Когда новобранцы выстроились на плацу, порядком в строю руководил назначенный взводный. Никакого наказания не последовало — вместо этого их отправили наводить порядок на спортплощадке, таскать столы, стулья и скамейки...
— Мы пришли сюда служить! Быть боевыми пловцами! А не работать уборщиками! — обиженно протянул кто-то.
— Вам еще повезло! Сразу же попали на церемонию вручения кинжалов «Огненная синева»! Считаете себя настоящими солдатами? Умений кот наплакал, а амбиций выше крыши! Сейчас мы вам покажем, что такое настоящие вояки! — взводный, оказавшийся старшим сержантом, произнес название награды, и вмиг все вокруг заинтересовались.
Все хотели расспросить его подробнее, но сержант больше не обращал на них внимания. Новобранцы принялись за дело: быстро подмели плац, перетащили мебель и, едва успев перевести дух, выстроились в две шеренги. Тем временем на площадку одна за другой маршировали колонны старослужащих в белоснежной парадной форме, причем все они заняли места в первых рядах! Это создавало резкий контраст с новобранцами в камуфляже «синих эльфов»...
— Столы таскали мы, пол мели мы, цветы тоже расставляли мы! С какой стати они нарядились и стоят в первом ряду? Почему нас задвинули назад? — возмутился Лу Янь.
— Отставить разговоры! Стойте и смотрите! — оборвал его взводный.
В этот момент к трибуне поднялось множество командиров. Среди них был и Лун Байчуань, который и вел всю церемонию. Вокруг царила атмосфера торжественной строгости. Вскоре на трибуну вызвали Балана, и командир бригады лично вручил ему кинжал «Огненная синева»...
— Ох ты ж мамочки! Какой крутой кинжал! А как его вообще получить? — не удержавшись, спросил Чжань Дапэн.
Сержант не стал отчитывать его за нарушение дисциплины строя — напротив, он и добивался того, чтобы у новобранцев проснулся интерес к этой награде!
— Войти в десятку лучших по общим военно-спортивным показателям во всей бригаде! Шанс есть у каждого! Это высшая награда подразделения боевых пловцов морской пехоты! — гордо заявил сержант.
— Балан! Помни: каждую каплю горячей крови нужно отдать морю нашей Родины! — торжественно произнес Лун Байчуань.
— Клянусь! Каждую каплю горячей крови отдать морю нашей Родины! — Балан поднял ввыд правый кулак и произнес торжественную клятву! Следом за ним присягнули все присутствующие, и их дружный голос прокатился далеко-далеко!
Вот только Чжан Чунь, этот упрямец, снова взялся за старое: все хлопали и клялись, а он стоял с мрачным лицом и демонстративно оставался в стороне. Лун Байчуань на трибуне отлично это разглядел! Как только первый ряд распустили, начальство прямиком направилось к новобранцам...
— Чжан Чунь! Почему ты не хлопал? — строго спросил Лун Байчуань.
— С какой стати мне хлопать? — задрав подбородок, ответил тот.
— Что ты сказал? А ну повтори! — рассвирепел Балан, услышав, как Чжан Чунь разговаривает с Лун Байчуанем, и шагнул вперед.
— А то и сказал! Не хлопал и не буду! И чё?! — Чжан Чунь резко развернулся и воинственно выкатил грудь на Балана...
Цинь Муе мысленно вздохнул. Теперь-то он понял: в армии кого только нет! По сравнению с Чжан Чунем он сам — сущий ангелочек! Этот парень готов задирать любого, кто под руку попадет, и лезть на рожон! Кроме дурной физической силы, в нем были лишь упрямство да ослиное усердие. Настоящий безбашенный телёнок, коих поискать! В голове — пустота, а в ней — сплошные приключения...
— Не согласен? — прищурился Балан.
— Не согласен! И чё?! — Чжан Чунь быком попер на него.
— Не согласен — отлично! Раз не согласен, давайте разомнемся! — с улыбкой предложил Лун Байчуань.
Всех перевели прямо на пляж, где собирались устроить показательный поединок. Цинь Муе подошел к Лун Байчуаню — нужно было расспросить о его самочувствии после приема лекарств.
— Дядя Лун! Ну как, принимали лекарства? — вполголоса спросил Цинь Муе.
— А? Да, пил! Нормально! Кашель и одышка стали намного реже, — тихо ответил Лун Байчуань, заметив, кто к нему обратился.
— Вот и отлично! Позже я буду ставить тебе иглы через день, так дело пойдет быстрее. А ну-ка, дай-ка я проверю пульс! — сказал Цинь Муе.
Тем временем оба участника вышли в центр импровизированного круга. Вокруг собралось множество людей — и новобранцы, и старослужащие. Балан с улыбкой предложил Чжан Чуню позвать напарника, но тот по своему обыкновению счел это за оскорбление. Тогда Балан просто завел руки за спину! Это окончательно вывело Чжан Чуня из себя, и он с кулаками бросился на противника!
Чжан Чунь дрался исключительно на грубой силе, и скорость оставляла желать лучшего. Балан легко уходил от ударов, двигаясь словно в виртуозном танце. Чжан Чуньмахал кулаками наотмашь, но ни разу не задел цель, отчего его ярость лишь росла с каждой секундой!
Вдруг он резко выбросил ногу вперед, пытаясь достать Балана прямым ударом, и тут же добавил с размаху рукой! Балан увернулся от удара ногой, но в грудь все же схлопотал. Тут ему пришлось стать серьезнее: удар оказался неслабым, боль в груди он почувствовал вполне отчетливо...
Балан принял боевую стойку. Чжан Чунь же вошел во вкус — закрутил мощные кулаки мельницей, лупя с обеих рук. Балан парировал выпады, выждал момент, подсек ногу противника и бросил его на песок, моментально прижав к земле и заломив руку у горла!
— Салага! Признаешь поражение? — спросил Балан.
— Рано радуешься! Хватит духу — дай подняться, еще подеремся! — злобно огрызнулся Чжан Чунь.
— Раз не признаешь — поднимайся, продолжим! — с улыбкой вмешался Лун Байчуань.
Балан разжал руки. Новобранцы, сообразив, что дело пахнет керосином, бросились оттаскивать и успокаивать Чжан Чуня. Но этот шум и гам привлек внимание У Гана!
— Балан! Чжан Чунь! В строй! — рявкнул У Ган с мрачным лицом. Голос и тон не оставляли сомнений — это был чистый рев!
— Так-так-так! Отставить драку! Слушайте инструктора У! Шагом в строй! — поспешно засуетился Лун Байчуань, пытаясь сгладить углы.
У Ган бросил на него тяжелый взгляд, тяжело вздохнул и молча зашагал прочь.
Предсказуемо: новобранцев снова наказали уборкой территории! Нашкодил один — отвечают все. Жалобы и стоны не прекращались ни на минуту...
— Нытьем ничего не добьешься! Слабее других — так паши до седьмого пота! — невозмутимо бросил Лу Янь.
— Ты это кому сказал?! — выкатив глаза навыкате, рявкнул на него Чжан Чунь.
Лу Янь даже не удостоил его взглядом. Зато вспылил А Гань! Этот парень, видимо, окончательно проникся уважением к тому, кто его отделал, и бросился защищать Чжан Чуня!
— А ты чего молчал, когда он вызывал всех на бой? Сам-то почему не вышел? — ткнув метлой в сторону Лу Яня, завопил А Гань.
— Если у человека нет элементарного чувства самокритики, он будет вот так позориться на глазах у всех! Позорить не только себя, но и весь взвод новобранцев! — холодно ответил Лу Янь.
— Нарваться захотел, да?! — Чжан Чунь швырнул метлу на землю и приготовился сцепиться с Лу Янем! Тот тоже не собирался отступать. Их еле удерживали за руки, а они продолжали орать друг на друга через всю площадку, словно две цепные шавки, готовые перегрызть глотки — чем сильнее тянули назад, тем яростнее они заливались лаем.
Цинь Муе только головой покачал. Лу Янь просто решил высказать правду, но какой смысл задираться с дуболомом?
— Вы оба угомонитесь или нет? Весь гарнизон только и смотрит, как вы тут паясничаете! Шибко умные? Идите со мной подеритесь, слабо? Обязательно кому-то из вас нужно быть главным петухом? Своих сил что ли не знаете? Из-за одного олуха наказывают весь взвод, а вы еще и качаете права! Совсем мозгов нет или вредительством занимаетесь? Ты чего вылупился? Глаза таращишь, как бык на новые ворота!
Цинь Муе только что закончил заделывать разбитый бордюр и как раз спешил обратно — собирался закончить дела, скорректировать рецепт для Лун Байчуаня и поставить ему иголки, как вдруг наткнулся на эту парочку бойцов...
В этот момент как раз подъехала машина У Гана. Раздалось два гудка клаксона, и из окна показалось мрачное лицо инструктора, с укором оглядывавшего шумную толпу...
Цинь Муе мысленно взвыл: опять попались! Чжан Чунь — ходячая катастрофа!
— Давайте, продолжайте! Убейте друг друга — вот это будет достижение! — прогремел голос У Гана.
Толпа мгновенно притихла. Даже до Чжан Чуня дошло предупреждение: если Чернолицый У разозлился всерьез — шутки кончились. Перед таким даже он испытывал суеверный трепет.
Все моментально выстроились в две шеренги в ожидании разноса...
— Добро пожаловать на тренировки разведывательного отряда морской пехоты! Я — ваш главный инструктор У Ган! Ближайшие два года ваша судьба находится в моих руках! Вы поняли?! — рявкнул У Ган.
— Поняли! Так точно! — голоса прозвучали неуверенно — новобранцы были изрядно напуганы...
— Я не слышу! Отвечать как подобает мужчинам! — громыхнул он.
— Так точно! — первым выкрикнул Цинь Муе, увлекая за собой остальных...
— Вы только что прошли трехмесячный курс отбора, вы — отобранные нами таланты с особыми способностями. А знаете, зачем вы здесь?.. — Начав с вопросов, У Ган подробно объяснил новобранцам суть и смысл подготовки морпехов, растолковал истинное значение боли и сразу расставил все точки над i, предупредив о трудностях заранее.
Его вопросы, словно боевой горн, возвестили о начале суровых будней в Зверином лагере! Сладкая жизнь закончилась. Отныне каждый день будет пропитан болью, но главное достоинство боли в том, что она доказывает: ты еще жив. Эта фраза станет верным спутником каждого из них на очень, очень долгое время...

Комментарии

Загрузка...