Взгляд Юй Суй был полон недоумения и непонимания.
Взгляд Юй Суй был полон недоумения и непонимания.
Наньгун Мин знал насколько сложно объяснять что-либо сидящей перед ним девочке, так что он решил быть краток.
Наньгун Мин знал насколько сложно объяснять что-либо сидящей перед ним девочке, так что он решил быть краток.
— Он некоторое время поживёт в особняке, а через пару дней пойдёт в Национальную Академию учиться вместе с тобой.
— Он некоторое время поживёт в особняке, а через пару дней пойдёт в Национальную Академию учиться вместе с тобой.
Юй Суй опустила голову, полистала страницы книги, что держала в руках и спросила:
Юй Суй опустила голову, полистала страницы книги, что держала в руках и спросила:
— Значит, я могу рассказать урок завтра?
— Значит, я могу рассказать урок завтра?
— Да, — ответил Наньгун Мин.
— Да, — ответил Наньгун Мин.
Девочка тут же схватила его за рукав, поднялась, поддерживаемая немой служанкой и другими, и тут же пошла к себе.
Девочка тут же схватила его за рукав, поднялась, поддерживаемая немой служанкой и другими, и тут же пошла к себе.
***
***
Вернувшись в свою комнату, Юй Суй легла и вздохнула про себя: даже в новой жизни она не могла избежать чтения, запоминания и пересказов.
Вернувшись в свою комнату, Юй Суй легла и вздохнула про себя: даже в новой жизни она не могла избежать чтения, запоминания и пересказов.
Едва она закрыла глаза, как Странное пламя вновь проявило активность. Юй Суй покрылась потом, её ладони стали влажными. Ей пришлось выползти из кровати и пойти в ванную, что находилась за занавеской.
Едва она закрыла глаза, как Странное пламя вновь проявило активность. Юй Суй покрылась потом, её ладони стали влажными. Ей пришлось выползти из кровати и пойти в ванную, что находилась за занавеской.
Вода в ванной всё ещё была тёплой. Юй Суй встала на стул и склонилась над ванной, глядя на своё отражение в воде. По её лицу струился пот, капая на воду.
Вода в ванной всё ещё была тёплой. Юй Суй встала на стул и склонилась над ванной, глядя на своё отражение в воде. По её лицу струился пот, капая на воду.
Юй Суй понимала, что так не может продолжаться и дальше. Если немая служанка однажды увидит такое, она определённо расскажет обо всём госпоже Су и у неё будут проблемы.
Юй Суй понимала, что так не может продолжаться и дальше. Если немая служанка однажды увидит такое, она определённо расскажет обо всём госпоже Су и у неё будут проблемы.
Когда вода полностью остыла, Юй Суй нырнула в неё головой вперёд. Погрузившись целиком под воду, она открыла глаза. В рябящей воде она видела колебания света и тени. Её отделившееся сознание видело её со стороны; в её чрезвычайно чёрных зрачках возник язычок пламени.
Когда вода полностью остыла, Юй Суй нырнула в неё головой вперёд. Погрузившись целиком под воду, она открыла глаза. В рябящей воде она видела колебания света и тени. Её отделившееся сознание видело её со стороны; в её чрезвычайно чёрных зрачках возник язычок пламени.
Юй Суй скрепила сердце и злобно крикнула Странному пламени выйти.
Юй Суй скрепила сердце и злобно крикнула Странному пламени выйти.
В комнате послышался плеск воды. Едва не задохнувшаяся Юй Суй выплыла на поверхность. Её мокрые длинные волосы прилипли к коже, с неё стекали капли воды.
В комнате послышался плеск воды. Едва не задохнувшаяся Юй Суй выплыла на поверхность. Её мокрые длинные волосы прилипли к коже, с неё стекали капли воды.
Жар остался.
Жар остался.
Юй Суй подняла руку. На её бледных кончиках пальцах горело небольшое пламя.
Юй Суй подняла руку. На её бледных кончиках пальцах горело небольшое пламя.
Она сжала руку в кулак и пламя исчезло. Открыла пятерню и пламя появилось вновь.
Она сжала руку в кулак и пламя исчезло. Открыла пятерню и пламя появилось вновь.
Постепенно Наньгун Суй всё же освоила призыв Странного пламени. Целая ночь пролетела в практике призыва.
Постепенно Наньгун Суй всё же освоила призыв Странного пламени. Целая ночь пролетела в практике призыва.
Пламя, размером примерно с ноготь, испарило всю воду с пола и высушило волосы и одежду девушки.
Пламя, размером примерно с ноготь, испарило всю воду с пола и высушило волосы и одежду девушки.
***
***
На следующий день Наньгун Суй как обычно полусонно села в карету и отправилась в Национальную Академию. Прибыв туда, она положила голову на парту и заснула.
На следующий день Наньгун Суй как обычно полусонно села в карету и отправилась в Национальную Академию. Прибыв туда, она положила голову на парту и заснула.
Учитель, стоявший на кафедре, смотрел на неё и мысленно непрерывно вздыхал.
Учитель, стоявший на кафедре, смотрел на неё и мысленно непрерывно вздыхал.
Принцесса Шанъян, подперев голову одной рукой, спросила её:
Принцесса Шанъян, подперев голову одной рукой, спросила её:
— Почему ты каждый день спишь?
— Почему ты каждый день спишь?
Юй Суй сменила позу, уткнулась лицом в сгиб локтя и пробормотала:
Юй Суй сменила позу, уткнулась лицом в сгиб локтя и пробормотала:
— Потому что ночью надо учить наизусть и пересказывать.
— Потому что ночью надо учить наизусть и пересказывать.
Услышав ответ принцесса Шанъян ещё долго смеялась.
Услышав ответ принцесса Шанъян ещё долго смеялась.
В отличие от вялой Юй Суй, шестилетняя принцесса Шанъян каждый день была полна энергии и вместе со своими маленькими подружками хозяйничала в Национальной Академии.
В отличие от вялой Юй Суй, шестилетняя принцесса Шанъян каждый день была полна энергии и вместе со своими маленькими подружками хозяйничала в Национальной Академии.
***
***
На закате Наньгун Суй вместе со своими тремя братьями вернулась в особняк.
На закате Наньгун Суй вместе со своими тремя братьями вернулась в особняк.
Она была настолько уставшей, что едва могла ходить прямо и даже чуть не упала, выбираясь из кареты.
Она была настолько уставшей, что едва могла ходить прямо и даже чуть не упала, выбираясь из кареты.
Увидевшие это старшие братья переглянулись с разными выражениями на лицах. Наньгун Суй протёрла глаза и заковыляла внутрь.
Увидевшие это старшие братья переглянулись с разными выражениями на лицах. Наньгун Суй протёрла глаза и заковыляла внутрь.
В последнее время, Наньгун Суй стояла на коленях по два часа каждую ночь. После возвращения, ей требовался ещё час массажа, чтобы она могла нормально ходить на следующий день.
В последнее время, Наньгун Суй стояла на коленях по два часа каждую ночь. После возвращения, ей требовался ещё час массажа, чтобы она могла нормально ходить на следующий день.
Госпожа Су подразумевала, что лишь когда Наньгун Суй закончит пересказ всех книг, заданных учителями, она сможет перестать вставать на колени.
Госпожа Су подразумевала, что лишь когда Наньгун Суй закончит пересказ всех книг, заданных учителями, она сможет перестать вставать на колени.
Сегодня Юй Суй стояла на коленях перед дверью госпожи Су и от скуки размышляла. Дверь не открывалась, рядом никого не было. Она подумала, нельзя ли схитрить, и уже собиралась встать, как дверь изнутри открылась, и она в испуге снова опустилась на колени.
Сегодня Юй Суй стояла на коленях перед дверью госпожи Су и от скуки размышляла. Дверь не открывалась, рядом никого не было. Она подумала, нельзя ли схитрить, и уже собиралась встать, как дверь изнутри открылась, и она в испуге снова опустилась на колени.
Из комнаты вышел тот мальчик, которого прошлой ночью привёл Наньгун Мин.
Из комнаты вышел тот мальчик, которого прошлой ночью привёл Наньгун Мин.
Он переоделся в чистую одежду: тёмные длинные штаны, белая верхняя рубашка, чёрный пояс плотно затянут. Хотя одежда была простой, ткань была такой же дорогой, как у трех принцев в княжеском дворце.
Он переоделся в чистую одежду: тёмные длинные штаны, белая верхняя рубашка, чёрный пояс плотно затянут. Хотя одежда была простой, ткань была такой же дорогой, как у трех принцев в княжеском дворце.
Мальчик, похоже, тоже не ожидал увидеть Юй Су на коленях снаружи. Он на мгновение растерялся и тихо сказал:
Мальчик, похоже, тоже не ожидал увидеть Юй Су на коленях снаружи. Он на мгновение растерялся и тихо сказал:
— Я тут один.
— Я тут один.
А значит госпожи Су не было внутри.
А значит госпожи Су не было внутри.
Юй Суй поднялась.
Юй Суй поднялась.
Она посмотрела на незнакомого мальчика, стоящего перед ней. Он мог быть важен для Наньгун Мина.
Она посмотрела на незнакомого мальчика, стоящего перед ней. Он мог быть важен для Наньгун Мина.
Наньгун Суй наклонилась, чтобы потереть колени.
Наньгун Суй наклонилась, чтобы потереть колени.
— Кто ты и что здесь делаешь? — с наивным видом спросила она.
— Кто ты и что здесь делаешь? — с наивным видом спросила она.
Мальчик не ответил. Он вышел наружу и сказал, уже когда прошёл мимо неё:
Мальчик не ответил. Он вышел наружу и сказал, уже когда прошёл мимо неё:
— Я не останусь здесь. Поблагодари свою мать от моего имени.
— Я не останусь здесь. Поблагодари свою мать от моего имени.
Его удаляющаяся фигура была целеустремленной, но в то же время беззаботной.
Его удаляющаяся фигура была целеустремленной, но в то же время беззаботной.
Наньгун Суй, наклонив голову, смотрела на него, пока он не скрылся из вида.
Наньгун Суй, наклонив голову, смотрела на него, пока он не скрылся из вида.
Она прекрасно понимала, что бедному мальчику явно не суждено уйти.
Она прекрасно понимала, что бедному мальчику явно не суждено уйти.
***
***
На следующий день, когда Наньгун Суй медленно вышла к центральным вратам особняка, она увидела Наньгун Мина, возвращающимся с тем мальчиком, по которому было видно, что он не хочет возвращаться.
На следующий день, когда Наньгун Суй медленно вышла к центральным вратам особняка, она увидела Наньгун Мина, возвращающимся с тем мальчиком, по которому было видно, что он не хочет возвращаться.
Три старших брата покорно поприветствовали своего отца.
Три старших брата покорно поприветствовали своего отца.
Наньгун Мин промычал ответные приветствия о как ни в чём не бывало подтащил мальчика к себе.
Наньгун Мин промычал ответные приветствия о как ни в чём не бывало подтащил мальчика к себе.
— Его зовут Гу Цянь. С завтрашнего дня он будет посещать Национальную Академию вместе с тобой.
— Его зовут Гу Цянь. С завтрашнего дня он будет посещать Национальную Академию вместе с тобой.
Наньгун Суй была уверена, что у всех троих её старших братьев промелькнула в тот момент одна мысль: отец привёл домой ещё одного незаконнорожденного сына.
Наньгун Суй была уверена, что у всех троих её старших братьев промелькнула в тот момент одна мысль: отец привёл домой ещё одного незаконнорожденного сына.
Юй Суй же сомневалась в том, что Гу Цянь является бастардом Наньгун Мина. Из того что она знала об этом человеке, если бы это был его ребёнок, он бы уже публично объявил об этом.
Юй Суй же сомневалась в том, что Гу Цянь является бастардом Наньгун Мина. Из того что она знала об этом человеке, если бы это был его ребёнок, он бы уже публично объявил об этом.
Семилетний Гу Цянь был бунтарём, открыто возражающим Наньгун Мину. Если Наньгун Мин говорил ему идти на запад, Гу Цянь тут же начинал поворачиваться на восток.
Семилетний Гу Цянь был бунтарём, открыто возражающим Наньгун Мину. Если Наньгун Мин говорил ему идти на запад, Гу Цянь тут же начинал поворачиваться на восток.
Гу Цянь не походил на других детей в особняке. Он был подобен свободно растущей траве, совершенно не боясь Наньгун Мина. Даже если бы его прижали бы к земле и начали избивать, он всё равно бы не сдался и посмел бы повторить содеянное на следующий день.
Гу Цянь не походил на других детей в особняке. Он был подобен свободно растущей траве, совершенно не боясь Наньгун Мина. Даже если бы его прижали бы к земле и начали избивать, он всё равно бы не сдался и посмел бы повторить содеянное на следующий день.
Только знакомые с Наньгун Мином знали, насколько снисходительным он был по отношению к Гу Цяню. Гу Цянь почти никогда не ощущал давления от Наньгун Мина.
Только знакомые с Наньгун Мином знали, насколько снисходительным он был по отношению к Гу Цяню. Гу Цянь почти никогда не ощущал давления от Наньгун Мина.
Наньгун Суй видела, что Гу Цянь важен Наньгун Мину. Что же касается её старших братьев, то их мнения о Гу Цяне отличались.
Наньгун Суй видела, что Гу Цянь важен Наньгун Мину. Что же касается её старших братьев, то их мнения о Гу Цяне отличались.
Старший брат остался как всегда стойким, относясь к Гу Цяню с любопытством.
Старший брат остался как всегда стойким, относясь к Гу Цяню с любопытством.
Остальные двое лишь закатили глаза, увидев Гу Цяня. Они, держась за руки, прошли мимо него, игнорируя «приёмного сына», подобранного их отцом.
Остальные двое лишь закатили глаза, увидев Гу Цяня. Они, держась за руки, прошли мимо него, игнорируя «приёмного сына», подобранного их отцом.
Чтобы больше не стоять на коленях и не заучивать книги по приказу госпожи Су, Юй Су сама вызвалась учиться вместе с Гу Цянем и сказала госпоже Су:
Чтобы больше не стоять на коленях и не заучивать книги по приказу госпожи Су, Юй Су сама вызвалась учиться вместе с Гу Цянем и сказала госпоже Су:
— Мы с братом Гу вместе читаем книги. Не может же быть, чтобы я стояла на коленях, а он стоял в полный рост? Брат Гу говорит, что ему тоже неловко.
— Мы с братом Гу вместе читаем книги. Не может же быть, чтобы я стояла на коленях, а он стоял в полный рост? Брат Гу говорит, что ему тоже неловко.
Гу Цянь стоял рядом, слушая, как она несёт какую-то чушь, но не возражая. Госпожа Су молчаливо приняла её объяснение.
Гу Цянь стоял рядом, слушая, как она несёт какую-то чушь, но не возражая. Госпожа Су молчаливо приняла её объяснение.
Наньгун Мин был очень доволен тем, что Юй Су сама сближается с Гу Цянем. Впоследствии, что бы он ни делал, он брал с собой этих двоих детей, создавая им больше возможностей.
Наньгун Мин был очень доволен тем, что Юй Су сама сближается с Гу Цянем. Впоследствии, что бы он ни делал, он брал с собой этих двоих детей, создавая им больше возможностей.
Пусть Гу Цянь и был весьма упрямым и не кланялся ни небесам, ни земле, он был довольно умён.
Пусть Гу Цянь и был весьма упрямым и не кланялся ни небесам, ни земле, он был довольно умён.
Когда он впервые прибыл в Национальную Академию, учителя, не знающие его происхождения, решили усложнить ему жизнь. Кто бы мог подумать, что он всё поймёт, ответит на все вопросы и будет подавлять своим присутствием?
Когда он впервые прибыл в Национальную Академию, учителя, не знающие его происхождения, решили усложнить ему жизнь. Кто бы мог подумать, что он всё поймёт, ответит на все вопросы и будет подавлять своим присутствием?
Его острый язык заставлял лица учителей менять цвет, когда они в ярости уходили с позором.
Его острый язык заставлял лица учителей менять цвет, когда они в ярости уходили с позором.
Так Гу Цянь стал знаменит и приобрёл покровительство принцессы Шанъян. Она постоянно следовала за ним и, чем больше Гу Цянь игнорировал её, тем активнее становилась принцесса Шанъян.
Так Гу Цянь стал знаменит и приобрёл покровительство принцессы Шанъян. Она постоянно следовала за ним и, чем больше Гу Цянь игнорировал её, тем активнее становилась принцесса Шанъян.
Учителя хотели наказать Гу Цяня, но получили предупреждения из особняка принца Наньгуна.
Учителя хотели наказать Гу Цяня, но получили предупреждения из особняка принца Наньгуна.
***
***
Когда Наньгун Суй вернулась домой, она услышала перешёптывания второго и третьего братьев.
Когда Наньгун Суй вернулась домой, она услышала перешёптывания второго и третьего братьев.
— Когда у нас возникают проблемы в Академии, отец никак не реагирует. Но когда у этого дикаря возникли проблемы, управляющий Сюй лично отправился в Академию. Какое раздражающее отличие в отношении.
— Когда у нас возникают проблемы в Академии, отец никак не реагирует. Но когда у этого дикаря возникли проблемы, управляющий Сюй лично отправился в Академию. Какое раздражающее отличие в отношении.
Третий брат фыркнул.
Третий брат фыркнул.
— У него нет ни имени, ни титула, чего вообще о нём беспокоиться.
— У него нет ни имени, ни титула, чего вообще о нём беспокоиться.
Они зашли за угол и увидели стоящую там Наньгун Суй.
Они зашли за угол и увидели стоящую там Наньгун Суй.
Наньгун Сун нерешительно вжалась в стену, чтобы пропустить их.
Наньгун Сун нерешительно вжалась в стену, чтобы пропустить их.
— Я ничего не слышала.
— Я ничего не слышала.
Братья: «...»
Братья: «...»
Могла вообще ничего не говорить!
Могла вообще ничего не говорить!
Учитывая то, что она была официальной наследницей Наньгун Мина, два брата несколько раз переменились в лице, прежде чем закрыть рты и пойти своим путём.
Учитывая то, что она была официальной наследницей Наньгун Мина, два брата несколько раз переменились в лице, прежде чем закрыть рты и пойти своим путём.
Наньгун Суй и не думала, что её статус был такой благородный.
Наньгун Суй и не думала, что её статус был такой благородный.
Пусть три принца и не смогли заслужить особенную благосклонность Наньгун Мина, он не отвергал своих сыновей. Принцы имели весь полагающийся им статус и уважение, а в дополнение и поддержку своих матерей.
Пусть три принца и не смогли заслужить особенную благосклонность Наньгун Мина, он не отвергал своих сыновей. Принцы имели весь полагающийся им статус и уважение, а в дополнение и поддержку своих матерей.
У Наньгун Суй ситуация была несколько иной.
У Наньгун Суй ситуация была несколько иной.
Для своих родителей она была лишь инструментом и поводом для кооперации. Отношение её матери было очевидно: она никогда не станет ей так же важна, как её старшая сестра Цин Куй.
Для своих родителей она была лишь инструментом и поводом для кооперации. Отношение её матери было очевидно: она никогда не станет ей так же важна, как её старшая сестра Цин Куй.
А ещё она несла метку Разрушителя мира. Если об этом узнают, её ненадёжные родители не смогут остановить практиков из всех Девяти школ по всему миру.
А ещё она несла метку Разрушителя мира. Если об этом узнают, её ненадёжные родители не смогут остановить практиков из всех Девяти школ по всему миру.
Да что там «не смогут остановить», они могут и сами нанести первый удар.
Да что там «не смогут остановить», они могут и сами нанести первый удар.
Наньгун Суй перевела взгляд с удаляющихся братьев и потёрла лицо, мысленно вздыхая. К счастью разумом она была взрослая. Если бы она и правда была шестилетним ребёнком, кто знает, сколько раз она бы уже умерла.
Наньгун Суй перевела взгляд с удаляющихся братьев и потёрла лицо, мысленно вздыхая. К счастью разумом она была взрослая. Если бы она и правда была шестилетним ребёнком, кто знает, сколько раз она бы уже умерла.
***
***
Прошла весна, настало лето. Наньгун Суй стало всё сложнее выносить неугомонность Странного пламени после захода солнца. К счастью немая служанка и прочие слуги оставляли вещи, помогающие охладиться.
Прошла весна, настало лето. Наньгун Суй стало всё сложнее выносить неугомонность Странного пламени после захода солнца. К счастью немая служанка и прочие слуги оставляли вещи, помогающие охладиться.
Таково было преимущество бытия принцессой особняка.
Таково было преимущество бытия принцессой особняка.
Управляющий Суй прислал ей нефритовый камень Людань — примерно метр с лишним высотой, цвета морской воды, прозрачно-лазурный, вырезанный в форме веера. Он излучал холод, способный охладить весь двор, где жила Юй Суй, даже в самую жаркую летнюю пору.
Управляющий Суй прислал ей нефритовый камень Людань — примерно метр с лишним высотой, цвета морской воды, прозрачно-лазурный, вырезанный в форме веера. Он излучал холод, способный охладить весь двор, где жила Юй Суй, даже в самую жаркую летнюю пору.
Но не мог подавить жар Странного пламени.
Но не мог подавить жар Странного пламени.
Юй Суй в тайне изучала Странное пламя каждую ночь.
Юй Суй в тайне изучала Странное пламя каждую ночь.
Она с досадой смотрела на маленькое пламя, горящее на кончике пальца, и вздыхала.
Она с досадой смотрела на маленькое пламя, горящее на кончике пальца, и вздыхала.
— Какая от тебя польза?
— Какая от тебя польза?
Пока что пламя было способно разве что согреть в зиму.
Пока что пламя было способно разве что согреть в зиму.
Она призывала Странное пламя каждую ночь и отделяла своё сознание, чтобы осмотреть его.
Она призывала Странное пламя каждую ночь и отделяла своё сознание, чтобы осмотреть его.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...