Никому не доверяй]
Почерк вновь принимался повторяться, становясь всё более неразборчивым, почти переходя на беглую скоропись.
Не будь Маки знакома со скорописью и не обладай она столь глубокими познаниями в китайской каллиграфии, что позволяло с одного взгляда разобрать рецепт старого лекаря, ей наверняка пришлось бы туго – вряд ли бы она вообще поняла, что здесь написано.
На сей раз повторения тянулись до самого низа исписанного листа.
Вот только одна фраза осталась незаконченной, а чернила на краю бумаги, казалось, перетекали на её обратную сторону.
Тогда Маки перевернула лист.
[Никому не доверяй]
Почерк по-прежнему оставался неровным, но почему-то разобрать его стало проще, словно безумец постепенно обретал душевное спокойствие.
[Я разве не говорил, никому не доверяй?]
Следующая фраза уже не была простым повторением – она казалась странной, написанной так, будто автор вёл с кем-то живой диалог.
[Я сказал: никому не доверяй, все вокруг лгут, верить нельзя никому!]
Строчки снова начинали расползаться, напоминая вид человека, который в истерике орёт прямо кому-то в лицо.
[Никому нельзя верить, даже мне]
[Нельзя верить мне, нельзя верить моим словам, никому нельзя верить]
[Зачем ты мне веришь? Зачем ты мне веришь?]
Лишь дойдя до последней строки, выведенной кроваво-красными чернилами, девушка в зловещем оцепенении вдруг вспомнила: когда она только подобрала этот клочок бумаги, обратная сторона была совершенно пустой, на ней не было ни единой помарки.
Шурх...
Испорченный грязными разводами листок упал на пол, обнажая пустую оборотную сторону.
Лоб девушки прошиб холодный пот, она испуганно огляделась по сторонам и, лишь убедившись, что в комнате не появилось ничего лишнего, с трудом перевела дыхание – хотя сердце в груди всё ещё колотилось так бешено, что грозило выскочить.
В этом проклятом месте вещи, не поддающиеся здравому смыслу, происходили одна за другой.
И всё же – слава богу, удалось раздобыть хоть какие-то крупицы ценных улик.
Тяжело вздохнув и кое-как взяв себя в руки, Маки поднялась на ноги, намереваясь пойти к Кагуе и Гао Хаю и поделиться добытыми сведениями.
Гул!
В следующее мгновение дикая вибрация сотрясла всю квартиру, сбив с ног поднявшуюся Маки, дежурившего у двери Гао Хая и стоявшую в коридоре Кагую.
Глава 15: Непредвиденное случается тогда, когда его совсем не ждёшь
─ Ч-что такое, землетрясение?!
До смерти перепуганный Сунь Дацзюнь закричал из кухни, обхватив голову руками, а сидевшая рядом с ним Маэда Мива и вовсе сорвалась на визг.
─ Тихо вы, не паникуйте! Ребята, братец, сестрица, это... это что ещё за чёрт? ─ изрядно струсивший Грин попытался прикрикнуть на Сунь Дацзюня с Мивой, но инстинктивно уже порывался бежать к троице в коридор.
─ Не дёргайтесь, проблема не у нас! Успокойте всех! ─ голос Гао Хая прозвучал вовремя. А Маки, не раздумывая, тут же вскочила на ноги, развернулась и достала из рюкзака настольные часы.
Эпицентр мощной тряски находился вовсе не в двести восьмой, а в двести десятой квартире.
Пусть истинных причин никто не знал, но было очевидно: нечто, заманенное в двести десятую, схватилось не на жизнь а на смерть с тем отродьем, что изначально обитало внутри. И масштаб их противостояния оказался куда страшнее прежней городской легенды о стучащем существе – от грохота и толчков у находившихся внутри людей создавалось жуткое ощущение, будто рушится всё здание целиком.
─ Это же...
Ближе всех к входной двери стояла Кагуя, и до неё звуки доносились отчётливее всего.
Если в гостиной Маки могла лишь приблизительно догадываться, откуда исходит тряска, то Кагуя отчётливо слышала: из той злосчастной квартиры доносятся сдавленные рыдания вперемешку с дикими криками и звериным ревом.
Настолько невообразимый хаос звуков.
Бьющиеся стеклянные бутылки.
Книжный шкаф, рухнувший на пол.
Разлетающиеся во все стороны обломки.
Всё вокруг словно теряло привычный облик, неумолимо скатываясь в бездну полного разрушения.
Неужели...
Девушка широко распахнула глаза, а в следующий миг звуки в её ушах начали смазываться и тонуть.
Гао Хай неизвестно когда сорвался с места. Преодолевая дикую тряску пола, он буквально подкатился к ней и втолкнул в уши беруши.
─ НЕ СЛУШАЙ.
Эту фразу Гао Хай проговаривал по слогам, глядя ей прямо в глаза. И хотя из-за беруш Кагуя не слышала ни звука, по движению его губ она мгновенно сообразила, какую глупость только что совершила.
Она и сама не заметила, как заслушалась, напрочь забыв, что долго прислушиваться к подобным вещам смертельно опасно. Неужели её реакция притупилась до такой степени?
Слегка кивнув Гао Хаю, Кагуя придержалась за стену и поднялась. Они бросились к гостиной, поддерживая друг друга в беге по кренящемуся коридору, ввалились внутрь и тут же захлопнули дверь, отрезая жуткий шум снаружи.
Как ни странно, ещё секунду назад по квартире всё ходило ходуном, но стоило Кагуе надеть беруши, как тряска немного утихла, а после закрытия двери в гостиную колебания стремительно сошли на нет и вскоре прекратились вовсе.
─ Значит, даже если тебя не заметили и ты не стала прямой мишенью, стоит лишь столкнуться с определённой информацией – например, услышать её, – и она тут же начнёт влиять на тебя? Нет, если так рассуждать, то на нас должны были напасть ещё в двести пятой. Возможно, всё зависит от того, находится ли противник в состоянии [активации]...

Комментарии

Загрузка...