Глава 123. Пик Четырёх Сокровищ Обители Скрытого Дракона, Обитель Скрытого Дракона Пика Четырёх Сокровищ
После формационного бедствия земля в Мастерской Бессмертного Оружия выглядела так, будто её вспахали вдоль и поперёк — повсюду вздыбленная почва. Налетевший ветер тотчас взметнул тучи пыли.
Сквозь клубы пыли Люй Чаоцюн смотрела на Цао Чжэня и никак не могла разглядеть его как следует. Эти мастера алхимии и формаций — разве у каждого из них нет своей гордости? Как у Цао Чжэня язык повернулся открыто требовать выгоду? Разве так поступают мастера?
Но она и вправду хотела, чтобы Цао Чжэнь остался в Обители Скрытого Дракона, а потому пришлось сказать:
— Глава Цао, какие у вас условия? Говорите.
— Условия? Я не стану называть цену первым. Пусть глава Обители скажет. Если цена подойдёт — займу должность заместителя главы. Не подойдёт — обсудим ещё. — Цао Чжэнь никуда не спешил. Раз глава Обители хочет его удержать, незачем выступать первым. В таких делах стоит открыть рот — и ты уже в проигрыше. Дурак тот, кто начинает.
Люй Чаоцюн задумалась. Какое условие предложить? Назови она цену напрямую — Цао Чжэнь наверняка запросит немало. Значит, нужно сперва сыграть на чувствах. Как ни крути, Цао Чжэнь — человек Секты Ста Пиков, и его назначение на должность главы Обители послужит благу секты. Поговори с ним, его наставник наверняка хотел бы видеть Секту Ста Пиков процветающей. И, увидев, что ученик стал главой Обители Скрытого Дракона, он возрадуется. Значит, можно предложить чуть получше, но не слишком.
Люй Чаоцюн быстро наметила план и уже готова была заговорить, как Цао Чжэнь опередил её:
— Глава Обители Люй, я считаю, цену можно называть дважды. Первый раз — это искренность. Второй — это уже сделка. Я в торговле не силён, для меня главное — искренность.
Говоря это, он ещё и напустил на себя вид честного простака. Он не знал, о чём именно думает Люй Чаоцюн, но был уверен: та не собирается давать много. Нужно было заранее перекрыть ей путь к отступлению.
Люй Чаоцюн потеряла дар речи. Ты это называешь «не силён в торговле»? Да после таких слов ты — самый ушлый торговец!
Видя её замешательство, Цао Чжэнь сложил руки в поклоне:
— Господа, я всё это время не заглядывал к своим ученикам, не знаю, как они там. Пойду проведаю их. Глава Обители, как надумаете — приходите, я всегда к вашим услугам.
С этими словами он повернулся и направился к выходу из Мастерской.
Люй Чаоцюн дождалась, пока он отойдёт подальше, и тихо вздохнула, взглянув на Ай Юньци:
— Старейшина Ай, я тоже пойду.
Ай Юньци помолчала, поколебалась и наконец сказала:
— Глава Обители, погодите.
— Что такое? — Люй Чаоцюн слегка удивилась, потом посмотрела на опустевшие полки и поняла: — Ты о том, что материалы кончились? Раз материалов нет, Мастерскую можно частично закрыть, временно не принимать заказы. Курган Божественного Оружия пусть работает. Я сейчас пойду к главе секты обсудить вопрос с главой Цао. О конкретном положении дел в Мастерской поговорим, когда вернусь, хорошо?
Ай Юньци шагнула вперёд:
— Глава Обители, я как раз хотела обсудить с вами главу Цао.
— Главу Цао? — Люй Чаоцюн удивилась. — А что с ним ещё?
Гу Чэнъюй, уже собиравшийся уходить, услышал разговор и с любопытством обернулся.
Ай Юньци взглянула на Гу Чэнъюя, немного подумала и, не таясь его, спросила Люй Чаоцюн:
— Глава Обители, разве вам не было любопытно? Пик Четырёх Сокровищ — последний пик нашей секты. Многие говорят, что Пик Четырёх Сокровищ и Пик Семи Звёзд стоят особняком — хуже некуда. Они даже не похожи на отдельные пики. Но и вам, и мне известно: у Пика Семи Звёзд всё же есть кое-какая основа. А Пик Четырёх Сокровищ и вправду плох — в таком запустении, что того и гляди не выдержит и исчезнет. Но посмотрите, что творится в последнее время! С тех пор как глава Цао устроил магический поединок с Пиком Звёздного Сияния, Пик Четырёх Сокровищ расцвёл. Четверо его первых учеников все поступили в нашу Обитель Скрытого Дракона, и каждый, придя сюда, ведёт себя как разбойник — уносит по одному высшему божественному оружию. А сам он и того хуже: Землю Пилюль Пяти Стихий довёл до закрытия. Мастерская, не будь Кургана Божественного Оружия, тоже закрылась бы. Всё это вместе — разве не странно?
— Я и сама об этом думала, — глядя на Ай Юньци, ответила Люй Чаоцюн. — Но так и не поняла, почему так. Ты что-то знаешь? Говори прямо.
Ай Юньци обвела взглядом помещение, убедилась, что кроме них троих никого нет, и медленно произнесла:
— Я помогала главе Цао создавать формации почти десять дней. За эти девять дней мы о многом говорили. Хоть глава Цао прямо и не сказал, но он намекнул мне: он человек эпохи Тайчу, перерождение Небесного Императора Цинь Хаосюаня.
Сначала она не хотела разглашать, что глава Цао — перерождённый великий практик. Но раз глава Обители хочет сделать его заместителем, а в будущем — главой, и собирается идти к главе секты, это уже не мелочь. Это может повлиять на всё будущее Секты Ста Пиков. Придётся сказать. К тому же здесь только они трое, а главе Обители и Гу Чэнъюю она доверяет полностью.
— Перерождение великого практика? Цинь Хаосюань? Я никогда не слышала о таком! Ещё и Небесный Император? Эпоха Тайчу? Впервые слышу. Он что, свихнулся? — Люй Чаоцюн посмотрела на Ай Юньци странным взглядом.
— Свихнулся? По-твоему, он похож на безумца? — Ай Юньци с не меньшим изумлением уставилась на Люй Чаоцюн, словно безмолвно говоря: это ты здесь безумна.
— Посмотри, что глава Цао делает. Разве это под силу безумцу? Думаешь, безумец смог бы воспитать четырёх учеников до такого уровня, сделать троих из них Тремя Сынами Скрытого Дракона? В Обители Скрытого Дракона всего три места Трёх Сынов. Будь их четыре — не сомневаюсь, все четыре заняли бы его ученики. И эти четверо — древние бессмертные тела, ныне считающиеся бесполезными. Думаешь, безумец на такое способен? А его алхимия в Земле Пилюль Пяти Стихий, вызвавшая пилюльное бедствие? А формации, вызвавшие формационное бедствие? По-твоему, это делает безумец? Как, по-твоему, если глава Цао не перерождённый великий практик, как он всего этого добился? За счёт наследия Пика Четырёх Сокровищ? Возможно ли? Будь у Пика Четырёх Сокровищ настоящее наследие, разве он столько лет прозябал бы на последнем месте? А то, что ты не слышала о Цинь Хаосюане и эпохе Тайчу... Мир культивации существует невообразимо долго. В реке истории есть эпохи и предшественники, о которых мы не знаем, — что тут удивительного?
Люй Чаоцюн умолкла. И правда, перемены на Пике Четырёх Сокровищ слишком необычны. Если Цао Чжэнь действительно перерождённый великий практик — всё сходится.
— Неужели глава Цао и вправду перерождённый великий практик? Эпоха Тайчу? Я читала множество древних книг, но такого названия не встречала. Тайчу — начало всех начал? Должно быть, это очень, очень древняя эпоха. Если так, глава Цао — из наших предшественников, причём старший из старших.
Ай Юньци невольно принялась анализировать:
— Неизвестно, сколько тысячелетий прошло с эпохи, в которой жил глава Цао. За эти бесконечные годы его близкие, его враги из того времени, скорее всего, уже ушли. Можно сказать, глава Цао теперь один-одинёшенек.
— Нет, глава Цао не одинок, — возразила Ай Юньци. — У главы Цао есть Пик Четырёх Сокровищ, его ученики и наша Секта Ста Пиков. За эти дни общения с главой Цао я почувствовала: он очень привязан к нашей секте. Он уже считает себя её частью. Секта Ста Пиков — его привязанность.
Люй Чаоцюн тут же вставила:
— Если только он не захочет основать собственную школу.
— Не захочет, — уверенно ответила Ай Юньци. — Если бы глава Цао хотел основать школу, он давно бы это сделал. Он глава пика, у него есть все основания покинуть Секту Ста Пиков, странствовать, повышать культивацию и в конце концов основать свою школу. Но он этого не делает. Он не только не спешит поднимать культивацию, но и тратит уйму времени на учеников, воспитывая их до уровня Трёх Сынов Скрытого Дракона. Мало того, он не только растит учеников Пика Четырёх Сокровищ, но и сам набирает новых. И кого? И Шэн! Самую талантливую ученицу Дао-школы этого выпуска. Каждый пик Секты Ста Пиков хотел взять её в ученицы, а в итоге она пришла на Пик Четырёх Сокровищ. Наверняка глава Цао приложил немало усилий. Иначе, с репутацией последнего пика, — не в обиду будь сказано, — даже на коленях не выпросил бы её согласия. Тогда многие смеялись: И Шэн, мол, сделала худший выбор. А кто бы мог подумать, что это окажется лучшим решением? Глава Цао наверняка знал о её таланте и, заботясь о благе секты, захотел воспитать будущую опору Секты Ста Пиков. Потому и взял её лично.
Она сделала паузу и продолжила:
— Я говорю тебе всё это, чтобы предупредить: когда пойдёшь к главе секты, обязательно всё ей растолкуй. Это перерождённый великий практик, к нему нужно отнестись со всей серьёзностью.
Люй Чаоцюн серьёзно кивнула:
— Непременно расскажу. Особенно сейчас, в такое время. Малая эпоха на пороге — грядёт Обращение Неба и Земли. Все высшие чины нашей секты, все сильнейшие погрузятся в сон. Глава Цао пока не Золотое Ядро, но внутреннее ядро он уже сформировал. Когда придёт Малая эпоха и Небо с Землёй перевернутся, его сила наверняка возрастёт. Среди тех, кто не уснёт, он будет на первых ролях. Тогда можно поручить главе Цао присматривать за Обителью Скрытого Дракона и Сектой Ста Пиков.
Долго молчавший Гу Чэнъюй вдруг заговорил:
— На самом деле нам стоит радоваться, что глава Цао пока лишь на стадии Формирования Ядра. Будь он сильнее, он бы тоже погрузился в сон. Так что его нынешний невысокий уровень — скорее благо.
Люй Чаоцюн кивнула:
— Пожалуй. Но всё же слишком низко. И культивировать он не любит.
Ай Юньци беспечно заметила:
— Глава Цао — перерождённый великий практик. Захочет подняться — разве это займёт много времени?
Люй Чаоцюн подумала и кивнула:
— В этом что-то есть. Я всё поняла. Пойду к главе секты.
Не успела она уйти, как Гу Чэнъюй снова заговорил:
— Глава Обители, вы уже решили, что пообещаете главе Цао?
Люй Чаоцюн покачала головой:
— Ещё не решила.
— У меня есть мысль. — Гу Чэнъюй указал на опустевшие полки. — Видите, глава Цао расходует уйму материалов. На Пике Четырёх Сокровищ материалов мало. У главы Цао есть талант к алхимии и формациям, но нет возможности его применить. Искусная хозяйка и та без крупы каши не сварит. Поэтому, думаю, мы можем дать главе Цао материалы. Например, позволить ему свободно пользоваться материалами Обители Скрытого Дракона.
— Нет. — Едва услышав слово «материалы», Люй Чаоцюн машинально отказалась. Спохватившись, что ответила слишком резко, она добавила: — Как глава Обители я могу распоряжаться материалами, но именно распоряжаться. О том, как они израсходованы, нужно отчитываться перед сектой. Позволить ему брать материалы свободно — на это у меня нет прав. Это тоже нужно обсудить с главой секты. Ладно, я пошла к главе секты.
Люй Чаоцюн быстро ушла.
Покинув Мастерскую Бессмертного Оружия, Цао Чжэнь направился прямо к жилищу Трёх Сынов Скрытого Дракона. За эти дни, что он создавал формации, Ай Юньци больше всего рассказывала ему о его четырёх учениках. Он узнал, что трое из них стали Тремя Сынами Скрытого Дракона.
В этот раз, вновь оказавшись в Обители Скрытого Дракона, он заметил перемену: если раньше ученики Обители вели себя как обычно, то теперь, завидев его, спешили скрыться. Кто в Обители Скрытого Дракона не знал: люди с Пика Четырёх Сокровищ один сильнее другого и один вреднее другого. То и дело ищут повод с кем-нибудь сразиться и поколотить, а после драки ещё и душу вымотают, всячески унижая. Всё это, ясное дело, от главы Пика Четырёх Сокровищ Цао Чжэня. Не спрячешься подальше — сам виноват.
Цао Чжэнь вскоре подошёл к дому Трёх Сынов Скрытого Дракона и постучал. Вскоре дверь приоткрылась, и показалась голова Бэй Яня.
— Наставник, вы наконец пришли!
Бэй Янь едва не расплакался. Наставник пришёл — его мучениям конец.
— Что это с тобой? — Цао Чжэнь погладил Бэй Яня по голове. За время разлуки мальчик, кажется, чуть подрос и немного похудел.
— Наставник, вы не знаете! С тех пор как мы четверо собрались вместе, старшая сестра и старший брат только и делают, что культивируют да друг с другом сражаются. А я... я маленький, мне их не одолеть. — Бэй Янь говорил и всё выглядывал за спину Цао Чжэня. — Кстати, наставник, а где младшая сестрёнка? Почему она не пришла?
Последнее время ему и вправду крепко доставалось. Сначала он был здесь со второй старшей сестрой и третьим старшим братом. Вторая сестра — фанатичка культивации. Третий брат, узнав, что скоро покинет гору, захворал пуще прежнего, перестал читать романы и тоже ударился в культивацию — да так, что казался одержимее второй сестры. Вторая сестра, увидев это, не захотела отставать и тоже принялась культивировать как бешеная. А потом эти двое, мало того что сами истязали себя, ещё и его за собой потащили. Бедный ребёнок, он и культивировал с ними, а потом, когда им стало мало, они решили ещё и спарринговать. И его прихватили.
Сначала он тешил себя надеждой: может, он одолеет вторую сестру и третьего брата? Ведь те получили в Кургане Божественного Оружия по одному оружию, а он — целых два! Но когда спарринги начались, он понял, как жестоко ошибался. Вторая сестра — та самая, что когда-то гоняла наставника по всей горе, — оказалась ему не по зубам. И в бою она смотрела на него с такой убийственной яростью, что он начал подозревать, не хочет ли она его прикончить. Хотя, по её словам, она ещё сдерживалась. Со вторым не вышло — настал черёд третьего. И с ним он тоже не справился. Божественные способности третьего брата были чудовищно сильны. К тому же он прогрессировал так быстро, что закрадывалась мысль: может, культивация лучше всего даётся тем, у кого не всё дома?
Его избивали каждый день до полусмерти. Потом наконец пришла старшая сестра-наставница. Он, обрадовавшись, первым делом предложил ей спарринг. Он ведь пришёл сюда раньше неё, добыл в Кургане два оружия, столько времени тренировался со вторым и третьим — теперь-то уж точно победит! Вторая сестра — оторви да брось, третий брат — больной на голову, с ними он смирился. Но старшая сестра — нормальная! Неужели он и ей проиграет? И снова его отлупили. Набор талисманов в её руках едва не довёл его до слёз. Позже он узнал: это было сильнейшее божественное оружие главы секты второго поколения.
И вот наконец пришёл наставник. Раз пришёл наставник — должна прийти и младшая сестрёнка. Он маленький, с ней спарринговать — самое милое дело. Он ждал, что младшая сестрёнка его спасёт. Но увидел только наставника, без неё.
— Твоя младшая сестрёнка? Она дома помогает мне варить пилюли.
— Младшая сестрёнка не пришла? — Бэй Янь почувствовал, что жизнь его погрузилась во тьму.
Цао Чжэнь впервые вошёл в жилище Трёх Сынов Скрытого Дракона. Он огляделся, но не увидел остальных трёх учеников, и с любопытством спросил:
— А где эти трое?
— Брат и сёстры тренируются во дворе. — Бэй Янь с видом смертной тоски указал в сторону заднего двора.
Жилище Трёх Сынов Скрытого Дракона не ограничивалось одной комнатой. Это была комната для медитаций и культивации, а за ней имелся большой задний двор и жилые покои.
Цао Чжэнь в сопровождении Бэй Яня направился во двор. Не успели они сделать несколько шагов, как послышался голос Сян Цзыюя:
— Сестрёнки, говорю вам: моя «Запись Богов и Демонов» — сильнейшая божественная способность! Не какой-то там «Свиток Богов и Демонов». «Запись» звучит куда внушительнее. Просто тренируйтесь, как я говорю. То место не смущайся, просто прорывайся! Что? Повреждение меридианов? Отклонение в культивации? Не будет, не будет! Главный герой, то есть я, рядом, с вами ничего не случится.
Цао Чжэнь с любопытством обернулся к Бэй Яню:
— Что здесь происходит? Твой третий брат передаёт твоим сёстрам божественную способность? Судя по всему, они ещё не освоили её? И разве можно менять название способности? То «Свиток», то «Запись»?
Бэй Янь затараторил:
— Наставник, заберите третьего брата отсюда и проверьте его! Мне кажется, он заболевает всё сильнее. Я, как вы учили, пришёл в Обитель Скрытого Дракона и вместе с братом отправился в Мастерскую Бессмертного Оружия выбирать оружие. А третий брат вместо целых оружий взял те, что повреждены и не подлежат восстановлению.
Цао Чжэнь сложным тоном произнёс:
— Это я знаю. Он взял Чётки Небесных Звёзд и Земных Убийц основателя секты. А дальше?
Всё это ему рассказала Ай Юньци во время создания формаций. Услышав тогда, он не знал, что сказать.
«Сян Цзыюй, ладно бы просто глупость сморозил, но почему именно тогда, когда можно было поживиться, у него мозги отказали?» — подумал Цао Чжэнь.
А ведь дуракам везёт: он умудрился унести оружие основателя секты. Пусть и повреждённое, но это оружие основателя!
Бэй Янь продолжил:
— Дальше — хуже. Пошли мы в Павильон Тайных Записей Божественных Способностей выбирать способность. Брат опять взял неполную, да ещё и две книги унёс.
— Две? — удивился Цао Чжэнь. — Разве можно взять только одну способность?
— Две книги, не два вида, — уточнил Бэй Янь. — Я и сам не разобрался: то ли это два вида, то ли один. У одной книги на обложке иероглиф «верх», у другой — «низ». Брат сказал, что это верхний и нижний свитки одной способности. Принёс, начал тренировать — и освоил. Мы думали, ему повезло: достал полный набор. Но когда он попробовал научить нас — ничего не вышло. Тогда мы решили, что это всё-таки две разные способности.
— Вот как? — заинтересовался Цао Чжэнь и быстро подошёл к двору.
Во дворе Лин Си и остальные, услышав шаги, обернулись.
— Наставник!
Трое поспешили поприветствовать его. На лице Янь Южун даже появилась радостная улыбка — ей казалось, что она давно не видела наставника. Лин Си подбежала к Цао Чжэню:
— Наставник, вы пришли? А где младшая сестрёнка?
— И Шэн дома варит пилюли. — Цао Чжэнь погладил Лин Си по голове. Всё-таки старшая ученица — самая послушная.
— Она одна на Пике Четырёх Сокровищ? — забеспокоилась Лин Си. — Младшая сестрёнка недавно в нашей секте. Одна на пике — не случится ли чего?
Цао Чжэнь улыбнулся:
— Не волнуйся, я скоро вернусь. Кстати, я слышал, вы говорили о способности. Какую не можете освоить?
— Это способность, которую я добыл! — с гордостью заявил Сян Цзыюй. — Наставник, я же говорил: я главный герой! Надо было меня слушать и искать сломанные вещи. А вы не поверили — и ничего не достали. А я вон сколько сокровищ добыл!
Лицо Цао Чжэня потемнело.
«Слушать тебя и тащить всякий хлам? Да если бы я таскал хлам, когда бы я собрал материалы для ваших пилюль!»
Сян Цзыюй, полностью погружённый в свой мир, не заметил перемены в лице наставника. С видом триумфатора он достал две книги:
— Наставник, взгляните! Говорю вам, эта способность невероятно сильна: двойная культивация богов и демонов, мощь безгранична! Жаль, сёстры и брат не могут её освоить.
— Дай посмотрю. — Цао Чжэнь с любопытством взял книги и взглянул на обложки. Действительно, на одной красовался иероглиф вроде «верх», на другой — вроде «низ». Но шрифт на двух книгах явно различался. Другие, возможно, и не заметили бы, но с его девяносто девятым уровнем каллиграфии он различал разницу с первого взгляда.
«Разные шрифты — и это верхний и нижний свитки одной способности?»
Он принялся листать дальше, и брови его сошлись ещё сильнее. На первой же странице не хватало иероглифов, и немало. Он перелистнул дальше — та же картина: местами целые страницы были почти полностью уничтожены, осталось лишь несколько знаков.
«И это можно тренировать? Как? Угадывая?»
Цао Чжэнь решительно не понимал. Он вернулся к первым страницам обеих книг и принялся вчитываться. Хоть текст и был неполным, он смог разобрать: это две разные способности, причём диаметрально противоположные. Одна, судя по всему, — путь праведный, исполненный святости. Другая — путь странный, изменчивый, мрачный и тёмный. Две крайности! Как такое можно освоить? Тут не то что отклонение в культивации — человека до смерти замучить можно! А Сян Цзыюй взял и освоил.
Как он ни ломал голову, не мог понять. Не будь у него Китайского Облака, он бы всерьёз заподозрил, что Сян Цзыюй и вправду главный герой.
— Как ты это тренировал? — обернувшись, с полным недоумением спросил Цао Чжэнь.
Сян Цзыюй беспечно ответил:
— Да как-то само получилось.
— И ты не чувствовал, что ци конфликтует, меридианы повреждаются? — не поверил Цао Чжэнь.
— Чувствовал, конечно! — с гордостью заявил Сян Цзыюй. — Но что с того? Ци конфликтует — разве это не нормально? Они конфликтуют — я силой их подавляю. Я же главный герой, разве я не справлюсь? Они обязаны меня слушаться!
Цао Чжэнь умолк. Сян Цзыюй говорил легко, но силой слить две конфликтующие способности в одну — какие муки нужно вытерпеть, через какие опасности пройти! Сян Цзыюй справился. Тут мало удачи — нужна несокрушимая воля и невероятная стойкость духа.
Видя, что наставник молчит, разглядывая его книги, Сян Цзыюй не утерпел:
— Наставник, ну как? Поразились чудесным превращениям моей способности? Если хотите, я вас научу!
— Не надо. Эту способность я не освою. — Цао Чжэнь покачал головой. Ему хватило беглого взгляда, чтобы понять: не его это путь.
Подумав, он сказал Сян Цзыюю:
— И не пытайся больше учить ей сестёр и брата. Они тоже не смогут. Я понял: эта способность под силу лишь Изначальному Инь-Ян Телу Бессмертного Демона. А ты — как раз его обладатель.
Этого нельзя было говорить Сян Цзыюю. Тот свято верил, что это одна способность, и потому, сталкиваясь с трудностями, одной лишь силой воли преодолевал их. Скажи ему правду, он начнёт сомневаться, что это две разные способности, — и тогда обязательно случится беда. Даже если он прекратит тренировки, проблемы не избежать. Поэтому лучше и дальше его обманывать. Но и позволять ему учить других нельзя. Хорошо ещё, что Лин Си и остальные не стали тренировать силой. Иначе у Сян Цзыюя, может, и обошлось бы, а у них — вряд ли.
Чтобы силой слить две способности в одну, помимо конфликта и хаоса ци, главная опасность — сердечные демоны. Одна ошибка — и неизбежно отклонение в культивации. А Сян Цзыюю, этому простаку, уверовавшему в свою исключительность, как раз это и помогло. Наверняка именно благодаря несокрушимой вере в то, что он главный герой, он не сошёл с ума. А то, что он освоил способность благодаря Изначальному Инь-Ян Телу Бессмертного Демона, — чистая выдумка. Хотя, может, и есть доля правды: одна способность и вправду отдаёт бессмертием, другая — демонизмом.
— Вот оно что! — Сян Цзыюй с пониманием кивнул. — Я так и думал, почему сёстры и брат не могут её освоить. Ясно: такая способность под силу только главному герою. Как лотос, который крутит Сяо Янь, — только главный герой может освоить способность с конфликтом ци!
Цао Чжэнь пришёл в отчаяние. Его третий ученик безнадёжен.
Он обернулся к остальным:
— Кстати, зачем вы, дураки, взялись учить способность третьего?
Лин Си, как старшая ученица, пояснила:
— Наставник, дело в том, что каждый из нас получил в Павильоне Тайных Записей по одной способности. Мы решили, что можем учить их сообща, перенимая лучшее друг у друга.
Цао Чжэнь почувствовал, как небо потемнело:
— То есть, не считая Сян Цзыюя, вы трое выучили одни и те же три способности?
— Да.
Лин Си и остальные кивнули. Сян Цзыюй с гордостью добавил:
— Я выучил четыре! А они мою «Запись Богов и Демонов» не осилили.
— Да вы совсем с ума посходили! — Цао Чжэнь с болью в сердце посмотрел на своих четверых учеников. — Зачем вам одинаковые способности? Выучите одно и то же — и на улице любой противник раскусит ваши приёмы! И главное: у каждого свой талант, своя склонность. Вы силой тренируете чужую способность, которая вам не подходит, — это же половина усилий впустую!
Цао Чжэнь был в отчаянии. О чём думают эти ученики? Все учат одно и то же — как ему тогда выигрывать лёжа? Чем меньше они знают, тем меньше знает он. А так он освоил всего четыре способности. Если бы каждый выучил по четыре разных — у него было бы шестнадцать! Даже без Сян Цзыюя, если трое выучат по три разные, он получит десять способностей. Для формирования Золотого Ядра ему нужны десять аномальных ядер и десять высших способностей! А вы так — как мне формировать ядро?!
— Наставник, ученица виновата! — Лин Си тотчас упала на колени.
— Ладно, вставай. Дома напишешь тысячу раз «я виновата». — Цао Чжэнь жестом велел ей подняться. Эту привычку падать на колени надо искоренить. По крайней мере, при посторонних. Иначе все преимущества достанутся другим.
Бэй Янь тут же спросил:
— Наставник, а «наставник — величайший» добавлять?
— Добавляй, — кивнул Цао Чжэнь. — Дома напишешь тысячу раз «наставник — величайший». Южун, проследишь за ним.
— Есть! — Янь Южун устремила на Бэй Яня взгляд, острый, как клинок.
Бэй Янь готов был расплакаться. «Зачем я вообще рот открыл?»
Сян Цзыюй же с полным одобрением заявил:
— Каждому — свою способность! Верно! Я всегда так считал. Эти ученики с других пиков — все учат одно и то же, что за скука? Пусть каждый учит своё! Недаром ты наставник главного героя — мыслишь нестандартно!
Цао Чжэнь не стал продолжать этот разговор. Он взмахнул рукой, доставая четыре диска формации:
— Я, вообще-то, пришёл несколько дней назад. Всё это время в Мастерской Бессмертного Оружия создавал формации. Как раз по одной на каждого.
Бэй Янь удивился:
— Формации? Наставник, вы ещё и формации создаёте? А почему они как тарелки?
Раздавая диски, Цао Чжэнь пояснил:
— Потому их и называют дисками формации. Эта формация зовётся Формацией Единственного Владыки Беспредельного. Можете попробовать. После её активации, где бы ты ни находился, ты всегда в средоточии формации. А противник, какие бы заклинания ни применял, — ты меняешь небо и землю. Пока он на этом диске, он всегда будет в проигрыше.
— Настолько сильна? Бэй Янь, давай попробуем! — Сян Цзыюй тотчас развернул диск, и под ногами возникла огромная формация, накрывшая и Бэй Яня.
Бэй Янь был в ужасе. «Почему опять я? Почему не старшая сестра, не вторая сестра? Когда это кончится? Младшая сестрёнка, когда же ты придёшь в Обитель Скрытого Дракона и спасёшь своего четвёртого брата?»
К счастью, Сян Цзыюй лишь проверил мощь формации, не став всерьёз спарринговать. Вскоре он убрал формацию и, взглянув на наставника, восхищённо произнёс:
— Сильно! Очень сильно! Я прямо чувствую, что в этой формации полностью подавляю брата.
Бэй Янь тоже закивал:
— Точно! В этой формации я могу выложиться лишь на восемь с лишним десятых, меньше девяти десятых своей силы. И главное — меня всё время подавляют! Вот что по-настоящему тяжело. Наставник, вы сказали, что всё это время создавали формации в Мастерской. То небесное бедствие — случайно не вы его вызвали?
Формация была настолько чудовищной, что он всерьёз заподозрил: не будь у второго брата формации, он бы его одолел.
— Верно, это я созданием формации вызвал небесное бедствие. Но бедствие вызвала не эта формация, а другая, которую я создал для старейшины Ай. — Цао Чжэнь вкратце рассказал о формации для Ай Юньци и добавил: — Не волнуйтесь, ваши формации на самом деле ещё страшнее. Со временем их можно будет улучшить. Пока материалов не хватает — пользуйтесь этими.
— Наставник, так небесное бедствие и вправду вызвали вы! Вы невероятно сильны! — Бэй Янь наконец научился говорить как надо.
На лице Сян Цзыюя не было удивления. Он с полной уверенностью заявил:
— Вот он, наставник главного героя! На последнем по рангу пике, презираемый всеми наставник, а на деле скрывает разные вспомогательные способности, чтобы вести главного героя к вершине шаг за шагом.
Янь Южун стояла в стороне, глядя на диск в руке, и молчала. Наставник — перерождённый великий практик, что удивительного, что он умеет создавать диски формаций?
Бэй Янь, договорив, перевёл взгляд на Сян Цзыюя и с вызовом произнёс:
— Брат, ты всё говоришь, что ты главный герой. А главный герой должен проходить через испытания. Слабо без формации со мной сразиться?
С формацией он чувствовал себя уверенно — конечно, при условии, что брат не станет использовать свою.
— Братец, твои мысли опасны. Бросать вызов главному герою — плохо кончается. — Сян Цзыюй размял кулаки. — Сегодня я покажу тебе, что бывает с теми, кто бросает вызов главному герою.
— Пойдём, пойдём! Здесь тесно, давай на арене. Договорились: ты не используешь формацию, а я могу! — Бэй Янь в возбуждении потащил Сян Цзыюя к выходу.
— Тук, тук, тук...
Едва он договорил, как раздался громкий стук в дверь, и следом послышался голос:
— Ученик Пика Падающих Цветов Цзысюань вызывает Трёх Сынов Скрытого Дракона!
Голос был таким громким, что донёсся и до заднего двора.
— Цзысюань? — Цао Чжэнь припомнил. — Это не тот ли, кто раньше был «Небом» среди Трёх Сынов Скрытого Дракона? Я слышал, вы его потом поколотили. Судя по голосу, полон сил. Раны залечил? Быстро восстановился.
— Ещё смеет нам бросать вызов! Брат, сестра, не надо, дайте мне! — Бэй Янь первым ринулся к выходу. «С братом и сёстрами мне не совладать, а этого-то я одолею? С диском Формации Единственного Владыки — да я его до слёз доведу!»
— Пойдём, заодно посмотрим, чему вы научились за эти дни, — Цао Чжэнь подозвал учеников и направился к выходу. Он знал, что Цзысюань уже сформировал девять ядер. Раньше он не был уверен, одолеет ли его Бэй Янь. Но теперь у Бэй Яня есть диск Формации Единственного Владыки.
У входа уже собралась толпа учеников Обители Скрытого Дракона. Столько дней прошло, и вот снова кто-то бросил вызов Трём Сынам Скрытого Дракона — да ещё и сам Цзысюань, сильнейший из прежних Трёх Сынов! Как тут не прийти поглазеть?
Прямо напротив входа стоял Цзысюань, один, гордый и надменный. Но его длинные волосы, сухие, секущиеся, спутанные, резали глаз. Это было нарочно. Его шевелюра после нескольких ударов Праведного метода Пяти Громов превратилась в это, и он нарочно не стригся. Это было напоминание о позоре. Он острижёт волосы лишь тогда, когда одолеет учеников Пика Четырёх Сокровищ и вернёт себе честь. И этот день — сегодня!
Поставьте, пожалуйста, «лайк» и «спасибо» этой главе — это поможет поднять рейтинг книги. Благодарю за понимание. Приятного погружения в атмосферу произведения.

Комментарии

Загрузка...