— Лорд Чэнь, что вы об этом думаете?
Осторожно поинтересовался Го Чжи, пытаясь прощупать почву.
Чэнь Юань бросил взгляд на местного полковника, заметив его настороженное поведение, слегка нахмурился и равнодушно сказал:
— Мы все-таки коллеги, Чэнь здесь — не свирепый тигр, нет нужды так себя вести, пожалуйста, садитесь.
Го Чжи мысленно вздохнул, почувствовав себя еще более напряженно, но все же нашел место ближе к концу и присел.
— Чэнь уже слышал от подчиненных о произошедшем, как полковник Го считает, что следует сделать с этими людьми?
Чэнь Юань медленно перевел взгляд в сторону, переложив этот вопрос на собеседника.
А?
Лицо Го Чжи претерпело череду изменений: он не мог постичь истинных мыслей Чэнь Юаня и, немного поразмыслив, сказал:
— Лорд желает...
С этими словами Го Чжи поднял руку, изображая движение ножа.
— Таково намерение брата Го, Чэнь в это вмешиваться не станет, — бесстрастным тоном сказал Чэнь Юань, холодно добавив: — Эти люди не стоят моего беспокойства. Кстати, пока брата Го не было, у меня есть пара вопросов, которые нужно с ним обсудить.
— Во-первых, отправьте часть правительственной армии из города, чтобы зачистить разрозненных мелких демонов на западе. Наши недавние действия были довольно масштабными: девять уездов к востоку и северу от префектуры Вэйюань в основном вычищены. Множество бежавших мелких демонов рассеялось по окрестным лесам.
— Во-вторых, в город хлынет большой поток беженцев; брату Го придется потрудиться, чтобы должным образом расселить этих людей — задача довольно тяжелая.
— В-третьих, непременно отправляйте разведчиков или связанных договором демонов следить за окрестностями префектуры Вэйюань, стараясь собрать как можно больше информации. У Армии Девятой Горы не хватает людей, поэтому мне нужно, чтобы брат Го взял на себя большую часть этого бремени.
— [...]
Будучи местным полковником, отвечающим за мобилизацию личного состава, обустройство беженцев и разведку окрестностей, Го Чжи получил от Чэнь Юаня всю эту гору сложных забот.
Услышав, что Чэнь Юань уже зачистил девять уездов, а также столкнувшись с рутинными задачами, которые тот на него свалил, Го Чжи испугался. Выпрямившись, он не счел эти поручения обременительными — напротив, он то и дело кивал, на самом деле жашдая взять на себя побольше работы, чтобы обрести душевное спокойствие.
Девять полковников вместе с несколькими экспертами префектуры Небесных Врат из сект истребляли демонов снаружи, выкорчевав целых девять уездных городов. А я здесь, в префектуре Гуанъань, на своей собственной земле, не только не справился с демонами, но и чуть не позволил нескольким кланам под моей юрисдикцией совершить грандиозную глупость. По сравнению с ними я испытываю стыд и вину.
— Хорошо!
— Я немедленно распоряжусь, чтобы с этим разобрались.
— Я лично проконтролирую эту работу.
Многократно согласился Го Чжи.
Видя это, Чэнь Юань не стал давать дополнительных указаний и решил выпроводить гостя: — Чэнь только что вернулся из поездки и довольно сильно устал, так что задерживать брата Го больше не буду.
Го Чжи понял намек, но замялся, не договаривая: — Полковник Чэнь...
Чэнь Юань искоса глянул на него: — М?
Сердце Го Чжи затрепетало, и он быстро поднялся на ноги: — Полковник Чэнь действительно тяжело трудился последние дни, пожалуйста, отдохните как следует.
С этими словами он распрощался и быстрым шагом вышел за дверь. Оказавшись во дворе и взглянув на небо, он тяжело вздохнул.
Клан Сяо, Чжан Саня и остальные три семьи — похоже, в этот раз у них мало шансов.
Этот девятый полковник ясно дал понять, что не хочет ввязываться, но его отношение вполне очевидно.
Он хочет использовать мой нож, не желая пачкать собственные руки.
Подумав об этом, он не смог сдержать гнев, отразившийся на его лице: «Кучка проклятых дураков, доставили столько хлопот стольким людям!»
— Господин, младшая дочь клана Сяо пришла увидеться с вами!
Услышав это, Го Чжи взмахнул рукавом: — Не приму.
— Господин, вы приказали бросить три семьи в Небесную Тюрьму, но дед из клана Сяо был бывшим полковником, и многие в правительственной армии обязаны ему доброй памятью. Не могли бы вы сделать исключение...
Но тут он увидел, как Го Чжи резко повернул голову и яростно оборвал его: — Заткнись!
— Они сами напросились на смерть, оскорбив девятого полковника. Теперь, если не замолвит словечко сам девятый полковник, во всей префектуре Гуанъань их никто не спасет — даже я, понял?
— После сегодняшнего дня, кто бы ни пришел молить о пощанде, не пускайте их.
Лицо Го Чжи помрачнело, и он приказал: — Позовите остальных военных офицеров; у меня есть для них распоряжения.
Про себя он тоже вздохнул, думая, что три семьи действительно искали смерти, раз посмели оскорбить полковника Девятой Горы.
— Есть!
Он быстро вышел, в несколько шагов окликнув подчиненных, чтобы те уведомили остальных офицеров, а затем прошел по коридору Департамента Небесного патруля к строго охраняемым воротам Патрульного Управления.
У ворот, сквозь дождевую пелену, под зеленым масляным бумажным зонтом стояли две фигуры: госпожа и служанка.
Младшая дочь клана Сяо, Сяо Цинчжи, всё в том же зеленом платье, и ее служанка Сяо Цзю, державшая масляный бумажный зонт.
Обросший бородой военный офицер смело шагнул под ливень: капли дождя отталкивались на три фута от его головы невидимым барьером, превращаясь в водяную дымку.
— Военный офицер Чжао! — Сяо Цинчжи не удержалась и шагнула вперед, а ее глаза, чистые, как пруд, были полны надежды.
Однако она увидела, как бородатый офицер, с которым у ее семьи были кое-какие связи, тяжело вздохнул и покачал головой: — Мисс Сяо, мой генерал отказывается вас принимать. Возвращайтесь; бесполезно, кто бы ни пришел.
— Эх, ваша семья Сяо на этот раз натворила дел; даже генерал не сможет защитить вашего отца и брата.
Сяо Цинчжи задрожала, ее голос сорвался.
Рядом с ней раздался взволнованный голос служанки, поддерживавшей хрупкое тело своей хозяйки:
— Госпожа, вы ведь все еще ранены.
Обросший бородой военный офицер вздохнул, услышав, что сегодня день рождения младшей дочери семьи Сяо.
— Бесполезно, ваши три семьи оскорбили Девятую Гору; разве что этот Полковник Девятой Горы замолвит слово лично, но этот человек... эх, просто возвращайтесь.
— Но хозяин сделал это ради спасения госпожи, — служанка Сяо Цзю никак не могла взять в толк, как все могло так стремительно ухудшиться.
— Можете сходить в Западный город и посмотреть, тогда поймете почему.
С этими словами он повернулся и быстрой походкой удалился.
В этот день на окраине Западного города хлынули еще две группы оборванных беженцев.
Говорили, что многие люди, спасенные экспертами префектуры Небесных Врат под предводительством Полковника Девятой Горы, даже получив шанс выжить, не смогли вынести мук собачьей жизни и предпочли покончить с собой.
......
На следующий день, в полдень, в шести тысячах ли отсюда, в городе Цзингуань.
Этот центральный город вдоль дороги Цзяннань всего за семь дней принял огромный приток десятков тысяч людей; все они были выходцами из влиятельных семей, обладающих силой и статусом.
Все они бежали от бедствия.
Особенно много было выходцев с Юга.
По мере передвижения этих людей в город стали поступать новости с южных полей сражений.
Но эти вести повергли весь город Цзингуань в панику.
— Новости с Юга: на передовой заместитель Посланника Усмирения Демонов лорд Сюнь вел войска на защиту заставы Тяньмэнь, но потерял десять уездов за границей, и почти вся Авангардная армия Одиннадцатой Горы погибла!
— Что? Еще одна гора полностью потеряна; как это могло случиться так быстро, ведь позавчера на заставе Ляоюань пал Шестой Горный край!
— Что же нам делать? Раса Демонов неоумлима, и с такими темпами Армия Рассекателей Гор скоро выбьется из сил; кто тогда будет держать оборону?
— [...]
С каждой новой вестью, распространявшейся по городу, Цзингуань погружался в волнения.
И как раз в полдень этого дня в небе к северу от города Цзингуань небосвод внезапно огласился громким раскатом грома.
Вскоре издали приплыло облако; на нем двигалась череда древних боевых колесниц, источавших ауру суровости и превратности веков, словно прибывших с древнего поля боя, причем, к ужасу окружающих, их тащили свирепые демоны.
Над колесницами трепетали знамена, отмеченные ослепительными узорами золотых драконов, а в центре был вышит величественный иероглиф «Цянь»!
Эти колесницы, растянувшиеся на мили, с грохотом рассекали небо, наплевав на запрет на полеты в воздушном пространстве города Цзингуань, и с воем устремились к центральному холму города!
В это время на горе Юньдин, перед площадью Зала Небесного Патруля, стоял заместитель командира Пэй Яньху в аккуратных доспехах, ведя за собой различных чиновников и выстроившихся в боевой порядок латников — все с суровыми выражениями лиц.
Потому что прибыл человек из Двора Центральных Равнин!

Комментарии

Загрузка...