Ши Хэн указала на салфетки перед Тянь Сыинь:
— Прошу прощения, не могли бы вы дать мне одну салфетку?
— Конечно, — Тянь Сыинь отложила палочки, вытянула несколько штук и протянула их Ши Хэн.
Ши Хэн поблагодарила её, взяла салфетки, но не ушла, а осталась стоять на месте, пристально глядя на девушку.
Тянь Сыинь в недоумении коснулась своего лица:
— Что-то случилось? У меня что-то на лице?
Ши Хэн покачала головой и неторопливо вытерла рот:
— Я вижу, что в последнее время вам грозит кровавая беда. Просто хотела предупредить: будьте осторожны и семь раз отмерьте, прежде чем что-то предпринять, иначе в глуши вас некому будет спасти.
Она говорила это из лучших побуждений, но лицо Тянь Сыинь тут же изменилось. Сидевший рядом с ней Цзян Шухао с грохотом хлопнул по столу и вскочил на ноги.
— Ты с ума сошла? Это у тебя кровавая беда! У моей девушки всё прекрасно. Не смей нести здесь всякий бред, сумасшедшая! Думаешь, я не могу вызвать полицию, чтобы тебя забрали? — он тыкал пальцем в Ши Хэн и громко бранился, мгновенно приковав к себе внимание всех посетителей лапшичной.
Владелец заведения поспешно вышел из кухни:
— Что случилось? Давайте спокойно, без ссор.
Цзян Шухао сердито выпалил:
— Хозяин, как вы вообще пускаете сюда кого попало? Эта психопатка с порога заявляет, что у моей девушки кровавая беда. Она же намеренно это делает!
Тянь Сыинь потянула его за рукав:
— Со мной всё в порядке, тише ты.
Цзян Шухао повернулся к ней, пытаясь успокоить:
— Детка, не дай себя обмануть. Такие люди просто хотят денег. Они специально запугивают, чтобы потом всучить какой-нибудь товар.
— Правда? — Тянь Сыинь посмотрела на невозмутимую Ши Хэн. Она совсем не была похожа на плохую девушку.
Владелец лапшичной, примерно поняв суть дела, достал из кармана пять юаней и сунул их Ши Хэн:
— Девушка, ну что ты за человек? Зачем заниматься обманом? Вот тебе пять юаней, уходи поскорее и не дури мне здесь голову.
С этими словами он попытался вытолкать её на улицу. Однако Ши Хэн, словно набравшись сил, стояла как вкопанная — сдвинуть её с места не удавалось.
Она не сводила глаз с Тянь Сыинь:
— Я не обманываю. У вас темнеет в области межбровья, в доме жизни видны дурные знаки. В течение трех дней возможна кровавая рана. В ближайшее время старайтесь не ходить по ночам и не прикасаться к железным предметам...
Цзян Шухао окончательно вышел из себя и швырнул в Ши Хэн салфеткой:
— Я тебя спрашиваю, ты когда-нибудь заткнешься? Еще говоришь, что не мошенница! Все ваши байки одинаковые, ничем не отличаются от тех, что травят под мостом.
Ши Хэн наклонила голову, уклоняясь от летящего предмета, и перевела взгляд с Тянь Сыинь на него:
— Чего ты так нервничаешь? Я попала в больное место?
— Ты! — Цзян Шухао с силой отодвинул стул и рванулся вперед.
Парень с крашеными волосами, поняв, что дело принимает плохой оборот, вскочил и перегородил ему путь:
— Ладно, ладно! Уходи поскорее, пока мы не разозлились по-настоящему. Не хочу, чтобы о нас говорили, будто мы обижаем девушку.
Он покачал головой, призывая Ши Хэн замолчать.
Тянь Сыинь достала из сумки стоюаньную купюру и протянула Ши Хэн:
— Пожалуйста, хватит. Я не поведусь на твои уловки, но вижу, что тебе, девушке, тоже нелегко. Возьми деньги и уходи!
— Детка, зачем ты даешь ей деньги? Она же мошенница! — Цзян Шухао, которого удерживали друзья, покраснел от ярости. — Отпустите меня! Сегодня я точно с ней разберусь.
— Да успокойся ты, закрой рот! Ты что, правда хочешь в отделение полиции? — Ван Цзыхао едва сдерживал его, а другой парень с черными волосами поспешил на помощь.
— Брат Хао, не злись. Раз уж ты знаешь, что она лгунья, не стоит марать руки, чтобы потом не оказаться за решеткой, — приговаривал Чэн Вэй, пытаясь остудить его пыл.
Владелец лапшичной продолжал выпроваживать Ши Хэн, вежливо уговаривая:
— Девушка, уходи, а? Я верну тебе деньги за лапшу, только не мешай работать.
Он вытащил еще двадцать юаней, но Ши Хэн не взяла их. Отмахнувшись от хозяина, она положила ладонь на плечо Тянь Сыинь и слегка похлопала.
— Я сказала всё, что хотела. Подумайте хорошенько. Если с вами что-то случится, как сильно будут горевать ваши близкие? Особенно... ваш котик Юаньбао.
Последние слова Ши Хэн произнесла так тихо, что услышала их только Тянь Сыинь. Девушка застыла, оцепенело позволяя похлопывать себя по плечу.
Ши Хэн, закончив, подхватила рюкзак и вышла. Взглянув на пышущего гневом Цзян Шухао, она лишь насмешливо изогнула губы.
— Ты еще смеешь провоцировать меня! — Цзян Шухао взорвался. Он никогда не видел настолько наглых людей и был готов броситься и ударить её.
— Не злись, она ушла, — Ван Цзыхао с силой усадил его обратно на стул. — Мы приехали сюда отдыхать, а не драться. У неё не всё в порядке с головой, не стоит обращать внимание.
Цзян Шухао сердито выпил стакан воды, но в итоге прислушался и больше не проявлял агрессии. Он пододвинул стул ближе к Тянь Сыинь и, заметив, что она всё еще о чем-то думает, смягчил тон:
— Детка, ты не испугалась? Это же просто сумасшедшая, ни в коем случае не верь её словам.
— Как-то раз возле школы, на мосту, я встретил одного старика. Он с порога начал заливать про кровавую беду. Я тогда, глядя на его серьезный вид, даже испугался и начал спрашивать, как это исправить. И знаешь, что он ответил?
Тянь Сыинь сузила глаза и, повернув голову, спросила:
— Что?
Цзян Шухао кашлянул, погладил несуществующую бороду и, покачиваясь из стороны в сторону, пафосно произнес:
— Юноша, наша встреча — это судьба, а чтобы отвести беду, нужны деньги.
— Пф-ф! — Ван Цзыхао не сдержал смеха. — Серьезно? Брат Хао, с тобой правда такое было?
— Конечно! Как только я это услышал, сразу понял, что меня пытаются развести, и от души обложил мошенника бранью. Иначе он бы вытянул из меня все деньги на карманные расходы за месяц.
Цзян Шухао повернул голову Тянь Сыинь к себе, глядя прямо в глаза:
— Так что, детка, не бойся. Я рядом, и я никому не позволю тебя обидеть.
— Угу, — Тянь Сыинь улыбнулась ему, но, касаясь своей шеи, чувствовала, что внутри у неё всё перепуталось.
***
Ши Хэн доехала на такси до входа в живописную зону Цзыцишань. Она не стала покупать билет, чтобы войти через главный вход, а обошла территорию кругом, отыскав неприметную тропинку, ведущую в горы. Это был маршрут, известный только ей; обычный человек никогда бы не нашел эту дорогу.
Прошло четыре года, и тропа заросла сорняками, а следы человеческих ног окончательно исчезли. Ши Хэн сломала ветку, чтобы прокладывать путь, и, уверенно ступая по веткам и камням, быстро поднялась в гору.
Даосский монастырь находился в самой глубине леса, и к нему вели запутанные тропы. Она шла два часа, пока не добралась до вершины.
Наверху, как и всегда, было тихо. Старое здание пряталось в лесной чаще. Оно было очень древним: стены потрескались, храня на себе следы времени.
Пробравшись сквозь колючий кустарник к воротам монастыря, она увидела пару каменных львов, которые по-прежнему величественно восседали по обе стороны от ступеней. Ши Хэн, не снимая рюкзака, стояла у подножия и смотрела на табличку над входом.
Надпись на ней почти стерлась, но всё еще можно было разобрать три иероглифа: Тянь Сюань Мэнь. Глядя на знакомую вывеску, она почувствовала легкую ностальгию.
— Учитель, я вернулась.

Комментарии

Загрузка...