— Да сколько там ущерба, я спрашиваю!
Матис несколько раз провёл пальцами по губам, потом выдохнул, совсем не похоже, чтобы от смеха. И всё же ответил, пока она не рассердилась ещё сильнее.
[Этого я тоже не знаю. На месте увидим. Но раз икьюберги появились в разгар рыболовного сезона, наверняка есть раненые рыбаки. Говорят, икьюберги не особенно свирепеют, если не задевать их мягкую плоть, но если при столкновении лодка перевернулась или кто-то задел их уже после удара, всё вполне могло закончиться несчастным случаем.]
— Ха! Мерзкие черепахо-осьминоги! Я их всех перебью!
[Мы ещё даже не учились обращаться со священным мечом.]
— Ха! Просто толку будет меньше, но магических зверей ведь можно убить не только священным мечом! Я помню, у них нет семени, значит, достаточно пронзить сердце! И чего бояться таких мелких тварей? Потребую, чтобы мне дали меч!
Формально она ещё ничему не научилась. Да и опыта у святой всего ничего – это её второй выход. Даже обычный меч ей вряд ли выдадут без лишних вопросов, но Матис ничего не добавил и только тихо кивнул.
Меч ей выдали. И не деревянный, а настоящий. Причём обоим близнецам. Клем дрожала от восторга, наверное, вчетверо сильнее, чем тогда, когда получила цветочное ожерелье, осыпанное золотым песком. Ей на ладонь тяжело лёг меч, её собственный, тот самый, о каком она прежде могла только мечтать. Она горящим взглядом окинула клинок, подрагивавший вместе с её руками. Ножны из добротной кожи, на них выгравированы буквы К.Н.Л. – Клем. Ноус. Лефирматус. Гарда плавно изгибалась мягкой дугой, на навершии рукояти вырезан золотой знак храма. Клем осторожно вытянула клинок и перед ней предстал тонкий, стремительный меч без единой царапины. На сталь упал солнечный свет, и блеск ударил в глаза так ослепительно, что Клем невольно резко запрокинула голову.
— Мой... Мой, мой, это мой ме-е-еч!..
Но нельзя же стоять так вечно, надо скорее пристегнуть его к поясу. Клем обернула вокруг талии пояс, выданный вместе с мечом, и подвесила клинок к кольцу у левого бока. Потом повертела бёдрами туда-сюда, меч тут же закачался вместе с ней, легко постукивая по боку и бедру. Тяжёлую одежду Клем не слишком любила, но вес меча у пояса пришёлся ей так по душе, что она готова не расставаться с ним даже во сне. Тут она посмотрела в сторону, а глупый Матис, похоже, даже не знал, как прицепить меч к поясу, и только растерянно поглаживал кончик ножен. Клем, всё ещё покачивая бёдрами, подошла к нему и толкнула в плечо.
— Ты ведь понимаешь, что получил меч только благодаря мне? Хотя даже обращаться с ним толком не умеешь.
— Признаю. Но то, что меч выдали тебе, тоже довольно удивительно.
Матис нарочно произнёс это вслух. Тогда Асидео, до этого державшийся на шаг позади, чтобы не мешать их трогательной встрече с собственными мечами, тихо приблизился.
— Мы и так собирались вскоре приступить к тренировкам со священными мечами, поэтому клинки предназначались вам обоим. Раз уж пришлось выйти на задание, мы просто выдали их немного раньше. Пользоваться ими или нет, полностью на ваше усмотрение. Магических зверей можно устранить не только священным мечом, так что, если захотите применить на практике фехтование, которому учились в послушничестве, можете взять меч... Разумеется, под присмотром старшего. А если хотите сначала как следует освоиться, можете оставаться в тылу.
Матис, разумеется, выбрал второе. Клем в годы послушничества ни разу не уступила первого места и действительно уверенно владела мечом, а вот у него, откровенно говоря, таланта к фехтованию нет, он едва дотягивал до уровня младших послушников. С такими навыками лезть на поле боя, только мешать рыцарям. Пока он не пройдёт полноценной подготовки, правильнее держаться позади. Матис опёрся обеими руками на меч, воткнутый в землю, и медленно кивнул.
После возвращения из Фрагмен Асидео получил от жрецов-наставников ведомости по фехтованию, так что прекрасно знал, что выберет Матис. Он слегка улыбнулся ожидаемой реакции и перевёл взгляд. Клем тем временем снова и снова вытягивала меч из ножен и вкладывала обратно, расплываясь в довольной ухмылке. Раз уж настроение у неё, похоже, хорошее, Асидео не стал просить Матиса передать ей его слова, он сам протянул блокнот, записав туда ровно то же, что сказал Матису. Когда перед ней появился блокнот, Клем застыла с наполовину вынутым мечом. И всё же прочла написанное, двигая одними глазами. А потом...
— Хм, думаете, я из-за этого вас прощу? Как бы там ни было, я буду сражаться с магическими зверями! А в помощники мне лучше капитана Гратуса. Только не командира!
Она буркнула и резко отвернулась. На церемонии вступления в орден Асидео уже успел испытать на себе её холодность, поэтому даже такая резкая реакция его не смутила, уголки губ сами собой дрогнули в улыбке. Подняв голову, он увидел, как из-за плеча Клем приближается его адъютант. Асидео взглядом велел Гратусу присмотреть за обоими и направился к Поне.
— Как обстановка?
Стая икьюбергов, которая прошлой ночью хлынула на берег и отложила огромное количество яиц, к утру, когда прибыл отряд, будто исчезла без следа. Обычно они выходили к побережью поодиночке, а не стаями, но теперь почему-то собирались в скопления, внезапно разом высыпали на берег, а потом так же внезапно исчезали подчистую, поэтому сразу разворачивать боевой строй не требовалось: к берегу отправили лишь водного мага, способного почувствовать приближение икьюбергов в море, и нескольких рыцарей, а остальные ожидали во временном лагере. Заодно успели вручить мечи. Но раз Поне вернулся с берега, значит, пора начинать подготовку.
— По ощущениям водного мага, поблизости кружат две-три особи. Говорят, сначала они вот так держатся рядом, а потом внезапно наваливаются всей массой. Думаю, вам пора спускаться.
— Славились смирными магическими зверями, а стали на редкость хлопотными. Спасибо, что присмотрел за обстановкой вместо меня.
— Что вы. Мечи удалось передать без проблем?
— Им понравилось, хотя меня по-прежнему ненавидят.
Он произнёс это шутливым тоном, но лицо Поне слегка помрачнело.
— Всё же мне стоило честно сказать, что семя уничтожил я.
— Одного человека, которого она ненавидит, вполне достаточно. К тому же я ударил её и лишил сознания, так что она всё равно возненавидела бы меня, независимо от того, кто сразил чудовище.
Асидео сухо провёл ладонью по той самой руке, которой ударил Клем по шее. Влажный морской воздух лип к коже, но иссохшая ладонь всё равно сухо, шершаво скребнула по коже.
— Все, выступаем!
Он взмахнул рукой в воздухе и громко крикнул.
Пляж, где икьюберги откладывали яйца, лежал в низкой бухте под невысоким обрывом. Лагерь разбили наверху, в густом лесу у края скалы, и моря оттуда почти не видно. К тому же Клем была слишком занята своими танцами с мечом, поэтому необъятная морская гладь раскрылась перед ней лишь тогда, когда она дошла до самого берега.
— Ничего себе... Так вот оно какое, настоящее море!
Яркая синева, совсем не похожая ни на речную, ни на прудовую воду, заполнила всё перед глазами, волны колыхались так, будто были живыми, разбивались белой пеной и уходили в песок.
— Жить на острове и впервые прийти к морю! Матис, мы прожили жизнь совершенно зря!
[Ну не настолько уж зря.]
— Ха-а, вот бесчувственный тип. Смотришь на такое и правда кажется, что жизнь прошла впустую!
И дело не только в синей воде, сама земля у моря тоже оказалась другой. Пляжный песок, совсем не похожий ни на утоптанные земляные дорожки храма, ни на влажную почву в лесу Фрагмен, забавно щекотал босые ступни шершавыми крупинками. Клем с силой вдавливала ноги в светло-коричневый песок, оставляя игривые следы. И вдруг, взглянув на один из отпечатков, она замерла. След получился немного округлым, оттого, что она топнула ногой, и стал похож на след Лепида.
— Лепиду тоже понравилось бы ходить по песку... Не надо было его оставлять, надо было просто взять с собой!..
Клем угрюмо пробормотала, обводя линии вокруг округлого следа. Глаза, ещё недавно сиявшие от восторга после вручения меча, при виде моря, в мгновение потухли.
[Ты довольно долго о нём тревожишься.]
— А то, конечно! Как тут не тревожиться? Лепид... Ха-а, ну почему мы столкнулись именно там!
Пять дней назад, когда Клем в своей комнате готовилась к выходу, она увидела Лепида, виляющего хвостом, и тут же осознала одну важную вещь. Одна только дорога туда и обратно займёт немало времени, а сколько они пробудут на месте задания неизвестно. Всё это время Лепиду придётся оставаться одному, поэтому она помчалась в жилой корпус, собираясь оставить Лепида у жрецов, с которыми подружилась ещё в послушничестве, но в тёмном проходе со всего размаху врезалась в кого-то.
Она подняла голову и, к своему изумлению, увидела дитя бога, Дженинус. Клем ревновала не только потому, что та была первой и во всём превосходила её. Разве можно испытывать тёплые чувства к тому, кто с самого начала встречает тебя холодом? Из-за постоянных выходок Клем наставникам всегда приходилось нелегко, но даже они никогда не показывали, будто она им неприятна. Стоило ей повести себя мило, её тут же начинали любить и называли очаровашкой. Но дитя бога другая. Сильнее всего Клем злило то, что при людях Дженинус изображала из себя изящную и благородную, а стоило столкнуться с ней наедине, становилась ледяной до невозможности. Говорили, само существование дитяти бога столь благородно, что любой, в ком есть святая сила, невольно проникается почтением. Но то ли из-за положения святой, то ли из-за слишком сильной неприязни, Клем в любом случае находила Дженинус крайне, крайне неприятной. И вот это самое дитя бога вдруг ни с того ни с сего заявило, что присмотрит за Лепидом. С самым холодным на свете лицом она легонько погладила Лепида по голове, без спроса взяла блокнот и даже поторопила Клем: мол, о нём позабочусь я, так что уходи, пока не опоздала. И именно в этот момент, как назло, появился Гратус, так что Клем даже толком возразить не смогла и была вынуждена оставить Лепида.
— А если она будет мучить Лепида?.. А если начнёт его странно дрессировать и заставит быть ей преданным?
[Похвально, что ты так переживаешь, но, может, выберешь для беспокойства что-нибудь более реалистичное?]
— Ты сам в тот день со мной согласился! Сказал, что это неожиданно! Что странно! Всё это совершенно обоснованные тревоги... А-а-а-а, что же дела-а-ать!
Она схватилась за голову и вскрикнула, а потом вдруг резко, зло уставилась на Матиса.
— И вообще, кто ты такой, чтобы говорить мне «похвально»!
— Наша святая, конечно, достойна похвалы.
Большая ладонь Гратуса легко опустилась на голову Клем. Он надавил ей на макушку и развернул лицом к себе. Даже не зная, о чём они говорили, Гратус поднял большой палец, затем посмотрел на Матиса и сказал:
— Сегодня я присоединился к атакующему отряду, чтобы помогать святой. Чувствуете рыцарей вон там, у подножия обрыва? Это второй отряд поддержки, так что вы можете занять тыл вместе с ними. Помимо барьера, прошу вас следить за левым флангом, там будем мы со святой, и поддерживать рыцарей по обстановке. Особенно если магический зверь подберётся к ней сзади, сразу сообщайте. Я постараюсь отсекать их, но могу что-то упустить, а без слов быстро предупредить об опасности трудно.
— Хорошо. А где первый отряд поддержки?
— А, второй отряд не будет сражаться в полном составе. Пляж здесь не такой широкий, да и тварей за раз придётся рубить много, так что лучше действовать сменами и беречь силы. Половина атакующего отряда под командованием командира вместе со вторым отрядом поддержки – первая группа. Остальные атакующие под началом Поне вместе с первым отрядом поддержки – вторая. Раз против нас магические звери, особой поддержки не требуется, поэтому я и ещё несколько человек присоединились к атакующим.
Матис спокойно кивнул и уже повернулся, собираясь идти к обрыву. За спиной Гратус мягко подтолкнул Клем вперёд, по песку зашаркали две пары ног. Магические звери не слишком опасны, Клем держали в стороне, и всё же решение командира дать ей меч и отправить в бой без настоящей подготовки явно не было принято сгоряча. Видимо, он долго искал способ поскорее растопить её сердце. Матис решил, что раз уж он вмешался, то будет уважать чужие решения, а значит, не вправе останавливать командира. И всё же ему показалось, что тот лишь делает вид, будто строг, а на самом деле слишком мягок. А из-за этой мягкости немало хлопот доставалось и Гратусу. Матис невольно скользнул взглядом в сторону и как раз заметил, что Гратус тоже обернулся. Он коротко кивнул и тихо сказал:
— Намучаетесь вы из-за неё.
Вместо благодарности послышался простодушный смех. Матис не понял, что тут смешного, и лишь небрежно пожал плечами.

Комментарии

Загрузка...