Чэнь Пин смущённо улыбнулся и спросил:
— Мама, что случилось? К чему такая спешка?
Ян Гуйлань смерила его презрительным взглядом и отрезала:
— Стой тут для количества и создавай массовку! В остальное не лезь, без тебя тошно.
С этими словами она снова ринулась в гущу разъярённой толпы пожилых людей. Над уличным шумом перекатывались их отчаянные, сорванные крики – от этого надрывного гвалта закладывало уши.
Потолкавшись среди протестующих и перекинувшись парой слов с соседями, Чэнь Пин быстро понял, в чём дело.
Перед ними возвышался офис инвестиционной компании. Вся эта толпа стариков и старушек в своё время клюнула на сладкие речи и вложила сюда свои сбережения, купив высокодоходные финансовые продукты. По договору именно сегодня им должны были выплатить первые проценты. Вот только контора встретила их запертыми дверьми: внутри остался лишь один перепуганный менеджер да пара рядовых клерков, а всё руководство как сквозь землю провалилось. Контора была пуста.
Даже глупцу стало бы понятно: стариков наглым образом обвели вокруг пальца. Судя по размаху, это была классическая пирамида и незаконный сбор средств.
Дело принимало паршивый оборот. Подобные конторы всегда метили в наивных пожилых людей с накоплениями. И если уж организаторы залегали на дно, вернуть деньги не удавалось почти никому. Неудивительно, что Ян Гуйлань металась как ужаленная.
Чэнь Пин почувствовал, как заломило виски. Нагнав тёщу, он тревожно спросил:
— Мама, да что именно ты купила? Сколько денег им отдала?
Будь там скромная сумма, он бы и глазом не моргнул. Но в нем всё сильнее разрасталось дурное предчувствие: а ну как тёща ухнула туда всё до последнего гроша?
Ян Гуйлань, уже сорвавшая голос до сипоты, зло рябнула на него, но все же выкрикнула в ответ:
— Я оформила залог на нашу с отцом старую квартиру! Они обещали программу обратной ипотеки – мол, золотые горы, вложишь сейчас, а через год получишь две квартиры!
— Что?! — У Чэнь Пина перехватило дыхание. — Мама, ты заложила дом?!
Внутри всё похолодело. Вот теперь точно катастрофа. Его тёща – бывший преподаватель университета, интеллигентная женщина на пенсии! И как только её умудрились так подло обвести вокруг пальца?
От его вскрика Ян Гуйлань густо покраснела. Сзади наотмашь звонко заехали ему по затылку. Разразившись бранью, она зашипела:
— Чего орёшь, олух?! Позора моего захотел? Не будь ты таким никчёмным приживалом, разве пошла бы я на это?! Всё ради нормальной жизни! Или мне на тебя, нищеброда, надеяться?! Ты нас с отцом кормить будешь, что ли?!
Она осыпала его проклятиями, но в её собственных глазах плескалась паника. Это же их единственное жильё с стариком! Если аферисты сбежали, они останутся на улице. Как тут не сойти с ума? А тут ещё этот бесполезный зять маячит перед глазами с такой физиономией, будто его всё это не касается – кровь просто закипала в жилах.
— Ещё слово – и Ваньэр обо всём узнает! — Строжайше пригрозила она, ткнув в него трясущимся пальцем. — Стой тут и вопи во всё горло! А я сейчас Гао Яну позвоню. У Сяо Гао связи, он точно что-нибудь придумает!
Смерив зятя свирепым взглядом, Ян Гуйлань отвернулась, выудила телефон и набрала номер Гао Яна.
— Алло, Сяо Гао? Это я, твоя тётя Ян! Скажи, милый, ты не занят? Подъезжай скорей на Дуцзян-лу! Да-да, у нас тут беда, прямо край!
От того, каким елеем сочился её голос, Чэнь Пина скрибило. Законный зять стоит рядом – а с чужим человеком она сюсюкает, будто с родным сыном. Впрочем, чему удивляться? В глазах тёщи он навсегда останется пустозвоном и обузой.
Сбросив звонок, Ян Гуйлань сразу преобразилась: на лице заиграла довольная ухмылка. Смерив Чэнь Пина презрительным взглядом, она снова накинулась на него:
— Что встал как истукан?! Орать помогай, кому говорю!
— Ага... — буркнул Чэнь Пин и, встав в ряд со стариками, изобразил глубокое отчаяние, выкрикивая лозунги.
Видя, как старательно зять рвёт глотку, Ян Гуйлань немного сменила гнев на милость, хотя в душе всё равно презрительно плюнула: «Бесполезное чмо». Повернувшись к приятельницам-старушкам, она с гордостью заявила:
— Вы не переживайте, девчата! Я только что нашему Сяо Гао набрала. Он уже мчит сюда!
— Это ты про того Гао Яна?! — Ахнула одна из приятельниц. — Ой, какой мальчик золотой! У его семьи же своя компания, знакомств немерено! Слыхала я, он по нескольку десятков миллионов в год зарабатывает!
— Гуйлань, милая, мы же столько лет подруги! — Подхватила другая. — Попроси Сяо Гао, пусть и за наши гроши слово молвит, а?
— Вот именно, Гуйлань! Твой Гао Ян – просто чудо. Когда они там с твоей дочкой свадьбу-то сыграют?
Лесть подруг елеем легла на душу Ян Гуйлань. Она аж засияла от гордости:
— Ой, да что вы... Сяо Гао, конечно, мальчик замечательный! Но тут уж как наша Ваньэр решит. Да и этот никчёмный Чэнь Пин всё ещё под ногами путается... — Она с удовольствием принизила зятя, чтобы ещё сильнее возвысить Гао Яна и дочку. В её глазах Гао Ян был идеальным кандидатом в зятья – ходячим кошельком. А Чэнь Пин по сравнению с ним... Да что сравнивать чистое золото с кучей грязи?
Старушки перевели взгляды на Чэнь Пина и не удержались от ехидных смешков:
— Гуйлань, так это и есть тот самый твой зять? Ну и невзрачный же... Стоит, хлопает глазами, как пень деревенский. Такую красавицу-дочку за него отдать – это ж надо было так сплоховать!
— И не говори! От таких мужиков никакой пользы, один позор на старости лет. Слава богу, мой зять совсем не такой!
Толпа пожилых людей принялась соревноваться в остроумии, распекая Чэнь Пина на все лады. Улыбка на лице Ян Гуйлань мгновенно увяла. Вздохнув с досадой, она процедила:
— Этот тюфяк мне не зять! Вот увидите, через пару дней заставлю дочку подать на развод!
Чэнь Пин, конечно же, слышал эти ядовитые смешки. Он лишь криво усмехнулся и качнул головой. Подобные помои он выслушивал каждый день – давно иммунитет выработался. Зовут его тюфяком? А сами-то что могут сделать? Зовут Гао Яна на помощь? Ну-ну. Чэнь Пину даже стало любопытно поглядеть, как этот фатовской павлиний хвост распустит.
В этот момент у обочины, оглашая улицу хищным рокотом мотора, лихо затормозил белоснежный «Мазерати». Автомобиль выглядел невероятно эффектно.
Ян Гуйлань всплеснула руками и восторженно заверещала:
— Сяо Гао! Миленький, мы здесь! Видали?! Наш Гао Ян приехал! Ну теперь-то всё решится!
Слова «наш Гао Ян» она выделила с особым нажимом – так, чтобы слышал каждый столб на улице. Чэнь Пин скривился – на душе стало тошнотно и мутно.
Толпа расступилась. Из шикарного авто грациозно выбрался статный молодой человек в безупречно скроенном дорогом костюме. Ян Гуйлань, семеня и перебирая тучными бедрами, кинулась к нему навстречу. На её лице сияла улыбка, с какой встречают разве что родного сына:
— Сяо Гао, родной мой, наконец-то! Мы тебя не сильно отвлекли от важных дел?
Гао Ян вынырнул из салона и с безупречной вежливостью наклонил голову:
— Что вы, тётя Ян! Ничуть. Как раз выдалась свободная минутка. Что у вас тут за стряслось? Снова проблемы?
Окинув беглым взглядом собравшихся, Гао Ян вдруг выхватил из толпы фигуру Чэнь Пина, который всё так же имитировал участие в митинге. Лицо визитёра тут же перекосилось от отвращения. «И этот нищеброд здесь?», – пронеслось в его голове.
— Ах, Сяо Гао, тут такое горе! — Ян Гуйлань всплеснула руками, чуть не плача. — Мы тут с соседями вложились в финансовые продукты этой конторы. Обещали сегодня выплаты начать, а мы пришли – директор сбежал, кабинет пустой! Что же это делается-то, а?! — Она закрутилась на месте и умоляюще уставилась на парня:
— Сяо Гао, у тебя же своя фирма, связи кругом! Может, сможешь выходы найти на их начальство? Узнать, где деньги?
Выслушав сбивчивые объяснения, Гао Ян всё понял. Эту отару стариков кинули по классической схеме. Влезать в такое дерьмо – себе дороже. Но глянув на преданные, умоляющие глаза Ян Гуйлань, а затем встречавшись взглядом с Чэнь Пином, который смотрел на него с легкой, ехидной полуулыбкой, Гао Ян стиснул зубы. Нацепив маску абсолютной уверенности, он небрежно бросил:
— Тётя Ян, не переживайте! Я всё улажу. Как раз лично знаком с хозяином этой шарашки. Сейчас наберу его, выясню всё. Главное – не нервничайте.
— Ой, спасибо, спаситель ты наш! — Ян Гуйлань едва не прыгала от счастья. Она сжала ладонь Гао Яна в своих руках и победоносно взглянула на толпу:
— Вот это я понимаю – мужчина! Не то что некоторые слизняки!
Старики вокруг наперебой запричитали, осыпая Гао Яна комплиментами. Тот буквально расплывался от удовольствия. Окинув взглядом вывеску «Ибэнь Ваньли Финанс», он восторженно подумал, что судьба подкинула ему идеальный шанс. Раз уж с потенциальным тестем вышло не гладко, надо брать тёщу! Завоюешь расположение Ян Гуйлань – считай, половина Цзян Вань у тебя в кармане.
Гао Ян бросил на Чэнь Пина дерзкий, победоносный взгляд, после чего достал из кармана новенький флагманский смартфон и набрал отца:
— Пап, привет. Ты говорил, что недавно обедал с директором финансовой компании «Ибэнь Ваньли»? Тут такое дело, нужна твоя помощь...
Закончив разговор, Гао Ян свысока оглядел собравшихся. Чувство собственного величия переполняло его. Покашляв в кулак, он объявил:
— Уважаемые! Мой отец лично знает владельца этой компании. Я уже попросил его вмешаться, так что скоро будет ответ. Не паникуйте.
Слушая хор восхищенных охов и ахов, Гао Ян окончательно воспарил от гордости. Поправив лацканы пиджака, он направился к застывшим у входа напуганным клеркам:
— Пойду поговорю с остатками персонала. А вы пока обождите хороших новостей!
Он уже направился к дверям, намереваясь устроить показательный разнос, как вдруг со стороны раздался негромкий, но отчетливый голос:
— Мама, брось. Ничего у него не выйдет. Не верь ты Гао Яну. Давай я лучше сам звонок сделаю... Вдруг получится решить?
Говорил Чэнь Пин тихо, но поскольку все взоры были устремлены на Гао Яна, его реплика прозвучала в наступившей тишине режущим диссонансом. Гао Ян резко замер и с нескрываемым раздражением обернулся.
Чэнь Пин пытался удержать тёщу за рукав, настойчиво ей что-то объясняя. Но Ян Гуйлань даже слушать его не стала. Вырвав руку, она ткнула пальцем прямо ему в лицо и брызнула слюной:
— Чэнь Пин, закрой рот и проваливай! Кто тебе вообще слово давал?! Если уж Гао Ян не справится, то ты, никчёмный слизняк, и подавно ничего не сделаешь!
Не только тёща – вся толпа уставилась на Чэнь Пина с глубоким презрением.
«Так это и есть тот самый нищий зять Ян Гуйлань? Ну и болтун! Хвастается на пустом месте, тьфу!»
В этой толпе только такой влиятельный человек, как Гао Ян, мог заявлять о решении проблемы. А этот-то куда лезет?
Видя, как опозорен его соперник, Гао Ян с глумливой ухмылкой подошёл к Чэнь Пину вплотную:
— Что, жаба давит? Ты на себя в зеркало давно смотрел, решала? Думаешь, тебе такое по зубам?

Комментарии

Загрузка...