Едва завидев деньги, вытянуть руку – в этом была вся Ян Гуйлань. Бесстыдная, алчная женщина.
Чэнь Пин опешил, не зная, что и ответить, и лишь беспомощно перевел взгляд на Цзян Вань.
Цзян Вань подошла ближе и, похолодев голосом, произнесла:
— Мама, что ты делаешь? Даже если Чэнь Пин и получил эти деньги, они не твои. Это на лечение Мили!
Ей отлично был известен характер мужа – она не сомневалась, что он выдумал этот миллион на ходу, лишь бы отвязаться от тёщи. Цзян Вань и помыслить не могла, что её мать решит забрать деньги без зазрения совести.
Лицо Ян Гуйлань тут же вытянулось. Она подскочила с дивана и принялась нагло качать права:
— А я что, отказываюсь лечить Мили?! Я просто подержу деньги у себя, сохраннее будут. Понадобятся – скажете, я дам!
Цзян Вань едва не задыхалась от гнева. Отдавать деньги матери нельзя было ни в коем случае: той откровенно плевать на внучку, а стоит миллиону оказаться в ее руках – выбить его обратно станет невозможным.
Заметив упрямство дочери, Ян Гуйлань повернулась к Чэнь Пину и властно, требовательно спросила:
— Чэнь Пин, я у тебя спрашиваю! Ты отдаешь мне деньги на хранение или нет?
Это уже походило на откровенный шантаж. Чэнь Пин вздохнул и молча вытащил из кармана заранее приготовленную банковскую карту. Он сделал её ещё после того случая в банке, положив туда девятьсот тысяч – думал, пригодится объясниться перед Цзян Вань, но никак не ожидал, что придется отдавать всё Ян Гуйлань.
Хвать!
Ян Гуйлань проявила удивительную прыть: пока Цзян Вань не успела помешать, она царапнула карту из рук зятя, смерила его презрительным взглядом и буркнула:
— Вот так-то лучше.
После чего с сияющим лицом, не в силах нарадоваться набыченой добыче, уплыла в спальню, повиливая бедрами. Повозившись там некоторое время, она выплыла обратно – но Чэнь Пина и Цзян Вань в квартире уже не было.
— А где они? — Недовольно нахмурилась Ян Гуйлань.
Цзян Гоминь тяжко вздохнул:
— Ты их допекла, вот они и ушли.
— Подумаешь, забрала у них миллион! — Скривила губы Ян Гуйлань. — Что, я уже и взять не могу? Я же ради них стараюсь! Оставь эти деньги Чэнь Пину – он их моментально спустит на какую-нибудь глупость.
Она ни во что не ставила зятя и уж точно не доверила бы ему такую сумму.
— Так, слушай меня, — не унималась она. — Выясни мне, где находится компания этого Цяо Фугуя. Завтра же к нему пойду! Чэнь Пин спас ему жизнь, а тот отвалил жалкий миллион? Да у него денег куры не клюют, он как минимум десять миллионов обязан был отвалить!
Упускать такую дойную корову Ян Гуйлань не намеревалась.
— Хочешь искать – ищи сама. Мне делать больше нечего, кроме как в твоих глупостях участвовать, — поморщился Цзян Гоминь. Он снял очки для чтения и ушел в спальню.
— Цзян Гоминь, ты соображаешь, что говоришь?! Это я-то глупостями занимаюсь?! Да я всё ради семьи делаю! Если тебе хоть немного не всё равно на дочь, ты бы заставил её развестись с этим никчёмышем!
За спиной мужа Ян Гуйлань изошлась в крике, на чем свет стоит ругая всё и вся.
На следующее утро Цзян Вань встала спозаранку. Сегодня ей предстояло от лица компании провести официальные переговоры с филиалом клиники «Танжэнь». Встречу назначили прямо в конференц-зале фармкомпании «Бикан». После переговоров Цзян Вань планировала наведаться к Мили – она не видела дочку уже два дня.
К слову, еще со вчерашнего вечера Цзян Вань никак не могла дозвониться до Цао Цзюня. Впрочем, она не придала этому значения, списав всё на его занятость.
— Здравствуйте, заведующий Сун. Очень рада встрече и искренне надеюсь на успешное сотрудничество, — приветствовала Цзян Вань нового представителя филиала клиники «Танжэнь».
Со стороны «Бикан» на встрече присутствовали шестеро человек, включая председателя Хуан Хэ. Проект был слишком крупным, и упустить его из виду он не мог.
— Здравствуйте, председатель Хуан, вице-президент Цзян. Не ожидал, что вице-президент Цзян окажется столь молодой и способной, — любезно отозвался заведующий Сун. Обмен любезностями завершился, и они перешли непосредственно к делу.
— Вице-президент Цзян, по поручению нашего главврача мы уже подготовили договор. Пожалуйста, ознакомьтесь. Если вас всё устроит, мы сможем поставить подписи прямо сейчас, — произнёс заведующий Сун.
— Что?! — Цзян Вань и Хуан Хэ замерли в оцепенении. Никто не ожидал такой стремительности.
Неужели авторитет Чэнь Пина в глазах главврача был настолько велик?
— Заведующий Сун... вы ведь не шутите? — С изумлением выдохнул Хуан Хэ.
Это было самое быстрое подписание контракта в истории – и не с кем-нибудь, а с самой больницей «Танжэнь»! Хуан Хэ в душе не мог понять, неужели всё это – исключительно заслуга Цзян Вань?
— Председатель Хуан, уверяю вас, это прямое распоряжение главврача Тана. Как только вице-президент Цзян поставит подпись, договор сразу вступит в силу, — с улыбкой подтвердил Сун.
Секретарь тут же передала папки с документом Цзян Вань и Хуан Хэ. Бегло просмотрю условия, они поняли, что договор буквально написан под «Бикан» – прибыльность сделки перешагивала все мыслимые пределы! С этим контрактом «Бикан» получала как минимум двести миллионов чистого дохода в год!
Двести миллионов! Невероятная цифра!
Хуан Хэ едва не свалился со стула от потрясения.
— Заведующий Сун, вы абсолютно уверены? Все пункты соглашения открыто играют на пользу нашей компании, — Цзян Вань казалось, будто она видит сон. Происходящее не укладывалось в голове.
Заведующий Сун искренне улыбнулся:
— Вице-президент Цзян, с нашей стороны подпись уже стоит. Чего вам опасаться?
Цзян Вань взглянула на последнюю страницу – там действительно стояла печать и подпись. Выходит, стоило ей вывести своё имя, и сделка века будет закрыта.
Очевидно, отношения между Чэнь Пином и профессором Таном были куда глубже, чем она думала. Тут явно кроется какая-то тайна, и, вернувшись домой, она обязательно вытянет из мужа всю правду.
В последнее время Цзян Вань всё чаще ловила себя на мысли, что совершенно перестает понимать Чэнь Пина. Он менялся слишком быстро.
Тряхнув головой, она взяла ручку и занесла её над бумагой.
И в этот самый момент!
Двери конференц-зала с грохотом распахнулись!
В помещение бесшумно, с отточенной грацией ворвались восемь крепких телохранителей в черных костюмах и выстроились вдоль стен у входа.
А вслед за ними вошла женщина.
На ней было белоснежное приталенное платье-бюстье от Valentino, подчеркивавшее безупречную фигуру. Утончённые черты лица, точеный носик и строгие линии губ излучали холодное властолюбие. В изгибе её бровей и уголочках глаз читалась привычка повелевать.
Широкополая розовая шляпа защищала её лицо от солнца, на ногах сверкали туфли из хрустальной коллекции LV, а изящные кисти скрывались под шелковыми митенками. На шее горело ожерелье, сплошь усыпанное редчайшими розовыми бриллиантами.
Каждая деталь её облика дышала сногсшибательной роскошью, аура недосягаемости и холодной элегантности окутывала её с головы до ног.
Едва она переступила порог, все присутствующие замерли, прикованные к ней взглядом. Она была безупречна – прекраснее любой экранной дивы!
Гибкий стан, утонченные точеные руки, держащие красную сумочку от LV, бесконечно длинные, идеальные ноги... Ее кожа буквально излучала мягкий фарфоровый свет. А от пронизывающего манерного превосходства избалованной аристократки перехватывало дыхание.
Все женщины в зале моментально почувствовали себя серостью и ничтожеством рядом с ней.
Лишь Цзян Вань могла бы поспорить с ней красотой лица, но в статности и властности она уступала безоговорочно. Это была встреча принцессы из трущоб и истинной венценосной особы.
Все ошеломленно молчали, не понимая, кто эта незваная гостья.
— Прошу прощения, но этот договор подписан не будет, — ровно произнесла она.
Ее голос прозвучал ледяной сталью, промораживая помещение насквозь и давя на присутствующих невидимым авторитетом.
Хуан Хэ поднялся с места и, попытавшись взять себя в руки, изобразил светскую улыбку:
— Сударыня, я председатель правления «Бикан» Хуан Хэ. Могу я узнать, с кем имею честь?
Женщина одарила его лишь равнодушным, скользнувшим мимо взглядом:
— У тебя нет права знать мое имя.
Наглость, высокомерие, гордыня! Эта женщина с ног до головы казалась сотканной из ледяных игл.
Под немым оцепенением собравшихся незнакомка неторопливо подошла к Цзян Вань. Чуть нахмурив безупречные соболиные брови, она сухо спросила:
— Ты – Цзян Вань?
Цзян Вань, совершенно подавленная этой удушающей аурой, лишь заторможенно кивнула:
— Да, это я... А вы?
Было очевидно, что перед ней не просто богатая дама, а наследница древнего и невероятно могущественного рода. Но откуда она знает её имя?
Звонкая пощёчина!
Оглушительный хлесткий удар сокрушил тишину помещения. Рука в шелковой перчатке врезалась в щеку Цзян Вань, оборвав её вопрос на полуслове!
Цзян Вань застыла в шоке. Никто из присутствующих не мог поверить своим глазам.
— Что вы себе позволяете?! С какой стати вы бьёте человека?! — Вскрикнул Хуан Хэ, пытаясь заступиться за подчиненную.
Но незнакомка лишь бросила на него один-единственный ледяной взгляд – и председатель «Бикан» осекся, задрожав всем телом. Этот взор был поистине ужасающим.
— Вернешься домой – передашь Чэнь Пину, что эту пощечину ты получила за него. Он поймет, что нужно делать, — холодно отчеканила она.
Развернувшись, женщина двинулась к выходу, оставляя за собой шлейф морозного воздуха. Лишь у самых дверей она приостановилась, оглянулась и едва заметно улыбнулась Цзян Вань:
— Ах да, чуть не забыла. Меня зовут Су Сюэюнь.

Комментарии

Загрузка...