Цзян Вань застыла как вкопанная. Голова у неё шла кругом, а мысли путались, словно в тумане.
Чэнь Пин... Почему этот человек назвал его господином Чэнем?
Погодите-ка!
Она присмотрелась к вошедшему. Это же Ма Цзиньвэнь, хозяин элитного ресторана «Павильон Собрания Мудрецов»!
На недавнем юбилее её отца он лично принёс к их столу бутылку коллекционного вина и вручил платиновую клубную карту. Цзян Вань до мельчайших деталей помнила тот вечер. И тогда Ма Цзиньвэнь тоже произнёс: «Господин Чэнь».
В тот день все лишь насмехались над Чэнь Пином, поэтому никто не придал этим словам значения. Лишь Цзян Вань заподозрила неладное, но бытовая суета быстро вытравила те мысли из памяти.
И вот прямо сейчас история повторилась.
Ма Цзиньвэнь снова явился лично и с ничайшим почтением склонился перед её мужем, назовя его господином Чэнем. Даже не обладая проницательностью, невозможно было не сопоставить эти факты. Выходит, в тот вечер хозяин ресторана принёс подношение её отцу от имени Чэнь Пина?
Чэнь Пин мгновенно уловил растерянный, пронизывающий взгляд жены и про себя выругался. Дело плохо – она явно о чём-то догадалась.
Он метнул на Ма Цзиньвэня такой ледяной, обещающий расправу взгляд, что тот запнулся на полуслове, а по спине у него побежали мурашки.
«Чёрт возьми, я что, разозлил господина Чэня?», – у Ма Цзиньвэня от ужаса подкосились колени.
Игнорируя исходившего желчью Гао Яна, Чэнь Пин шагнул к Цзян Вань. Девушка от неожиданности сделала пара шагов назад. В её глазах читался немой вопрос.
— Вань-эр, — мягко произнёс Чэнь Пин, — я всё тебе объясню чуть позже. Пожалуйста, подожди меня снаружи.
Цзян Вань чуть нахмурила изящные брови. Она перевела взгляд с наглого Гао Яна на бледного Ма Цзиньвэня, затем медленно кивнула и, с трудом справляясь с дрожью в ногах, покинула главный зал. У самого выхода она не удержалась и оглянулась. Чэнь Пин провожал её всё той же знакомой, невероятно тёплой и заботливой улыбкой. Это немного успокоило её пошатнувшийся мир. Он всё тот же. Он – её Чэнь Пин.
Едва за женской спиной закрылась дверь, Чэнь Пин облегчённо перевёл дух. В его голове со страшной скоростью закрутились шестерёнки: как выкрутиться на этот раз? Как отвести подозрения? А если не выйдет... может, пора открыться? Выложить карты на стол и посмотреть на её реакцию?
Приняв решение, Чэнь Пин отбросил сомнения и повернулся к Гао Яну.
Тот выглядел растерянным с той самой секунды, как Ма Цзиньвэнь вошёл в зал со своими людьми. Но больше всего его выводило из себя нелепое почтение ресторанного магната к этому ничтожеству.
«Господин Чэнь? Да вы что, с ума все посходили?! Клоуны! Какой-то жалкий курьер, нищеброд, отброс общества – и вдруг „господин“? У этого Ма Цзиньвэня совсем крыша поехала?»
— Господин Ма, — сдерживая раздражение, выцедил Гао Ян. Дерзить ресторатору он всё же не рисковал. Хоть Ма Цзиньвэнь и владел всего лишь общепитом, за его спиной тянулась сложная паутина влиятельных связей. Поговаривали, будто он напрямую связан с кем-то из верхушки руководства провинции. Именно благодаря этой крыше его ресторанная сеть процветала и удерживала абсолютную монополию в Цзянхае. С таким человеком приходилось считаться.
— Уважаемый Ма, что всё это значит? — С наигранной вежливостью спросил Гао Ян.
Заметив, как насупился Чэнь Пин, Ма Цзиньвэнь тут же выпрямился, заслоняя его собой, и отрезал:
— Господин Гао, заведение «Павильон Собрания Мудрецов» принадлежит мне. Врываться сюда с толпой головорезов и устраивать беспорядки – это перебор, вы не находите?
На самом деле Ма Цзиньвэнь тоже не горел желанием доводить дело до открытого конфликта: за Гао Яном стоял весьма богатый и влиятельный папаша, связавшись с которым, можно было нажить головную боль.
Гао Ян издал желчный клекот:
— Господин Ма, вы что, всерьёз решили впрячься за этого куска дерьма за своей спиной?
«Куска дерьма?!»
Хлёсткий звонкий размах!
Ма Цзиньвэнь без лишних слов впаял Гао Яну оплеуху такой силы, что тот отлетел на пару шагов. Из его и без того пострадавшего носа вновь брызнула хлынувшая ручьём кровь.
— Твою мать! — Опешив от наглости и боли, заорал Гао Ян, зажимая лицо руками. — Ма Цзиньвэнь, ты совсем из ума выжил?!
За всю свою разгульную жизнь мажор ни разу не получал таких унизительных побоев. И почему, чёрт возьми, каждый норовит метить именно в нос?!
— Заткнись! — Рябчиком гаркнул Ма Цзиньвэнь, и в его глазах блеснул смертельный холод. — Я предупреждаю тебя, Гао Ян: еще хоть одно неуважительное слово в адрес господина Чэня – и даже если твой папаша приползёт сюда на коленях, он не вымолит для тебя прощения!
От такой дерзости Гао Ян окончательно потерял контроль над собой:
— Ладно! Ладно, Ма Цзиньвэнь! Я посмотрю, кто из твоих псов посмеет помешать мне стереть этого Чэнь Пина в порошок!
Старый Двойник и его головорезы по команде взвели кастеты и выстроились стеной против людей Ма Цзиньвэня. Воздух в зале сгустился до предела – атмосфера напоминала туго натянутую струну, готовую лопнуть от малейшего дуновения.
И в этот момент из-за спины ресторатора спокойной походкой вышел Чэнь Пин. Он неспешно достал телефон и набрал номер. На том конце провода мгновенно раздался почтительный голос Джо Фугуэя:
«Молодой господин, я слушаю. Каковы будут приказания?»
— Даю тебе десять минут, — равнодушно произнёс Чэнь Пин. — Уничтожь образовательную корпорацию «Тэнхуэй». И медиа-компанию «Стар Дрим», принадлежащую Гао Яну, пусти ко дну заодно.
«Будет исполнено, молодой господин. Сделаю всё в лучшем виде», – без колебаний отозвался Джо Фугуэй.
Чэнь Пин сбросил звонок.
Лицо Гао Яна налилось багровой краской, а затем он вместе со Старым Двойником и всей своей бандой разразился диким, издевательским хохотом.
— Ой, не могу! — Гао Ян тыкал в Чэнь Пина пальцем, утирая слезы от смеха. — Чэнь Пин, ты что, совсем с катушек съехал? Десять минут? Уничтожить бизнес моего отца и мою компанию? Да у тебя хоть на проезд в автобусе деньги есть, клоун?
Гао Яна действительно разбирал смех. Этот оборванец окончательно лишился ума!
Чэнь Пин лишь едва заметно улыбнулся:
— Скоро сам всё увидишь.
В эту самую секунду Джо Фугуэй уже запустил маховик разрушения. Раздавить какую-то там корпорацию «Тэнхуэй» и мелкую медиа-фирмочку для ресурсов семьи Чэнь было не сложнее, чем раздавить клопа. Достаточно было просто поднять грязь.
Спустя пару минут вся подноготная и компромат на бизнес семьи Гао лежали на столе у Джо Фугуэя. Мельком пробежав глазами документы, он переправил их нужным людям, после чего набрал номер наследника:
«Молодой господин, всё готово. Включите любой новостной канал».
Чэнь Пин кивнул Ма Цзиньвэню, и тот немедленно переключил огромный проектор в холле на главный городской канал.
Гао Ян недоумённо нахмурился, наблюдая за этим спектаклем. Однако где-то в глубине души, на уровне животных инстинктов, заворочился липкий, ледяной страх.
И тут из динамиков раздался взволнованный голос диктора:
«Срочные новости! В одном из элитных детских садов „Синяя Звезда“, принадлежащих образовательной корпорации „Тэнхуэй“, вскрылись ужасающие факты насилия над воспитанниками! На данный момент учреждение оцеплено, заведующая и руководство взяты под стражу. На месте работает следственная группа...»
С лица Гао Яна моментально сошла вся краска. Лицо стало мертвенно-зелёным.
Как?! Как это попало в эфир?! Ведь неделю назад отец отвалил кучу денег, чтобы замять скандал! Почему это крутят по правому каналу Цзянхая?! Кто... кто, чёрт возьми, решил их уничтожить?!
Но диктор не останавливалась:
«И к последним новостям: председатель совета директоров корпорации „Тэнхуэй“ Гао Чжиган подозревается в систематической даче взяток и финансовой коррупции в особо крупных размерах. Специальная комиссия МВД уже вошла в главный офис компании для проведения обысков и выемки документов...»
Бум!
У Гао Яна подкосились ноги, и он едва не рухнул на паркет. Его глаза едва не вылезали из орбит от ужаса, пока он смотрел на кадры обысков.
Невозможно... Теневые схемы отца тоже вскрыли! Это конец. Это абсолютный крах!
Дрожащими, непослушными пальцами мажор вытащил телефон и набрал отца:
— Папа! Папа, что происходит?! По телевизору всё показывают! Сделай что-нибудь! Я не хочу в тюрьму!
Из динамика вырвался истошный, истеричный вопль Гао Чжигана:
— Гао Ян! Тварь! Кому ты, блядь, перешёл дорогу?! Ты уничтожил нашу семью! Всё кончено! Вся наша жизнь коту под хвост, ты понимаешь?!
Звонок оборвался. В голове у Гао Яна стоял невыносимый гул. Он медленно поднял глаза на Чэнь Пина. Тот стоял со спокойным выражением лица, а на его губах играла едва заметная, холодная полуулыбка.
Нет... Не может быть! Это не мог сделать Чэнь Пин! Он же нищий слизняк! Откуда у него такие связи?!
— Папа... я... я не знаю... — заикаясь, забормотал Гао Ян в отключённый телефон, потеряв связь с реальностью.
В этот момент диктор зачитала очередной экстренный выпуск:
«Как стало известно только что, медиа-компания „Стар Дрим“, основанная сыном главы „Тэнхуэй“ Гао Яном, оказалась замешана в секс-скандалах, шантаже и принуждении к оказанию услуг интимного характера. Оперативная группа уже задержала ключевых фигурантов. В настоящее время ведётся розыск генерального директора компании – Гао Яна...»
Хлоп!
Смартфон выскользнул из онемевших пальцев Гао Яна и разбился о плитку. Услышав своё имя, мажор окончательно сломался. Он рухнул на колени, мешком опустившись на пол. Взгляд его помутнел, а тело сотрясала мелкая дрожь.
Всё. Жизнь кончена.
Увидев, куда дует ветер, Старый Двойник со своими быками тихо и незаметно испарились через чёрный ход.
Чэнь Пин посмотрел на раздавленного слизняка сверху вниз и произнёс без единой эмоции:
— Я предупреждал, что ты пожалеешь. И поверь, это ещё мягкое наказание за всё, что ты успел натворить. Остаток дней проведёшь за решёткой – там тебе и место.
Слова Чэнь Пина вывели Гао Яна из оцепенения. В смертельном ужасе он пополз на коленях, вцепился в брюки Чэнь Пина и зарыдал, размазывая сопли и кровь по лицу:
— Чэнь-го! Брат Чэнь! Смилуйтесь! Пощадите! Я был дураком, я всё понял, правда! Я больше никогда... никогда в жизни! Пожалуйста, отозовите их! Я не хочу в тюрьму! Если пощадите, я буду вашим псом, буду рабы делать всё, что прикажете!
Гао Ян забился головой о пол, отбивая поклоны с такой силой, что кость лба рассеклась до крови: Бум! Бум!
Но Чэнь Пин даже не вздрогнул. На лице его застыла ледяная маска. Он просто выдернул ногу и шагнул прочь, словно мимо кучи мусора.
Спустя пару минут по звонку Ма Цзиньвэня прибыл отряд полиции. На Гао Яна заковали в наручники и через заднюю дверь вывели к патрульной машине.
Глядя вслед уезжающей мигалке, Чэнь Пин не ощутил ни малейшей жалости. Этот выродок получил ровно то, что заслужил.
***
На улице перед главным входом Цзян Вань уже минут пятнадцать мерзла на пронизывающем ветру. Сердце заходилось от непонятного, липкого страха за мужа.
И когда из дверей наконец показалась знакомая фигура Чэнь Пина – живого и невредимого – Цзян Вань не сдержалась. Она бросилась к нему и изо всех сил впилась в него руками, уткнувшись носом в грудь:
— Ты цел... Слава богу, ты цел!
Чэнь Пин на мгновение обомлел. На его губах вспыхнула тёплая улыбка, и он ласково погладил жену по спине:
— Со мной всё в порядке, Вань-эр.
Цзян Вань неохотно отстранилась и, насупившись, строгим взглядом уставилась на него:
— А где Гао Ян? Как вы всё уладили? И... почему тот господин Ма назвал тебя господином Чэнем? Это ведь он тогда прислал отцу дорогое вино и карту? Он имел в виду тебя, да?
Вопросы сыпались один за другим. В её глазах горела надежда и отчаянное желание узнать правду.
Это действительно он?
Чэнь Пин на секунду задумался. Затем он протянул руку, с нежностью взъерошил её волосы и мягко проговорил:
— Вань-эр, ты ведь всегда хотела знать, кто мои родители и чем занималась моя семья? Что ж... Пришло время тебе всё рассказать.

Комментарии

Загрузка...