Тишина лаборатории Чэнь Чжо казалась еще более густой из-за монотонного гудения техники.
Стоило толкнуть тяжелые створки дверей, как открывался вид на дюжину компьютеров Пентиум и две рабочие станции, пахавшие круглые сутки. Низкочастотный гул кулеров в системных блоках звучал как неутомимая колыбельная.
Чэнь Чжо сидел за удаленной рабочей станцией у самого входа.
Прежде здесь стоял пустой стол, заваленный старым хламом. Чжан расчистил его и притащил удобное офисное кресло на колесиках.
В тот момент Чэнь Чжо низко склонил голову, вчитываясь в раскрытые на столе «Основы аэродинамики».
Книга была невероятно толстой, в глубокой старомодной синей обложке, а её страницы пестрели сложными уравнениями в частных производных и схемами движения жидкостей.
Зевнув, Чжан подошел от главного пульта управления, сжимая в руке эмалированную кружку с надписью «Труд облагораживает человека».
Он направился к кулеру, налил в кружку чуть больше половины горячей воды, бухнул туда три пакетика «Нескафе» и размешал потрепанной стеклянной палочкой.
Проходя мимо рабочего места Чэнь Чжо, Чжан остановился.
Он наклонился, чтобы заглянуть в книгу на столе, перевёл взгляд на спокойное, сосредоточенное лицо Чэнь Чжо и невольно улыбнулся.
— Ух, ну и тоска же эта книжка, да?
Чжан подул на поднимающийся от кружки пар.
— Когда я сам только поступил в аспирантуру, два месяца убил на эти «Основы». Каждый вечер в общежитии засыпал над ними прямо с концами. Формулы гидродинамики там просто вынесут мозг.
Чэнь Чжо отложил в сторону черную гелевую ручку и поднял голову.
Он бросил взгляд на темные круги под глазами Чжана, а затем снова посмотрел на увесистый фолиант перед собой.
— Нормально.
Чэнь Чжо чуть откинулся на спинку кресла, и в его голосе зазвучали мягкие нотки.
— Логика вполне стройная. Вот только толщины маловато. Если использовать её вместо подушки, шея будет затекать.
Чжан на секунду замер, а затем фыркнул и расхохотался так громко, что едва не плеснул горячим кофе.
— Ну ты и жук. С виду такой тихоня и интеллигент, а кусаешься больно.
Чжан погрозил ему стеклянной палочкой.
— Эту учебную книгу составили старые мастера нашей страны по гидродинамике, а ты жалуешься, что она тонкая?
Чэнь Чжо лишь улыбнулся и ничего не ответил.
— Ладно, грызи гранит дальше. Только не перенапрягайся. В этом сходу не разберешься. Застрянет что-то — чиркни на бумажке, я за обедом помогу разобраться.
Дав совет, Чжан поплелся со своим ядреным кофе обратно к главному пульту управления, который трепал ему столько нервов.
Чэнь Чжо отвел взгляд, и его глаза снова вернулись к страницам книги.
Чжан думал, что он надрывается.
Но это было не так.
Чистая математика требовала абсолютной строгости и логической самосогласованности; она напоминала возведение безупречного воздушного замка на чистом листе бумаги.
Впрочем, математика в гидродинамике больше напоминала ковыряние в грязи. Там вечно приходилось вводить всякие грубые коэффициенты, граничные условия и эмпирические формулы, чтобы хоть как-то примирить теорию с суровой реальностью.
Он читал с невероятной скоростью.
Дело было вовсе не в привычке проглатывать текст по диагонали — просто его математическая база оказалась на недосягаемой высоте.
Вывод уравнений в частных производных, над которыми в своею время ломали головы Чжан и остальные, в глазах Чэнь Чжо выглядел проще пареной репы.
Ему не требовалось разбираться, откуда берутся формулы; ему достаточно было в уме связать их с соответствующим физическим смыслом.
В пятницу, в конце первой недели работы Чэнь Чжо в лаборатории, Алхимик провел традиционное еженедельное совещание проектной группы.
Конференц-зал находился в дальнем конце коридора. Кондиционер не работал, и для вентиляции были приоткрыты всего два окна.
— Сяочжоу, сегодня ты здесь просто в качестве слушателя.
Алхимик сел во главе стола и указал на самое дальнее место у длинного конференц-стола.
— Никакого давления. Считай это возможностью прочувствовать реальную атмосферу нашей исследовательской группы.
Чжан даже специально сходил за бумажным стаканчиком с теплой водой и поставил его рядом с рукой Чэнь Чжо, обращаясь с ним как с талисманом, пришедшим просто поглазеть.
Его слова потонули в сгустившейся атмосфере совещания.
Стоило прозвучать отчетам о прогрессе по различным подпроектам, как Чжан и несколько других магистрантов и аспирантов, отвечавших за обработку данных, тут же принялись ожесточенно спорить.
— Мы не можем получить базовые данные по давлению воздуха для головной части поезда, поэтому я даже параметры для своей моделифлаттера ввести не в состоянии!
Короткостриженая старшая научная сотрудница перелистнула отчет, глубоко нахмурив брови.
— И что мне делать, если симуляция валится на критической точке?
Чжан запустил пальцы в растрепанные волосы, изобразив на лице абсолютную беспомощность.
— Адаптивное измельчение сетки уже выкручено на максимум! Если мы начнем дробить её дальше, у лабораторных компов элементарно не хватит оперативной памяти. Материнские платы просто сгорят!
— Но нельзя же просто так отмахиваться от пика микроударной волны! Как только пограничный слой разделяется, все расчеты эффекта вихревой дорожки в хвосте лет к чертям. От них вообще никакого толка!
Конференц-зал наполнился напряжением и градом мудреных, запутанных терминов из области гидродинамики.
Чэнь Чжо молча сидел на дальнем конце длинного стола, не произнося ни слова.
Он просто держал в руке черную гелевую ручку и аккуратно записывал на чистом листе бумаги то и дело всплывавшие в спорах старших товарищей ключевые термины и идеи.
Совещание затянулось больше чем на два часа и наконец завершилось ничем, прерванное тяжелым вздохом Алхимика.
[Прошло еще несколько дней.].
[Утро пролетело незаметно.].
Ближе к полудню сотрудники лаборатории стали потихоньку собираться в столовую на обед.
Чэнь Чжо захлопнул книгу и вытащил исписанный листок бумаги, который лежал между страницами.
Аккуратным почерком на нем было выведено всего несколько слов.

Комментарии

Загрузка...