тоску. Казалось, прежняя жизнь утекает сквозь пальцы, и он сам становится каким-то размытым образом. Сможет ли он вернуться назад? Он покачал головой, усмехнулся над собой и своими странными злоключениями, размышляя о том, сколько же тьмы скрывается за этой мирной жизнью.
Цин Бай обернулся, чтобы что-то сказать Чжан Сяотяню, но обнаружил, что тот исчез. Он застыл на месте: где он?
— Ты куда прешь, черт возьми? — раздался голос Чжан Сяотяня откуда-то сзади.
Обернувшись, он увидел, что Чжан Сяотянь машет ему из входа в переулок. Цин Бай поспешил за ним.
— Хе-хе, задумался, не заметил, — виновато улыбнулся Цин Бай.
— Пошли быстрее, не отставай. Боюсь, тот водитель заявит в полицию, долго здесь задерживаться нельзя. Обработаем раны и уйдем сегодня же, — Чжан Сяотянь снова зашагал впереди.
— Верно, я сам хотел это предложить, — Цин Бай теперь шел след в след.
Чжан Сяотянь постучал в обычную с виду дверь. Спустя мгновение послышался вопрос:
— Кто там?
— Это Сяотянь.
Раздался щелчок, дверь приоткрылась, и на пороге возник старик с седыми волосами и изможденным лицом. Он оглядел Чжан Сяотяня, потом перевел взгляд на Цин Бая с ребенком и посторонился:
— Входите.
В комнате Цин Бай осторожно уложил Сяо Цюй на диван у входа.
— Опять что-то стряслось? Почему каждый раз, когда мы видимся, ты выглядишь как черт знает что? — старик нахмурился, обращаясь к Чжан Сяотяню.
— Все то же самое. Снова столкнулись с парой типов, получил легкие ранения. Дедушка Сунь, есть поесть? Голодаю со вчерашнего дня, — Чжан Сяотянь как у себя дома направился на кухню.
— Эх, парень, еда в котле еще не готова, подожди. Иди сюда, сначала раны обработаю, — старик покачал головой, ворча с явной заботой в голосе.
Цин Бай был в замешательстве: кто это такой, что так печется о Чжан Сяотяне? Приемный отец?

Комментарии

Загрузка...