Я уже пробовал себя в организации уличной палатки, когда был на первом курсе, так что знаю: кухня и обслуживание — одного поля ягоды.
Кухонная команда страдает физически: мало того что приходится крутиться у огня в жару, так еще и готовить блюда, к которым не привык.
А команда обслуживания, как и в любой работе с людьми, выматывается морально.
«Да. Но...»
И мне предлагают взять на себя и кухню, и обслуживание, хотя даже что-то одно — уже каторга?
Я что, какой-то бейсбольный бог, способный играть и в защите, и в нападении? Это явно было перебором, и я уже собирался отказаться.
Но не смог.
— Хён! Умоляю, пожалуйста. Если не ты, наша палатка прогорит!
Во-первых, староста второго курса, который меня толком не знал, так отчаянно просил, называя «хёном».
А во-вторых, староста первого курса, Чан Хиджи — девушка, довольно близкая с Мо Юной и Ким Хаюн, — как раз была в отчаянии из-за нехватки людей на кухне.
— Правда? Хиджи так сильно вам помогала?
— Да. Она и шпаргалки по общим предметам присылала, и от многих обязательных мероприятий для первокурсников отмазывала.
— Мы же после промежуточных экзаменов прогуляли вечеринку и пошли с вами в караоке, помните? Это всё благодаря Хиджи. Если бы она не замолвила словечко, мы бы не смогли уйти. Ведь для первого курса участие было обязательным.
— А. Вот оно что...?
— Ага. Поэтому мы с Хаюн и взялись за обслуживание. Хиджи попросила.
— Мы ведь тоже в долгу, так что это взаимовыручка. Хи-хи.
Оказалось, она во многом облегчала жизнь моим двум младшекурсницам, и благодаря этому я сам косвенно получал помощь.
Раз уж так, подумал я, было бы справедливо хоть немного отплатить добром.
— ...Черт. Ладно. Буду и на кухне работать.
В конце концов, я сдался.
И это не пустые слова: если бы не Чан Хиджи, я бы не смог тогда повеселиться с тремя младшекурсницами. И, скорее всего, не поцеловался бы с Мо Юной на рассвете.
«...Ну».
Хотя помогать на кухне только потому, что благодаря ей у меня случился поцелуй, звучит немного странно.
Но, по крайней мере, у меня есть предлог. Веский предлог.
В общем, так я стал единственным на филфаке, кто совмещает игру в защите и нападении — то есть работу и на кухне, и в зале.
Я подозвал виновницу, которая как раз закончила собрание и собиралась пройти мимо, — ту самую, что столкнула меня в эту пучину страданий.
— Эй. Хан Сара.
— ......
Вздрогнула.
Хан Сара, стоявшая ко мне спиной, медленно обернулась.
Похоже, осознает, что сболтнула лишнего.
— Ты реально жить надоела?
Я человек, который почти не ругается.
Но в такой ситуации сдержаться было невозможно, и я выплюнул грубость.
Хан Сара надула губы.
— Прости. Я не знала, что ты в группе обслуживания.
«Если не знала, то служба медом стала?»
Мне захотелось сказать ей то, что я обычно говорил, когда подкалывал младших по званию.
Хотел было добавить еще пару слов, но...
«Раз уж согласился».
Спорить дальше — только зря сотрясать воздух.
Поэтому я просто надавил на нее взглядом, и Хан Сара, поймав его, нерешительно заговорила:
— Но разве от этого твой имидж не станет лучше?
— Что?
— Ты ведь второкурсник, мог бы не участвовать, но берешься и за кухню, и за зал. Другие увидят, как ты стараешься, и отношение к тебе изменится.
На мгновение я даже купился... Неужели я такой внушаемый?
Это прозвучало убедительно, и я чуть было не поверил, но тут вспомнил, как в прошлый раз предсказания Хан Сары не оправдались.
Ну, вы помните, история с теми пошлыми трусиками, найденными у меня дома.
Хан Сара уверяла, что они принадлежат Ким Хаюн, а оказалось — не ей и не Мо Юне, а Чхэ Сонха.
Дизайн был настолько откровенным, что я до сих пор вспоминаю о них по ночам.
— Думаешь, если я буду больше работать, мой имидж улучшится?
— А почему нет? Может. Люди склонны менять мнение, когда узнают человека поближе, несмотря на предрассудки.
— ......
Она постоянно пытается вскружить мне голову.
Слушая ее, я рискую начать питать пустые надежды, поэтому, кашлянув, перевел тему.
— Кстати, а ты почему здесь?
— А? Ой. Меня староста второго курса позвал.
— Староста второго курса?
— Ага. Мы с ним знакомы. Попросил помочь с подготовкой стенда, вот я и пришла.
Что? У нее есть знакомые?
— Хан Сара, с сегодняшнего дня ты исключена из компании изгоев филфака.
Изгой не должен никого знать.
Стоило мне это добавить, как Хан Сара насмешливо хмыкнула и покосилась мне за спину.
— Кто бы говорил.
Я тоже обернулся.
Там сидели Мо Юна и Ким Хаюн.
— А. Здравствуйте...
Встретившись взглядом с Хан Сарой, Мо Юна вежливо поклонилась.
За ней поздоровалась и Ким Хаюн, а Хан Сара, желая показать себя старшекурсницей, небрежно махнула рукой.
— Привет.
Затем она подошла ко мне ближе и, косясь на девушек, зашептала:
— Так кто из них твоя девушка?
На губах — улыбка.
Сразу видно, что издевается.
«Ха».
Если бы это был первый курс, я бы растерялся, но сейчас меня такими шутками не пронять.
Я пожал плечами и парировал:
— Обе.
— Вау. Ну ты и подонок. Совести ни на грош.
Я же просто пошутил, чего она смотрит на меня с таким искренним презрением?
— А, ты тоже на кухне?
— Не знаю. Пошел ты, подонок. Чтоб ты от секса сдох.
Бросив на прощание то ли благословение, то ли проклятие, Хан Сара удалилась.
«Ну и характер».
Подумал я, глядя вслед ее удаляющейся фигуре, — всё такая же, как раньше.
— ...Вы, кажется, очень близки?
Раздался слегка капризный голос.
Я был уверен, что это Ким Хаюн, но, к моему удивлению, это была Мо Юна.
— Можно даже поверить, что вы встречаетесь...?
Девушка?
Мы с Хан Сарой, конечно, общаемся легко, но разве по тому, как мы перебрасываемся колкостями, похоже на влюбленных?
Парень и девушка... Чтобы выглядеть так, нужно вести себя гораздо нежнее. Хотя бы называть друг друга по именам, без фамилий.
— Правда? А она думала наоборот.
— ...Наоборот?
Что вы с Ким Хаюн — мои девушки.
Я лишь пожал плечами, намекая на это, и Мо Юна, пытаясь вникнуть в смысл моих слов...
— ...?!
Вдруг густо покраснела.
Это выглядело так мило, что я усмехнулся, а Ким Хаюн, которая что-то искала в телефоне, подняла голову.
— Оппа, как тебе это?
Она показала мне экран телефона.
Там были фотографии еды.
Тофу с кимчи, суп из рыбных котлет, блины с кимчи, блины с луком, жареная свинина, яичный рулет... выбор был довольно большой.
— Что это?
— Блюда, которые мы могли бы подавать в нашей палатке. Я искала что-то простое и вкусное.
«А».
Я-то думал, чем они заняты. Оказывается, искали рецепты, чтобы помочь мне на кухне.
— Сложные блюда готовить тяжело, так что, может, выберем что-то из этого?
— Ага, верно. На следующем собрании предложим эти варианты.
Поскольку готовить буду не только я, важно выбрать то, с чем справятся остальные.
В этом плане выбор блюд был весьма удачным.
— А ты, оппа, умеешь готовить?
— Вполне неплохо.
— О? Правда?
— Конечно. Хаюн, ты же пробовала тот яичный рулет, который я делал?
— А! Точно. Он был невероятно вкусным!
Стоило напомнить, как она сразу вспомнила.
Ким Хаюн даже сглотнула слюну, видимо, от одного только воспоминания.
— Можешь приготовить его еще раз, оппа?
В принципе, ничего невозможного.
Я легко кивнул.
— Хорошо. Когда хочешь?
— Хм... сегодня вечером?
Не слишком ли быстро для «потом»?
Я рассмеялся от такой наглости, и Ким Хаюн, поняв, что сболтнула лишнего, смущенно заулыбалась.
— Если вечером нет планов, приходи.
Всё равно нужно тренироваться перед фестивалем.
— А, правда? Можно прийти?
— Да. Только дома почти ничего нет, надо сходить в магазин.
— Хи-хи... тогда пойдем вместе. Раз уж ты готовишь, продукты куплю я.
Пойти за продуктами с Ким Хаюн...
Учитывая ее характер, она наверняка будет дурачиться, но это даже забавно.
«Немного похоже...»
На молодоженов, что ли.
Я улыбнулся своим мыслям, и в этот момент Мо Юна, словно боясь, что о ней забудут, громко прочистила горло.
— Сонбэ-ним, а можно мне тоже прийти на ужин?
— Конечно. Приходи и ты.
Давненько я не демонстрировал свои кулинарные таланты.
***
— Куда это положить?
— А это куда, сонбэ-ним?
— Просто оставьте пакеты на столе.
Все равно сразу будем использовать, нет смысла убирать.
Я достал из корзины всё необходимое, взял сковородку и миску — пора начинать.
— Оппа, я схожу в туалет, скоро вернусь!
— Ага, иди.
«Так, посмотрим».
Нарежу зеленый лук и займусь яичной смесью.
Разбил в большую миску несколько яиц, убрал жгутики, аккуратно смешал белки с желтками палочками.
Добавил немного рисового вина, соли, перца и мелко нарезанного лука, снова всё перемешал.
— М-м, вот как это делается...?
Сзади послышалось заинтересованное мурлыканье.
Я бросил взгляд — это была Мо Юна.
Видимо, решив не мешать, она стояла, заложив руки за спину, и вытягивала шею, наблюдая за процессом.
— Хм. Х-м-м...
«Прямо как...»
Сурикат.
Она так забавно заглядывала через плечо, что я тихо усмехнулся и вылил смесь на разогретую сковороду.
Дальше всё просто: схватилось — свернул, подлил еще, снова свернул. Повторил так раза три, и порция яичного рулета была готова.
— Держи, пробуй.
Нарезал на аккуратные кусочки и выложил на тарелку.
— Ой. Приятного аппетита...
Мо Юна осторожно подцепила кусочек палочками.
Отправила рулет в маленький ротик...
— ...М-м!
Широко открыла глаза и, прикрыв рот рукой, принялась старательно жевать.
Судя по тому, как быстро она проглотила, ей понравилось.
— Очень вкусно, сонбэ-ним!
— Правда? Думаешь, можно подавать такое на стенде?
— Да, просто супер! Это самый вкусный яичный рулет, что я пробовала!
Не думаю, что он настолько хорош, она явно преувеличивает.
Но раз хвалит — приятно. Я улыбнулся и тоже взял кусочек.
«М-м».
Хоть и нескромно, но вышло действительно здорово. И соли в самый раз.
— Правда ведь вкусно?
— Неплохо.
Мы поболтали, доедая рулет.
— А где Хаюн?
— Ушла в туалет. Скоро должна вернуться.
Ах да, точно.
Я неловко кивнул, а Мо Юна тем временем отправила в рот последний кусочек.
— Кстати, сонбэ-ним.
Она жевала, а потом, словно что-то вспомнив, посмотрела на меня.
— А когда вы начали жить отдельно?
«Жить отдельно?»
Неожиданный вопрос.
Но я ответил:
— Сразу после поступления в университет.
— С первого курса?
— Ага.
— Было тяжело?
— Хм. Сначала да, но потом привык, и стало нормально. А что?
— Да так... просто подумала, может, мне тоже попробовать пожить одной.
Я повернулся к ней.
Ничего особенного, просто удивился.
Но Мо Юна, поймав мой взгляд, видимо, истолковала его превратно.
— ...А. Нет. Я не в том смысле. Просто я уже взрослая, хочу попробовать жить самостоятельно... ну, как-то так.
Она начала оправдываться.
Хотя я даже слова не сказал.
— ...Пожалуйста, не поймите неправильно. ...Я не это имела в виду.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...