Звонок, его голос звучит с улыбкой:
— Я в вестибюле вашей гостиницы.
Я набросила пуховик и побежала вниз. Господин Линь ждал у лифта, весь сияя, и в его бодром виде не осталось ни следа недавней усталости.
Однако, стоило ему увидеть меня, как улыбка исчезла. Он строго уставился на меня, окинув взглядом с ног до головы. От этого взгляда во мне проснулись сильнейшие сомнения в собственной адекватности... Хотя перед тем как спуститься, я ведь точно смотрелась в зеркало!
Наконец он заговорил:
— Где мой подарок?
С этими словами он протянул левую руку — запястье было совершенно пустым, прежние часы он уже снял.
Я потеряла дар речи. Среди ночи примчался ко мне только ради этого?!
— Наверху остался, я не взяла.
С какой стати являться сюда и требовать подарок, словно коллектор? Я возмущенно парировала вопросом:
— А у меня есть подарок?
— Я тоже не привез, — серьезно ответил он. — Может, сходишь заберешь?
Это еще что значит... «сходи заберешь»?
Я слегка засомнилась, правильно ли всё поняла, и нерешительно спросила:
— Заберу куда?
Его ответ прозвучал предельно невозмутимо:
— Ко мне домой.
Я остолбенела.
Он продолжил со спокойным видом:
— Вообще-то у меня есть скрытая цель.
Я... я, конечно, догадывалась, что у тебя есть скрытая цель, среди ночи-то... но чтобы так открыто заявлять об этом?!
— Видишь ли, — неторопливо пояснил он, — в моей жизни в ближайшее время, судя по всему, произойдут большие перемены, так что и жилье требует соответствующих корректировок. Я собираюсь в ближайшее время заняться переобустройством.
— Так не желает ли мисс Не, из-за которой и цепь этих перемен запустилась, заглянуть в гости и высказать свое мнение?
Погодите-погодите, дайте мне сообразить.
В его жизни недавно произошли перемены — первопричина я — значит, из-за меня — он намерен переобустроить квартиру...
Значит, в переводе на нормальный язык...
Тут до меня дошло окончательно, и, пока я не воспламенилась от стыда, я со скоростью света отступила на шаг назад:
— Я спать, пока-пока-пока!
Как назло, как раз открылись двери лифта, я тут же попыталась нырнуть внутрь, но Линь Юйсэнь среагировал мгновенно и крепко схватил меня за руку.
Иностранец, только что вышедший из лифта, испуганно уставился на нас. Он затараторил на каком-то языке, явно пытаясь прийти мне на помощь.
Линь Юйсэнь заслонил меня собой и тоже выпалил целую тираду в ответ. Они говорили слишком быстро, к тому же у иностранного парня был легкий акцент, а с моим бедноватым английским я не сразу всё уловила.
Иностранец вопросительно посмотрел на меня.
Неужели он подумал, что это сцена насильственного похищения девицы средь бела дня? Ради поддержания престижа нашей страны в плане безопасности мне пришлось изобразить на лице улыбку человека, переносящего тяготы судьбы.
Только после этого иностранец расслабился и бросил мне: — You can’t be more beautiful!
А? Что? Он сказал... что я уже не могу быть еще красивее?
Что за... что здесь вообще происходит?
Линь Юйсэнь с улыбкой поблагодарил его, я же с деревянным лицом помахала в ответ. Когда иностранец отошел подальше, я тут же набросилась на Линь Юйсэня с расспросами:
— Что ты ему сейчас наговорил?
— Я сказал, что это моя девушка, мы не виделись уже десять дней, и я спешу наверстать упущенный День святого Валентина, а она упрямо хочет подняться наверх, чтобы заново накраситься.
Значит, иностранец имел в виду, что я и так выгляжу прекрасно и незачем идти краситься заново?
В душе я безмолвствовала, на лице застыла трудноописуемая гримаса. Линь Юйсэнь усмехнулся, протянул руку и легко потрепал меня по щеке:
— Идем? Гарантирую безопасность.
Кажется, степень моего доверия к Линь Юйсэню достигла абсолютного пика. Сбитая с толку этим иностранцем, я послушно, как в тумане, поплелась за ним.
Пока не раздался звонок от мамы.
Но к тому моменту я уже стояла у порога его квартиры...
Рука дрогнула, я приняла вызов, и как раз в этот момент Линь Юйсэнь распахнул дверь, оборачиваясь, чтобы что-то сказать... В панике я зажала ему ладонью рот. Он на секунду замер. Я поднесла телефон к самым его глазам и чуть покачала им. Он кивнул, со слабой улыбкой позволяя мне закрывать ему рот, и прислонился спиной к стене.
Эй, это ведь я проявила инициативу, почему у меня ощущение, будто домогаются здесь меня?
Я убрала руку и поднесла телефон к уху:
— Мам...
Стоп, почему голос звучит так виновато? Я кашлянула:
— Ты еще не спишь?
— Внезапно получила отличные новости, мама так обрадовалась, что уснуть не может.
Я проколебалась несколько секунд и осторожно переспросила:
— ...Правда?
Мама холодно хмыкнула, и я тут же оставила все иллюзии, приняв самый благоразумный вид:
— Я и сама только-только начала, еще толком не придумала, как тебе сказать.
— И с каких это пор вы начали встречаться?
Линь Юйсэнь неслышно приоткрыл дверь и поставил к моим ногам пару мягких длинноворсовых тапочек. У него дома водятся такие милые тапочки?
Я опешила и чуть было не забыла ответить маме.
— Мм?
Я поспешно исправилась:
— Перед самым Новым годом.
— И ведь ни единым знаком себя не выдала. Внук Шэн Сяньминя?
— Угу.
Не знаю почему, но сейчас мне было не слишком приятно слышать эту формулировку. Я отмахнулась от Линь Юйсэня и отошла на балкон:
— Его зовут Линь Юйсэнь, раньше он был нейрохирургом. А потом после автокатастрофы... — я замялась, — рука пострадала, поэтому он сменил профессию и устроился в Шэнъюань. В прошлом году его перевели в Сучжоу по работе, тогда мы и познакомились.
— Об этом я уже всё знаю.
Ого, неужели ты успела всё разузнать?!
— Сигуан, ты не задумывалась: раз он постоянно работал в Шанхае, почему такая странная случайность — стоило тебе поехать в Сучжоу, как его тут же перевели туда же? — напомнила она. — В конце концов, если человек задастся целью навести справки о твоей поездке в Сучжоу, он всегда сможет всё узнать.
Вот видишь. Именно поэтому я и не хотела заводить с мамой разговор о Линь Юйсэне.

Комментарии

Загрузка...