Для порядка я связал «Смерть» туманом.
Не то чтобы сам этого хотел. Она попросила связать её.
Когда все собрались, «Смерть» подняла голову к небу и заговорила:
— Для начала... спасибо.— Это я понял. Скажи лучше, за что.— Благодаря вам сила председателя, заключённая в моём теле, исчезла. Я наконец свободен.
Свободна?
Я приподнял бровь.
«Смерть» посмотрела на меня и понимающе кивнула.
— Возможно, тебе покажется странным, что я, использующий демоническую энергию, говорю такое. Но это чистая правда.— Что с тобой произошло?— ...Вы знаете, кто такой председатель?
Я покачал головой.
Мы ничего не знали о председателе.
Хотя теперь, кажется, кое-что прояснилось.
— Ты имеешь в виду то, что сам только что сказал?— ...Да. Председатель — это «Гордыня», один из Семи осколков бога демонов.
Точно.
Когда «Смерть» обращалась к богу демонов, она называла председателя не председателем, а «Гордыней».
Тогда я не придал этому значения, потому что передо мной был куда более опасный враг. Но теперь всё изменилось.
— Он что-то заложил в тебе в обмен на свою силу?— Заложил... Можно сказать и так.
«Смерть» усмехнулась и заговорила:
— Позволь представиться ещё раз. Меня зовут Десиан Лайнхелл. Я старший ребёнок приюта Лайнхелл и создание «Гордыни».— ...Создание?— Да. Ты ведь знаешь, что Семь осколков появились, когда бог демонов отделил их от себя?
Я кивнул. Конечно, знал.
«Смерть»... Нет, Десиан усмехнулся, словно дальше можно было говорить без лишних объяснений.
— Председатель... «Гордыня» был настолько высокомерен, что захотел стать таким же, как бог демонов. Он решил отделить от себя часть силы и создать удобных слуг.— Неужели...
Мне хватило и этих слов, чтобы догадаться.
— Именно. Мы — полусозданные слуги, которых председатель пытался сделать.
Бог демонов разделил свою силу на семь частей и создал Семь осколков.
Они стали его верными слугами и исполняли его приказы.
«Гордыня» же, в своей безмерной самонадеянности, позавидовал собственному создателю.
И захотел ему подражать.
— Но председателю не хватало силы, чтобы создать нечто из ничего.
В конце концов, он был лишь осколком бога демонов. Как бы высокомерно он ни пытался подражать создателю, он сам оставался созданием.
Тогда он решил взглянуть на всё иначе: если не получается создать что-то из ничего, можно взять единицу и превратить её в сотню.
Он огляделся и нашёл то, что искал.
Затерянный уголок США. Приют, стоявший на грани разорения и настолько никому не нужный, что его исчезновения никто бы не заметил.
— Председатель разрушил приют и убил всех детей, кроме четырёх малышей от года до шести лет.
Если бы дети были старше, они уже считались бы не единицами, а двойками.
А двойки ему не подходили. Ему нужна была единица.
— Мне едва не исполнилось семь, поэтому я оказался в пределах возраста, который его устраивал.
Выживших детей утащили за Нулевые Врата.
Там они росли под надзором председателя и «Мачхонхве», словно подвергаясь промыванию мозгов.
Всех, кроме старшего из них, Десиана.
— За Нулевыми Вратами нам в тела по очереди внедрили четыре силы, отделённые председателем от себя.
Председатель не умел, как бог демонов, превращать собственную силу в живые существа. Но он знал, как отделять её части.
Поэтому с самого детства в их тела постоянно вливалась сила председателя, и дети привыкли называть его отцом.
— С тех пор мы жили только за Нулевыми Вратами. Точнее, там в нас продолжали вливать силу председателя.— И теперь мы вытащили вас оттуда.— Точнее, ты, Хан Мир. Ты призвал меня сюда, пока я ещё не стал завершённым созданием.
Если бы превращение Десиана в совершенное создание завершилось, он уже не был бы Десианом.
Он бы лишился личности и воспоминаний, а на их месте возникли бы новые.
Он стал бы Синим рыцарем по прозвищу «Смерть», созданием «Гордыни».
Его вывели из-за Нулевых Врат лишь затем, чтобы заполнить место одного из Одиннадцати Самоцветов.
Но это ничего не меняло.
Даже снаружи в его теле оставалась сила председателя.
Если бы Десиан взбунтовался, он бы умер. А после его смерти погибли бы и его младшие братья и сёстры.
Ему приходилось подчиняться. Поэтому он принял в тело силу бога демонов.
— Магический круг... Он вывел из моего тела и силу бога демонов, и силу председателя.
Грефт удивлённо моргнул. На его лице отчётливо читалось: «Это я сделал?»
Он объяснил, что магический круг выводил из тела чужую силу.
В итоге из Десиана принудительно изверглась не только сила бога демонов, но и демоническая энергия председателя, которую он считал своей.
— Поэтому прошу... Прошу вас.
Десиан стоял на коленях, связанный туманом. Он согнулся и упёрся лбом в землю.
— Пожалуйста. Спасите моих младших братьев и сестёр.— ...— Тогда я расскажу вам всё. Только, пожалуйста...
Десиан не услышал ответа. Желая доказать, что говорит искренне, он поднял голову и снова со всей силы ударился лбом о землю.
Но осколки не поранили его.
Тёплая рука остановила его.
— Хватит. Я же уже сказал, что помогу.
Десиан поспешно поднял голову и посмотрел на меня дрожащими глазами.
Его взгляд был полон ответственности старшего брата, который слишком долго сдерживал и подавлял всё в себе.
Я улыбнулся.
— Да и посмотри туда. Похоже, остальные думают примерно так же.
— А-а...
Я усмехнулся и указал за спину.
На развалинах...
— Глупцы. Вы и правда думали, что справитесь?— Мальчишка, огонь бывает горячее лавы. В следующий раз сначала подумай о совместимости способностей.— У-у! Я просто ошиблась! В общем, вот так!
— Вот же неубиваемые.— И не говорите. Давненько я так не мучился.— Зато размялся как следует. Правда, Чха Ну?— Полностью согласен.— ...Может, вы будете обращаться с пленниками помягче?— Молчи! Радуйся, что мы тебя не убили!— Есть...
— Не бегите. Ещё поранитесь.— Верно. Тут одни обломки. Упадёшь — ещё чего-нибудь себе сломаешь.— Мы торопимся! Некогда тут стоять!
Со всех сторон к нам приближались остальные.
Не то чтобы все были целы, но в целом они выглядели вполне здоровыми.
Десиан увидел «Войну», барахтавшегося на плече у Щин Чон Хуна, «Чуму», которого вела на поводке из розовой маны Сон Юми, и «Голод», скачущую по груде обломков.
Я усмехнулся, глядя на его ошеломлённое лицо.
— Знаешь, ты кое-чего не учёл.— ...— Мы прошли через столько настоящих сражений, где любая ошибка могла стоить нам жизни.
Десиан медленно перевёл взгляд на меня.
Я отвёл глаза и помахал Сон Юми и Чон Чха Ну, звавшим меня к себе.
— Есть такое выражение: если хочешь узнать, что у человека на душе, скрестите мечи.
Не знаю, откуда оно.
Может, из какого-нибудь аниме, которое смотрели Джини и Уно.
Но в этой фразе был смысл.
Если обменяться ударами и посмотреть на поведение человека, понять его намерения довольно просто.
— Запомни вот что. Мы не прожили сладкую жизнь, чтобы не понимать, когда противник сражается не всерьёз.— ...Я проиграл по всем статьям.— Будь у тебя больше опыта настоящих боёв, ты бы и сам всё понял.— И в этом я тоже проиграл.
Я усмехнулся, глядя на опустившего голову Десиана.
Солнце в небе светило ласково и тепло.
— Брат!— Старший брат!— Братик!— Ребята...
Я сидел на груде обломков и смотрел, как братья и сёстры Десиана крепко обнимали друг друга.
Демонической энергии от них больше не исходило. Всё благодаря Грефту, который потрудился на славу.
— Я совсем обессилел...— Хорошая работа, Грефт.
Говорят, магический круг был настолько опасен, что стоило ошибиться всего на 0,1 миллиметра, как поток обращался вспять и создателя разрывало на части.
Грефт придумал его раньше, но отказался от этой разработки, потому что она была слишком опасной. А сейчас, в критической ситуации, он вспомнил о ней и на ходу подкорректировал расчёты.
Я спросил, как он сумел начертить такой круг в спешке. Он ответил, что у него хватило самообладания хотя бы раз не ошибиться.
После этого он начертил ещё три круга подряд. Грефт выглядел так, будто окончательно выбился из сил.
— ...Хан Мир, можно тебя на минутку?— А?
Я обернулся от обессилевшего Грефта.
Десиан смотрел на меня. Его младшие братья и сёстры буквально облепили его со всех сторон.
— ...Ты в порядке?— Похоже, все за меня волновались. Ведь среди пришедших на остров ты был самым опасным.
Я почесал шею.
Теперь уже и возразить нечего.
— Что ты хотел сказать?— ...Почему мы должны были задержать тебя и остальных на Небесном острове.
Я кивнул.
Обстановка была неподходящей, и я собирался спросить об этом позже. Не ожидал, что Десиан заговорит первым.
— Председатель дал нам только один приказ: удержать вас на Небесном острове. Он разрешил использовать любые средства.— Неужели ты принял силу бога демонов, чтобы задержать нас?— Наверное. Он дал мне кинжал с силой бога демонов и приказал это сделать.
Приказ был один, но намерения были очевидны.
Остановить нас, даже если ради этого придётся принять в тело силу бога демонов.
Они подчинились и пытались удержать нас, рискуя собственной жизнью.
Хотя боялись смерти.
— Если говорить честно, я не знаю причины. Председатель нам её не объяснил.— Ты уверен?— Но я знаю конечную цель «Мачхонхве».
Я приподнял бровь.
Мы не знали, чего в конечном счёте добивается «Мачхонхве».
Десиан тяжело вздохнул и серьёзно посмотрел на меня.
— Только не смейся.— Не буду.— «Мачхонхве» хочет призвать в этот мир загробный мир.— ...!
Я широко распахнул глаза.
Чёрного дракона во мне называли по-разному.
В том числе Владыкой Искажённого загробного мира.
Мой «Туман» был силой загробного мира, а Чёрный дракон — его владыкой.
И «Мачхонхве» хотела призвать загробный мир в наш мир?
— Зачем?— Зачем... Думаю, ты поймёшь, когда услышишь остальное.
Десиан стиснул кулак и заговорил, глядя на меня потухшими глазами:
— Председатель... «Гордыня» хочет призвать сюда своего создателя, бога демонов. Но тот запечатан.— Запечатан...— Бога демонов заточили в самой глубокой части загробного мира. Его придавила бесконечная сила этого мира.
«Гордыня» хотела воскресить бога демонов. А тот был запечатан в загробном мире.
Поэтому...
— «Мачхонхве» хочет призвать сюда загробный мир.— ...— И, насколько я знаю, Первый Самоцвет должен был стать для этого жертвой.— ...Объясни подробнее.
Если речь шла о Первом Самоцвете, значит, он имел в виду старшего брата.
Старший брат должен был стать жертвой? Что это вообще значило?
— Ты знаешь, что такое воплощение?— Знаю.
В Башне Предательства «Алчность» воплотилась в теле.
Я не мог этого не знать.
— Я краем уха слышал, что Первый Самоцвет предназначен стать телом для воплощения бога демонов. Если печать бога демонов в загробном мире спадёт, он, скорее всего, попытается воплотиться в Первом Самоцвете.— ...Понятно.
Вот почему старший брат был Первым Самоцветом.
Я вздохнул и почесал голову.
Затем поднял взгляд к небу и улыбнулся.
— Теперь я понимаю, зачем он приказал вам тянуть время на Небесном острове.— Правда?— А то.
Все, кроме меня, тоже начали поднимать головы к небу.
Десиан наконец почувствовал, что что-то не так, и тоже посмотрел вверх.
Высоко в небе зияла огромная трещина.
— Похоже, председатель собирался взорвать весь остров вместе с вами.
Небесный остров был частью духовного мира «Гордыни».
А значит, его можно было...
— Эльфинире, поможешь?— Конечно. Оставь этих людей мне.— Пожалуйста, крепко держи всех.— Кюнг!
...разрушить и стереть с лица мира так, как хотел «Гордыня».
Хруст! Из трещины в земле взметнулся столб демонической энергии.
Бум! Из расколотого неба протянулась рука из демонической энергии.
Я резко ударил правой рукой навстречу стремительной атаке, направленной на нас.

Комментарии

Загрузка...