— А? Шихён, ты что тут делаешь?
Женщина с каштановыми волосами села напротив Шихёна, держа в руках заказанную еду.
Она заправила волосы за ухо и лучезарно улыбнулась, отчего глаза Шихёна расширились от удивления.
— Ерин?..
Девушка напротив. Хан Ерин была его подругой, с которой Шихён, переехав в Тэгу, был знаком со времён детского сада — они дружили уже пятнадцать лет.
Они с самого детства ходили в одни и те же школы, и даже сейчас учились в одном университете на одном факультете.
В университете они тоже везде ходили вместе, но после того, как он начал встречаться с Чэён, их отношения стали натянутыми, так что они уже довольно давно не оставались вот так наедине.
Жур-р...
Наливая соевый соус в небольшую тарелочку, чтобы обмакнуть туда омук, Ерин спросила:
— Что-то случилось? Ты же терпеть не можешь выпивку, с чего это вдруг решил надраться в одиночестве?
Из-за этой нежеланной встречи со знакомой Шихён опустил голову, желая скрыть свой измождённый вид.
— Да так, есть одно дело... У меня сегодня не очень хорошее настроение, так что просто поешь и иди поскорее.
Обычно игривая Ерин лишь отмахнулась от реакции Шихёна, переведя всё в шутку:
— Мы так редко видимся, чего ты такой серьёзный? Кто-нибудь посмотрит и решит, что ты с девушкой расстался.
Услышав слова Ерин, Шихён мгновенно помрачнел.
Он не знал, какое у него сейчас было лицо, но, увидев, как улыбка Ерин угасает, догадался, что выглядел довольно жутко.
— ... Неужели и правда расстались?
— Да. Так что не лезь ко мне и иди своей дорогой.
— Ой... извини.
Ерин смущённо почесала затылок. Почувствовав раздражение от её вида, Шихён потянулся к бутылке соджу...
— Хватит пить. Желудок себе испортишь.
Ерин выхватила бутылку у Шихёна, который уже казался пьяным. Затем, чтобы он больше не пил, она сама приложилась к горлышку.
— Кха... Какая горькая.
Вытерев губы рукавом, она лукаво улыбнулась и продолжила:
— Не страдай тут в одиночку, давай, выложи всё начистоту и облегчи душу. Из-за чего вы вообще расстались?
— Да ты реально...
Шихён уже собирался сказать ей не лезть не в своё дело и уходить, как вдруг вспомнил недавнюю переписку в мессенджере.
[ЧайСВкусомАлоэ: А? Какое же это напряжение. Вообще-то, когда расстаются, обычно встречаются с друзьями, получают утешение, перемывают косточки бывшим и всё такое.]
Станет ли ему легче, если он выговорится, как и советовал тот консультант по отношениям?
Шихён со смешанными чувствами посмотрел на Ерин, которая раскраснелась, выпив всего ничего.
Она подалась вперёд, всем своим видом показывая, что готова внимательно выслушать что угодно.
«Раз уж мы встретились, может, рассказать ей всё?..»
Шихён тяжело вздохнул и потёр лицо обеими руками.
Решение было принято после долгих колебаний. С сожалением посмотрев на пустую бутылку соджу, он с трудом заговорил:
— На самом деле...
Шихён начал шаг за шагом рассказывать обо всём, что произошло сегодня.
О том, как он получил сообщение от друга и вломился на то свидание вслепую, где была Чэён.
О том, как она не просто внаглую игнорировала его звонки, но и бесстыдно врала.
В результате они поссорились, а Чэён заявила, что ни в чём не виновата, и нагло перешла в наступление.
И в конце концов, о том, как он согласился с её предложением расстаться, а потом, выпивая в одиночестве в палатке, столкнулся с Ерин.
Чем дольше говорил Шихён, тем сильнее лицо Ерин искажалось от шока.
Широко раскрыв глаза, она прикрыла рот рукой, сочувствуя ему, а затем...
— Да эта Им Чэён совсем больная на голову!
Под конец она в ярости ударила кулаком по столу.
Тяжело дыша, с красным как помидор лицом, Ерин заказала ещё соджу.
— Эта сумасшедшая стерва... Пусть только попадётся мне в аудитории. Я ей этой бутылкой башку проломлю.
Пьяно буяня и грозясь проломить ей голову бутылкой, она снова приложилась к соджу.
С одной стороны, то, как сильно она злилась за него, приносило облегчение.
Но, с другой стороны, казалось, что если позволить ей пить дальше, она станет совсем неуправляемой, поэтому Шихён отобрал у неё бутылку, из которой она как раз заливала алкоголь себе в глотку.
— Зачем забрал? А ну отдай обратно.
С лицом, красным как варёный рак, Ерин с помутневшим взглядом потянулась за бутылкой.
— Да ты уже пьянее меня! Всё, хватит пить.
— Бли-ин...
От какой-то неведомой обиды её кулачки задрожали, а на глазах выступили слёзы.
Она так напоминала капризного ребёнка, что Шихён сам не заметил, как рассмеялся, а Ерин, увидев это, возмутилась:
— Тебе смешно после того, что с тобой сделали? Очнись... Тебе ведь скоро опять с ними двумя видеться придётся.
Шихён, Чэён, Ерин и Сохи. Все четверо учились на одном факультете. Поэтому, как бы он ни избегал их, они неизбежно пересекались.
«А ведь и правда».
Он так погрузился в мысли о расставании, что совершенно забыл о том, что им предстоит встречаться в университете...
От одной мысли о том, что придётся снова видеть этих двоих, у Шихёна начала разрываться голова.
Тук-тук.
Постукивая пальцами по отобранной у Ерин бутылке соджу, Шихён сказал:
— Так не хочется с ними снова пересекаться... Может, вообще академ взять?
Ерин ткнула в него палочкой от омука и ответила:
— А ты-то в чём виноват, чтобы академ брать? Если кому и брать, то им.
— Мне будет неловко с ними видеться.
Ерин цокнула языком, словно считая его жалким. А затем, постучав себя по груди, заявила:
— Не переживай. Я буду рядом и прослежу, чтобы они к тебе даже не подошли.
Учитывая, что она говорила это икая, доверия её слова не внушали...
Но Шихён почувствовал себя увереннее от одной лишь мысли, что подруга будет рядом.
— Звучит надёжно.
— Пф-ф-ф... Скажи же?
Лукаво улыбнувшись, Ерин несколько раз моргнула помутневшими глазами.
Взглянув на часы, Шихён понял, что уже за полночь, и поднялся с места ради уставшей Ерин.
— Пора закругляться.
— М? Я бы ещё поболтала...
— Это я спать хочу.
— Правда?.. Ну, тогда ничего не поделаешь.
Расплатившись, Шихён поддержал пошатывающуюся Ерин, и они вышли из палатки.
К счастью, дождь прекратился, так что покупать зонтик не пришлось.
— Я ведь не для этого уступила его...
Бормоча какие-то непонятные слова, Ерин привалилась к плечу Шихёна.
Поначалу она нормально шла с ним в ногу, но вскоре уснула прямо на ходу, повиснув на его руке.
Из-за этого каждый раз, когда Шихён делал шаг, обувь Ерин волочилась по асфальту.
— Ну ты и даёшь...
Сначала вела себя так, будто собирается утешить, а потом напилась и уснула. От этой нелепости Шихён лишь горько усмехнулся.
Ерин сползла так низко, что её голени чуть ли не волочились по земле. Не в силах больше на это смотреть, Шихён подхватил её за ноги и закинул на спину.
«Заставляешь больного человека таскать тяжести».
Хоть она и была лёгкой, из-за раны на голени каждый шаг отдавался покалывающей болью.
Единственное, что радовало — дом Ерин был всего в пяти минутах ходьбы отсюда.
Решив немного потерпеть, Шихён захромал вперёд.
— С-с... Х-х...
Дыхание Ерин отдавало алкоголем.
И от этой знакомой тяжести и тепла чужого тела Шихён вдруг вспомнил лицо Чэён.
«Когда Чэён напивалась в хлам, я ведь тоже всегда вот так провожал её до дома».
Когда Чэён перебирала и отрубалась, Шихён, услышав об этом, тут же мчался к ней. Сохи говорила: «Позаботься о ней», и он на спине тащил отключившуюся Чэён до самого дома.
«Она же не любила алкоголь... Почему тогда чуть что — напивалась до потери пульса?»
Шихён покачал головой, думая о том, какой непредсказуемой она была.
«Ну, теперь мне больше не придётся её провожать».
Пока он шёл, мысленно перемывая косточки Чэён, они в мгновение ока добрались до дома Ерин.
Повернув голову, Шихён спросил висящую на спине девушку:
— Эй. Мы уже у твоего дома. Я открываю дверь?
— Ага... Шихён, делай всё что хочешь...
Спит, а всё равно умудряется отвечать.
Шихён перехватил Ерин, которая чуть не сползла вниз, и ввёл пароль на электронном замке.
«1017. В наше-то страшное время ставить на пароль свой день рождения».
Поражаясь беспечности Ерин, Шихён со вздохом открыл дверь. Взору предстал тусклый интерьер, совсем не похожий на жильё молодой девушки.
Никаких вычурных украшений, только самая необходимая мебель.
И выделявшийся на этом фоне огромный холодильник, сплошь облепленный меню из доставок.
«Столько времени прошло, а ничего не изменилось».
Оглядевшись, Шихён вошёл в комнату Ерин и включил свет.
Вдохнув тонкий аромат косметики, он бросил Ерин на голубую кровать.
Шурх... Стук!
Видимо, он не рассчитал силу.
Перекатившись, Ерин ударилась головой о спинку кровати, издала сдавленный стон и проснулась.
— Ты в порядке?
Ерин села на кровати и, потирая макушку, ответила:
— Блин... Зачем швырять-то?
— Извини.
Должно быть, удар был сильным: на глазах Ерин выступили слёзы, пока она поглаживала ушибленное место.
Затем она опустила взгляд и, заикаясь, указала на ноги Шихёна.
— Эй, что у тебя... что с твоей ногой?..
— М?
Проследив за её пальцем, Шихён посмотрел вниз. В глаза бросилась залитая кровью голень.
«При свете выглядит довольно жутко».
Сквозь прореху в джинсах виднелась ужасная рана, от одного вида которой хотелось отвернуться.
Самому Шихёну было всё равно, ведь он уже знал о ней, но Ерин, увидев рану впервые, прикрыла рот рукой и застыла.
Желая успокоить испуганную в глубине души девушку, Шихён беспечно сказал:
— А, это? Да просто по пути...
— Это из-за Им Чэён?
Слова Шихёна оборвались на полуслове. Он перевёл взгляд с раны на Ерин и увидел её совершенно бесстрастное лицо.
— Спрашиваю, это из-за неё ты так пострадал?
Услышав повторный вопрос Ерин, Шихён почесал затылок.
«А можно ли сказать, что это из-за Чэён?»
Причиной, конечно, была Чэён, но Шихён ведь упал сам, поэтому считал, что винить её в этом было бы странно.
Молчание погрузившегося в раздумья Шихёна Ерин восприняла как согласие. В полном недоумении она откинула чёлку.
— Раз молчишь, значит, так оно и есть. И что же делала эта сумасшедшая стерва, пока её парень не дошёл до такого состояния?
Ерин резко вскочила, громко топая, и принесла аптечку.
— Просто дай лекарство. Я сам намажу.
Ерин прикусила нижнюю губу, отвергая просьбу Шихёна.
— Закрой рот и сиди смирно.
Шихён невольно съёжился. Стоило ему послушно кивнуть, как Ерин нанесла йод на ватную палочку и осторожно обработала рану.
— С-с...
— Почти всё, потерпи немного.
Шихён крепко сжал кулаки, сдерживая рвущийся наружу стон.
Завершив дезинфекцию, Ерин взяла новую ватную палочку, принялась наносить мазь и расстроенно сказала:
— Что, если шрам останется...
Медицинская помощь Ерин завершилась наклеиванием большого квадратного пластыря.
Какое-то время она не отрывала взгляда от раны, а затем, тяжело вздохнув, присела на край кровати.
— Так не пойдёт. Сегодня останешься ночевать у меня.
— Да ладно тебе. Мой дом ведь близко, если пешком...
— Абсолютно исключено. Не смей издеваться над больной ногой. Утром вместе зайдём в больницу, а потом пойдём на лекции.
Увидев непоколебимость Ерин, Шихён почувствовал, как у него разболелась голова.
Он по прошлому опыту прекрасно знал, насколько она упряма.
«Если я сейчас проигнорирую её и уйду, она же мне потом всю плешь проест, верно?»
Будет крутиться рядом, всем своим видом показывая обиду, или закатывать истерики так, будто у неё каждый день «эти дни».
Шихён прекрасно понимал, к каким негативным последствиям в будущем приведёт его выбор.
— Ладно... Я останусь.
Поэтому ему пришлось бессильно согласиться.
В любом случае он и сам хотел поскорее лечь, так что предложение было отчасти радостным. Да и Ерин он воспринимал не как девушку, а скорее как члена семьи, поэтому не испытывал особого отторжения от мысли о ночёвке в одном доме.
— Сейчас принесу тебе во что переодеться.
Ерин с приподнятыми уголками губ принялась рыться в шкафу, напевая себе под нос.
Одна за другой оттуда начали появляться мужские вещи. И все они принадлежали Шихёну.
— Я думал, что давно потерял все эти вещи. Так они были у тебя?
— Угу. Ты же сам оставил их у меня... Разве нет?
— Правда?
Шихён озадаченно склонил голову.
«А я вообще приходил к Ерин в этой одежде?»
Он некоторое время копался в воспоминаниях, но, поскольку ему было лень думать, быстро пришёл к выводу:
«Видимо, оставил их тут давным-давно».
Не придав этому особого значения, Шихён принял душ и переоделся в выданные вещи.
Когда он вернулся в комнату, лежавшая в кровати Ерин наполовину откинула одеяло и сказала:
— Иди сюда. Давай спать вместе, заодно и былые времена вспомним.
— Обойдёшься. Как можно с возрастом вообще не меняться?
Шихён покачал головой, глядя на столь беспечное поведение Ерин.
Ей повезло, что она сказала это ему, а не кому-то другому — будь на его месте другой парень, у неё уже давно были бы серьёзные неприятности. С этой мыслью Шихён постелил себе новое одеяло на полу.
— Я буду спать на полу, так что ты тоже ложись скорее. Ты же совсем сонной была.
Одарив Шихёна недовольным взглядом, Ерин...
— Ха.
...фыркнула и натянула одеяло до самой макушки.
— Я выключаю свет. Спокойной ночи.
— ... И тебе спокойной ночи.
Лёжа на своей постели, Шихён мгновенно отключился, так и не успев погрустить о расставании.
Будучи измотанным как морально, так и физически, он вскоре начал похрапывать.
Шурх.
И лишь Ерин, высунув голову из-под одеяла, многозначительным взглядом смотрела на его беззащитный вид.

Комментарии

Загрузка...